Искренний до приятной наивности-невинности фильм о взрослении учит великой идее всех религий на Земле - любви без привязанности.
Фильм снят по одноимённой повести Михаила Львовского, в которой, по его словам, нашли отражение перипетии его юношеских отношений с Валентиной Архангельской, которая затем стала женой Александра Галича.
Сценарий жизни пишется в школе. Быть внешне успешным – Брать (призы, внимание, грамоты, дипломы, кубки), быть внутренне сильным – Отдавать (понимать, поддерживать, прощать, любить). Эти два пути ведут к общей цели – Взрослости, но Выбор Пропорции двух начал происходит в пространстве Души именно в школе.
Успешными и сильными в канве школьной истории писателя Львовского оказались все. Каждый из четырёх друзей научился тому, чему должен был научиться: Серёжа Лавров (Владимир Шевельков) - пути отрешенности, Клава Климкова (Надежда Горшкова) - внутренней правде, Таня Ищенко (Наталья Журавлёва) – доверию к жизни, Лаврик Корнильев (Владимир Сидоров) – честности и целостному самообладанию.
Антитезой жизненного сценария каждого из подростков (в негативном и позитивном смыслах) были их близкие, вкупе с «учебными» жизненными ситуациями: амбивалентная мама Клавы (Любовь Полищук), «сказочник», почти отчим Клавы, «дядя Сева» (Вениамин Смехов), чуткие партнёры и любящие друзья, родители Серёжи (Валентина Панина и Виктор Костецкий), школьный учитель по имени Одиночество для открытой, верной и волевой Танечки Ищенко, профессиональный стержень с панорамой жизненных ценностей отца Лаврика.
Урок-посвящение от «просветлённого страстью» отца Серёжи, непростого человека в неоднозначном исполнении Костецкого, был сформулирован психологически резковатым стихотворением Николая Асеева:
Нет, ты мне совсем не дорогая;
милые – такими не бывают...
Сердце от тоски оберегая,
зубы сжав, их молча забывают.
Ты глядишь – меня не понимая,
слушаешь – не видя и не веря,
даже в этой дикой сини мая
видя жизнь - как смену киносерий.
Целый день лукавя и фальшивя,
грустные выдумывая шутки,
вдруг – взметнёшь ресницами большими,
вдруг – сведёшь в стыде и страхе руки.
Если я такой тебя забуду,
если зубом прокушу я память –
никогда к сиреневому гуду
не идти сырыми мне тропами.
"Я люблю, когда темнеет рано!" –
Скажешь ты и станешь как сквозная
И на мёртвой зелени экрана
Только я тебя и распознаю.
И, веселье призраком пугая,
Про тебя скажу, смеясь с другими:
- Эта - мне совсем не дорогая!
- Милые бывают не такими.
Путь страдания может привести к отрешенности и пробуждению Будду Шакьямуни или «растворённого в Океане» ОШО. Для Серёжи же в его пятнадцать лет это был не простой выбор, но он его сделал. Он не убежал в разрыв с самим собой, обиду, злобу или презрение и месть. Он продолжал любить дорогую ему девочку, но поместил её в Своё Детство, в золото прошлого, где ошибки легко совершаются и прощаются тем, кто ИДЁТ ДАЛЬШЕ.
Этот фильм запомнился неортодоксальним несистемным объяснением жизни как спонтанного процесса возникновения близких связей и личностного роста в здоровых отношениях, которые не лишены конфликтов и нехрестоматийных прозрений. «Прости меня за ангину» — это ключ к пониманию глубины поверхностного сюжета, когда уже взрослая девочка отвергла своего друга как «тип мужчины» после теста поцелуем. Мы наблюдаем алхимию трансформации девушки в женщину и мальчика в мужчину. Это взрывной каскад чувств, спрятанный под обычные диалоги.
Мы видим становление вчерашних детей перед лицом НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ, когда всё зависит только от них, а не от школьного расписания. Надо войти в бурный поток и ТАМ научиться плавать, потому что «на берегу» это сделать невозможно. Надо научиться осознанности без страха утонуть в самостоятельности, без «спасательного круга» стереотипов, ощутить ЧТО движет именно твоей жизнью снаружи и изнутри (без всяких «зачем» и «почему»).
Пубертат в фильме показан открыто и честно как невротические «волны», эмоциональные вихри и «заносы». Перед тем как созреть для взрослой семейной жизни, растущий человек должен «родить себя» для СЕБЯ для своей судьбы, в которой счастье его и её как родителей станет залогом счастья их детей. Иначе это замкнутый круг «заимствованных состояний» и эмоционального истощения от неосознанных проблем.
Девочки Клава и Таня в фильме более эмоционально зрелые, чем мальчишки. Это ЛЕЙТМОТИВ универсальной модели русского РОМАНА, в котором главный герой (если присмотреться) всегда женщина, как природа-мать, дарующая и благодать гармонии, и разрушительную стихию.
Не знаю, насколько это уместно, но по степени прозрачности истинных сердечных чувств этот фильм 1979 года прекрасно повторяет кинодрама Ольги Беляевой 2024-го «Кукольный домик» (автор сценария Лариса Малеванная) о любви-благословении семилетнего мальчика Васи к молодой актрисе «Норочке». Это как раз про то, что счастье не выбирают, в него погружаются и живут там без всяких условий, усилий и страхов, когда жизнь – это ОТВЕТ, а не реакция на жизненные обстоятельства, РАДОСТЬ, а не мысли о радости.
Почему в начале 80-х фильм получил Государственную премию? Видимо, авторской и исполнительской группе удалось добиться КАТАРСИСА (драматического духовного очищения), достучаться до сердечной памяти членов комиссии, когда они, может быть, поняли, что нежная встреча с истинной первой любовью – это совсем другая жизнь.
ИИ АЛИСА:
Некоторые особенности школьной любви:
- новые и непонятные эмоции, мысли, ощущения, опыт;
- чрезмерная эмоциональность, которая проявляется как демонстративность, экзальтированность, несдержанность, импульсивность;
- мечтательность и максимализм;
- готовность легко меняться ради любимого человека;
- тенденция к идеализации отношений и партнёра;
- завышенные требования и ожидания относительно чувств и отношений;
- неопытность и отсутствие необходимых знаний о любви и сексе;
- стеснительность, робость, стыдливость одного или обоих партнёров.
«Когда танец переходит в крещендо, меня больше нет. Есть только танец».
Вацлав Нижинский