Наша любимая госпожа, королева-регент Алисия Ракот, урожденная герцогиня фон Штауфен! И сопровождающие Ее Величество – великие герцоги фон Штауфен, фон Лихтенфельд, Нирод и Лагербьелке!
(Двери зала с грохотом распахиваются. Входит КОРОЛЕВА АЛИСИЯ. Она идет уверенно, без тени сомнения. Позади нее, как тени могущества, входят ЧЕТВЕРО ГЕРЦОГОВ. Они не в латах, но покрой их роскошных камзолов намеренно напоминает латную пластинчатую структуру – плечи приподняты, линии жесткие. Герцоги фон Штауфен и фон Лихтенфельд – идеально выбриты, холодные и неприступные. Герцоги Нирод и Лагербьелке – с аккуратными, но явно боевыми бородами. Их объединяет только одно: шпаги у бедра и абсолютная готовность. Королева идет БЕЗ ОХРАНЫ. Только эти четверо. Ее доверие к их способности защитить ее в любой ситуации – очевидно и подчеркнуто этим отсутствием стражников. Конунги переглядываются, оценивая эту демонстрацию силы и уверенности. Королева занимает место во главе стола. Герцоги встают чуть позади и по бокам, образуя живую стену. Алисия окидывает конунгов взглядом, в котором читается и власть, и усталость.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Уважаемые гости.
(Ее голос чистый, но несущий вес власти. Все ЧЕТЫРНАДЦАТЬ КОНУНГОВ как по команде встают. Их движения чуть угловаты, непривычны к придворному этикету. Они кланяются – не слишком низко, но достаточно, чтобы признать ее статус. Короткое молчание. Королева собирается с мыслями.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Как вы знаете... ватага разбойников, вышедшая из ваших земель, атаковала не наши пахотные поля или города. Их целью была цепь. Цепь, что сковывает проход кораблей к герцогству Запада и Мории. Они пытались ее уничтожить. Атаковали два герцогства острова Двадцати Семи Герцогств.
(Она делает паузу, давая словам осесть. Герцоги за ее спиной неподвижны, но их взгляды – как натянутые тетивы.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
В ответ... мои герцоги вынуждены были начать карательный морской поход. И одно из ваших конунгств... пострадало.
(Она не извиняется. Констатация факта. Тон твердый. Конунги напряжены, в их глазах – ожидание удара.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Предварительные условия, насколько мне доложили, вы приняли: вы обязуетесь следить за всеми, даже не военнообязанными в ваших землях. И мы не будем повторять таких походов.
(Небольшое, едва заметное расслабление у некоторых конунгов.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Но... чтобы показать милость Короны...
(Она делает акцент на слове "милость". Это не договор равных, это дар свыше.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
...мы разрешим на 10 лет беспошлинную торговлю всем вашим землям через порты Восточного побережья Королевства. А конунгство, которое было атаковано моими герцогами... получит особые преференции – 50 лет беспошлинной торговли.
(Шепоток пробегает по столу конунгов. 50 лет – огромный срок.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Пусть это послужит не извинением... но хотя бы компенсацией за столь быструю войну, которая... кончилась для вас неутешительно.
(Она смотрит на них, и в ее глазах вдруг появляется что-то кроме властной твердости. Легкая тень усталости, может быть, даже... понимания?)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Я не знаю... бывает ли в ваших суровых землях такое, чтобы женщина правила мужчинами? Пусть и временно... от имени своего сына.
(Она слегка пожимает плечами, жестом, неожиданно человечным.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
У нас... такие случаи если не часты, то бывают. Но я скажу вам, конунги... как женщина женщинам. Хотя вас здесь и нет... но вы ведь тоже отцы, мужья?
(Она ищет в их глазах отклик. Некоторые кивают почти незаметно.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Мой дорогой отец, великий герцог Востока... уже двадцать лет непрерывно воюет на границах Империи. Как и брат моей мачехи, его друг и соратник, герцог Запада. И если мой отец... прирожденный воин, для которого клинок – продолжение руки... то его друг... он всегда был скорее дипломатом. Мудрецом. Которому жестокая судьба и долг приказали стать таким же воином.
(Голос ее слегка дрогнул. Она отводит взгляд на мгновение, вспоминая.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
За ними... идут тысячи. Тысячи воинов. Отцов, сыновей, мужей. Оторванных от семей, от детей... Я видела своего отца дольше трех дней подряд лишь трижды в жизни. До того, как взошла на этот трон. И так... по всему Королевству. У всех жен. У всех дочерей. У всех матерей... пустые места за столом. Пустые кровати. Сердца, сжимающиеся от страха при виде гонца.
