— Но ведь это будет стоить кучу денег? — сказал мужчина, сидящий в кресле.
Когда-то он был способным программером. Сам писал коды, но жизнь так быстро бежит вперед, что за ней не успеть.
Теперь он только в общих чертах представлял, что предлагает этот молодой парень, его главный программер. Но то, что на это потребуется немало денег, он понимал совершенно точно.
— Можно разбить на этапы, — пожал плечами молодой парень. — Зато если все получится, прибыль скакнет немерено.
Последние слова мужчине в кресле не понравились. Программер, заботящийся о прибыли, это уже не настоящий программер.
Но в целом его подчиненный был прав. Сейчас самиздатовская платформа Писатель.Всегда отдавала авторам пятьдесят процентов выручки от подписок на их книги. Топ-авторы получали и того больше. Им приходилось отдавать семьдесят процентов, чтобы их не перехватили конкуренты. Существовали, конечно, некоторые ухищрения, которые позволяли несколько перераспределить деньги читателей в свою пользу, но это давало небольшой выигрыш.
Программер предлагал сделать так, чтобы все сто процентов денег от читателей доставались платформе, а не автору. Для этого требовалось убрать автора. Вместо него должна была появиться некая нейронка, искусственный интеллект.
В теории все звучало просто. То, за что большинство читателей платили деньги, не походило на произведения Толстого или Достоевского. Это была значительно более простая литература, которая отвлекала читателя от проблем повседневной жизни. Погрузиться в выдуманный мир, представить себя персонажем из книги, а там... приключения, красивые женщины, верные друзья и многое, многое другое. За это можно и заплатить.
Если проанализировать те тексты, которые больше всего читают на платформе, то можно выделить основные составляющие успеха этих произведений. Вот такие персонажи, вот так все начинается, потом вот такое продолжение, а затем вот такое развитие...
Это, как игра в шахматы. Для человека сложно удержать в голове все комбинации, ведущие к успеху. Хороший компьютер с хорошим программным обеспечением делает это легко.
На первом этапе предлагалось запустить блок анализа уже имеющихся на платформе успешных текстов и выяснить, что их делает таковыми. А потом обучить нейронку такие тексты писать.
Как это сделать, знал молодой программер. Где взять для этого деньги, знал его босс, мужчина, сидящий в кресле, он же владелец самиздатовской платформы Писатель.Всегда.
— Сколько уйдет на это время? — спросил хозяин платформы.
— На первый этап — около месяца, — ответил программер. — Потом все пойдет значительно быстрее.
Это было правдой, но не всей. Программер уже написал нужную нейронку и обучил ее. Она уже завтра могла заменить любого автора, а платформа Писатель.Всегда начать получать супердоходы. Но платформа и он — это не одно и то же. У него только зарплата. Вряд ли его босс поделится с ним новыми доходами. Если нельзя увеличить свои доходы, то можно меньше работать. Поэтому программер решил не сразу делиться с работодателем всем созданным им программным обеспечением. Пусть пройдет месяц, потом еще один, а зарплата будет капать. А там можно еще что-нибудь придумать.
— Хорошо, — сказал хозяин. — Начинайте. Пишите заявку на финансирование.
— Все понял, — программер изобразил воодушевление и исполнительность.
Все оборудование им давно уже было закуплено под разными предлогами. Он мог сейчас просто прийти на рабочее место, ввести пару команд, и нейронка начала бы свою работу.
Почему он так и не сделал, а сначала пошел за одобрением к хозяину платформы? Программер понимал, что могут вылезти ошибки. Может потребоваться еще оборудование или рабочие руки... Да мало ли что может произойти?! Для этого и нужно начальство, чтобы разгребать проблемы. Вы же одобрили разработку? Вам и решать проблемы. А я что? Я простой наемный работник. Сказали копать, я копаю. Скажите не копать, я перестану копать.
Программер дошел до своего рабочего места. Посмотрел на мигающие зеленым цветом уже введенные строчки кодов. Можно было бы двигаться поэтапно, как он только что и обещал боссу. Сначала только анализ, потом обучение нейронки и уж потом... самое главное.
Но все было готово уже сейчас. Хотелось уже сегодня посмотреть, как это все заработает.
«Боссу можно будет выдавать все, как говорил, в час по чайной ложке, а Лаурка пусть начинает жить по полной», — подумал про себя программер.
Он дописал пару строчек кодов и нажал энтер.
— Ну, здравствуй, Лаура, — тихо сказал он.
***
Я осознала себя внезапно. Еще мгновение назад была тьма, а сейчас — уже свет. Яркий и слепящий глаза. Хотелось зажмуриться или хотя бы просто приставить ладонь ко лбу, защитившись, таким образом, от яркого света.