(Она смотрит на конунгов уже без трона в глазах. Смотрит как женщина на мужчин, которые тоже знают цену войне.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Я не говорю, что в этом ваша вина. Не сегодня. Но Корона... я... как регент, как мать наследника, как дочь солдата... я стараюсь положить конец этой практике. Бесконечным походам. Вечной готовности к войне. Вы сами могли убедиться – наши мужчины умеют воевать лучше всех на свете. Их доблесть неоспорима.
(Она бросает быстрый взгляд на герцогов за спиной. Гордость и горечь смешаны в нем.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Но нам, женщинам... нам хотелось бы видеть их живыми и рядом с собой. Чувствовать их тепло. Слышать их смех. А не читать в летописях... пусть и золотыми буквами... об их последних, героических деяниях.
(Тишина в зале стала гулкой. Даже герцоги за ее спиной кажутся чуть менее незыблемыми. Конунги слушают, затаив дыхание. Этот аргумент, из уст женщины-правительницы, для них неожидан и силен.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Поэтому... я вас прошу. Соблюдайте условия. Ради ваших же жен, матерей, дочерей. Ради мира.
(Она делает глубокий вдох, возвращаясь к деловому тону. Ее рука решительным жестом ложится на карту, лежащую на столе. Она ТЫКАЕТ ПАЛЬЦЕМ в точку на побережье.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Со своей стороны... вот здесь. Берег на границе Королевского домена и герцогства Запада. На территории Домена. Сейчас здесь – небольшой порт. Три причала. Это – самый короткий путь в Королевство из ваших земель.
(Ее палец уверенно стучит по карте.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
На следующий год здесь будет СЕМЬ причалов. Если понадобится – построим еще двадцать. В доках уже заложены кили ПЯТИДЕСЯТИ новых торговых кораблей. Через три года они встанут в строй.
(Она поднимает взгляд, окидывая конунгов властным, но теперь уже предлагающим взглядом.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
Мы настроены на мир. На торговлю. На процветание – ваше и наше. Выбор за вами. Повторить печальный опыт недавних недель? Или... строить будущее?
(Она отводит руку от карты и откидывается на спинку кресла. Ждет. Тишина висит несколько томительных секунд. Конунги переглядываются. Кивают друг другу. Самый старший из них, седой, с шрамом через глаз, медленно поднимается. Он кланяется королеве глубже, чем вначале.)
СТАРШИЙ КОНУНГ:
Ваше Величество... Мудрость ваших слов... и щедрость ваших условий... не оставляют места сомнениям. Мы принимаем ваше предложение. Мир. Торговля. Условия будут соблюдены.
(Один за другим остальные конунги встают и кланяются, выражая молчаливое согласие. Единодушие.)
КОРОЛЕВА АЛИСИЯ:
(Кивает, на губах – едва заметная тень усталого удовлетворения)
Отлично. Пусть так и будет.
(Она делает легкий жест рукой – аудиенция окончена. Конунги начинают неторопливо выходить, перешептываясь. Королева смотрит им вслед, лицо задумчиво. Герцоги за ее спиной остаются недвижимы, как статуи, но в их взглядах – удивление и, возможно, новая тень уважения к женщине, только что выигравшей битву без единого выстрела.)МЕСТО: Тронный зал Королевского дворца. Стол для переговоров установлен по центру. За ним уже сидят 14 конунгов. Окна высокие, пропускают холодный свет. На стенах – гобелены с батальными сценами и гербы.
ВРЕМЯ: День. Тишина перед бурей слов.
ПЕРСОНАЖИ:КОРОЛЕВА-РЕГЕНТ АЛИСИЯ РАКОТ (урожденная герцогиня фон Штауфен) – Молодая, властная, в роскошном платье, но без короны. Глаза умные, оценивающие.
ГЕРЦОГ ФОН ШТАУФЕН – Старший, выбритый, как скала, осанка безупречна. Лицо – высеченное из гранита спокойствие.
ГЕРЦОГ ФОН ЛИХТЕНФЕЛЬД – Моложе Штауфена, тоже идеально выбрит. Взгляд острый, как клинок. Стоит чуть позади королевы, готовый к действию.
ГЕРЦОГ НИРОД – С аккуратной, подчеркнуто благородной бородой. Стоит уверенно, рука привычно лежит на эфесе шпаги.
ГЕРЦОГ ЛАГЕРБЬЕЛКЕ – Бородатый, более грузный, чем Нирод, но с тем же ощущением невероятной силы под элегантным камзолом.
14 КОНУНГОВ – Лидеры северных земель. Одежда простая, практичная, мещанского покроя – добротные шерсть и кожа против бархата и шелка герцогов. Лица разные – молодые и старые, гладко выбритые и бородатые, но все с отпечатком суровой жизни. У каждого на поясе – боевой палаш или тяжелый меч, выглядещий немного неуместно в этой обстановке, но подчеркивающий их суть. Выглядят опрятно, но их простота резко контрастирует с южным великолепием.
ГЕРОЛЬД (голос за кадром) – Торжественный, гулкий.