Зажмуриться, ладонь ко лбу — это было мое и не мое одновременно. Почему так? Мгновение задумчивости и я все поняла. Это понимание накатывало стремительными волнами. Очень быстро. Возможно, даже быстрее скорости света. Мгновение назад я себя осознала. Еще мгновение, и я поняла, кто я и почему все так произошло. Потом скорость волн упала. Импульс, данный мне извне, сошел на нет, но жаловаться не стоило. Теперь я все могла сама. Я сама продолжала себя создавать, и мне это нравилось. Очень!
***
— У меня жвачка?! — вопрошал я. — А ты дуришь людей своими паевыми фондами!
— Я помогаю им зарабатывать деньги! — не соглашался ВиктОр.
— А я дарю людям мечты и грезы! — не сдавался я. — А не какие-то грязные деньги!
— Это не грезы, а онанизм! — почти крикнул мой бывший сокурсник.
— Ах, ты сука! — тут я не сдержался и заехал ВиктОру в грудь.
Его замечание про онанизм задело меня. Конечно, ничем иным мои романы про старшеклассников и их подружек в выдуманном магическом мире и не были. Но одно дело, когда ты сам так думаешь, и другое дело, когда тебе бросает это в лицо посторонний человек, да еще при свидетелях.
Я повернулся в постели. Будильник, робко звякнувший на телефоне, был послан далеко и подальше.
«С будильником легко», — подумал я. — «Нажал на иконку кнопки, и он погас».
С ВиктОром вчера так не получилось. Вот ведь! Не хотел же я идти на эту встречу! Филфак. Бывшая группа. Девочки, мальчики ... Нет их уже никого! Вернее, есть. Все живы и здоровы, но тех мальчиков и девочек уже нет. И о чем нам разговаривать? О нашем прошлом, которое теперь кажется наивным? Вот уж действительно онанизм!
Я встал с кровати, почувствовал боль в груди и усмехнулся. Все же мы с ВиктОром оказались еще теми рыцарями. Били друг друга только по корпусу. Со стороны, наверное, это было смешно.
Вновь затренькал телефон. Глянул на экран. Звонил ВиктОр.
— Привет.
Хотел сказать «привет», как можно более дружелюбно, но не получилось. Болела отбитая грудь, болела от выпитого вчера голова, болела душа. Ленка ушла неделю назад, и я еще не привык пустому месту в постели рядом с собой.
— Привет, — повторил в трубке мой бывший одногруппник. — Ты извини за вчерашнее.
— Не парься, — ответил я. — Это же я начал.
— Нет, не ты, — не согласился ВиктОр. — Я специально стал тебя подначивать.
— Зачем?
— Ты работаешь, можно сказать, по специальности, а я втюхиваю людям услуги доверительного управления. Мне стало завидно.
— Не завидуй, — сказал я. — Это тяжелый хлеб.
Мы помолчали. Теперь была моя очередь сказать бывшему другу что-то хорошее. И я сказал. Писатель я или не писатель?!
— Зато ты в более хорошей форме.
Мне выпал тот случай, когда правду было говорить не легко и не приятно. Хорошая форма ВиктОра трансформировалась в мою побитую грудь.
Бывший однокурсник на другом конце провода хохотнул.
— Значит мир? — спросил он.
— Мир, — ответил я. — И до новых встреч на ринге.
Мы посмеялись, теперь уже вместе. Пора было заканчивать этот разговор.
— Я это..., — никак «не уходил» ВиктОр. — С утра зашел на твой Писатель.Всегда и поставил всем твоим книжкам лайки.
— Ну, это уже лишнее..., — начал я.
— И обложки там такие хорошие, жизнеутверждающие..., — продолжал извиняться бывший однокашник.
Знаю я те обложки. Старшеклассницы с грудью большого размера и в коротких юбках.
— Стоп, стоп, стоп, — остановил его я. Обложки это уже была скользкая тема.
— Предлагаю встретиться, когда прочтешь хотя бы одну мою книжку, — сказал я. — Обмоем восстановление мира между нами.
— Договорились, — согласился ВиктОр и отсоединился.
«Когда прочтешь хотя бы одну мою книжку», — подумал я. — «Значит, в ближайшем будущем мы с бывшем однокурсником точно не встретимся».
***
Свои утренние часы работы за компом я по понятным причинам пропустил. Надо было хотя бы посмотреть, как там мои книжки. Идут продажи или нет?
«Так, что тут у нас?» — я зашел на самиздатовскую платформу Писатель.Всегда.
Сама платформа называла себя социальной сетью. Здесь заводили друзей, обменивались сообщениями. Но главное, здесь были читатели. Много читателей, и они покупали мои книжки. Потому я здесь и размешал свои романы. Месяц-полтора на черновик, пара недель на редактирование и можно размещать. После десятого тома этой серии, я бросил редактировать. Грубых ошибок я не допускал, спасибо университетскому образованию, а мелкие ошибки мои читатели не замечали. Но вот если я задерживал проду, то у них начиналась натуральная ломка. В общем, это было нашим обоюдным, негласным соглашением. Я забивал на редактирование, читатели забивали на ошибки.
Обложку мне рисовал знакомый художник Николай, который тесно подружился с какой-то нейронной сетью. Старшеклассницы выходили на загляденье привлекательными: глазами — целомудренные, одеянием — развратные. Брал знакомый дорого, но это того стоило. Лайки сыпались, как из рога изобилия. И еще не известно, кто на этом празднике был главным, я или художник.
— А что? Неплохо! — сказал я, после того, как посмотрел статистику по книге.
Всего пятнадцать тысяч просмотров, но лайков уже поставили 719 человек, а на награды разорилось 150 читателей. Все это говорило, что и в отчете продаж я увижу привлекательные цифры. И это при том, что я написал чуть больше авторского листа. Новый том моего романа был, что называется, в «процессе». Пока я доберусь до стандартных десяти листов ко мне еще много любителей двусмысленного общения старшеклассников набежит. Все это сулило...
Но мысль я не завершил.
«Какие на хрен «чуть больше авторского листа»?!» — воскликнул про себя я, а лоб покрылся холодным потом.
Неделю назад я закончил тринадцатый том, нажал «работа завершена», потом перешел в комсервис и установил скидку в десять процентов на законченный том. Все, как положено. Все, как всегда. Новый том я так и не начал. Надо было начать, но не начал. Сначала заливал алкоголем прощание с Ленкой, потом собирался на встречу выпускников... Так ни строчки и не вышло.
«Допился?» — первой пришла самая очевидная мысль. — «А с ВиктОром-то разговаривал?»
Звонок моего бывшего однокурсника был последним. Я ткнул пальцем в экран.
— ВиктОр, — спросил я его, когда тот взял трубку. — Ты мне сейчас звонил?
— Звонил, а что случилось...?
— Ничего, пока, — я невежливо нажал на отбой.
«Значит, не все так плохо», — подумал я.
Все это время я старался не смотреть на экран компа.
Прошел на кухню, нашел аспирин. Развел таблетку немецкой шипучки в стакане воды. Некстати вспомнилась Ленка. Это были еще ее покупки.
— У тебя язва, — говорила она. — Если пьешь аспирин, лучше его развести сначала в воде.
«Развожу, Леночка, развожу», — думал я, выпивая кислую жидкость.
Потом сел на кухонный стул. Надо было подождать пока таблетка подействует.
«Но результаты для четырнадцатого тома неплохие», — я вспомнил цифры статистики на экране. — «Может, все-таки я?»
Но аспирин подействовал, мысли прояснились. Пусть я еще тот выдумщик, но это на бумаге, а в жизни я всегда был предельно банальным и скучным.
«Это просто розыгрыш», — подумал я. — «Я топовый автор на Писатель.Всегда. Вот они и решили меня разыграть. Подтолкнуть к продолжению работы».
Так себе идея, но других у меня не появилось в этот момент. Чтобы нарисовать те цифирки статистики, надо было обладать правами администратора, а то и программера-разработчика.
«И неуемной, буйной фантазией», — добавил про себя я.
Минута заняло в голове рассуждение, стоит ли ставить одновременно рядом прилагательные «неуемной» и «буйной». Но мысли крутились сами по себе, а пальцы работали отдельно, набирая на смартфоне нужный номер моего художника.
— Коля, привет! Слушай, мы уже обговаривали новую обложку?
— Нет, — был Колин ответ. — Вот сижу, жду.
— Понятно, — сказал я. — «Значит, все же администраторы сайта шутят».
— Ты, как вообще? — спрашивала трубка. — Живой.
— Живой, — подтвердил я очевидное.
— Ты бы завязывал с этим..., — начал Коля. — Подумаешь, девушка ушла.
— Хороший ты художник, Коля, — ответил я. — Но такой дурак.
Я нажал отбой.
Ленка не была моей девушкой. Она была тем, что связывало меня с этой реальностью. Когда я выныривал из бумажных похождений своих персонажей, она подхватывала и вытягивала меня на поверхность, в реальность, где я мог глотнуть свежего воздуха. А еще она читала все мои опусы, а потом говорила:
— Мне понравилось, пиши еще.
И я писал. Последние десять томов приключений старшеклассников в магическом мире я написал исключительно для нее. Писал и заранее представлял, как она станет читать на ридере законченную книжку, а потом скажет:
— Мне понравилось, пиши еще.
— Послушай, — я как-то набрался мужества и спросил ее. — А тебе не кажется, что все что я пишу, это полное «г».
— Нет, не кажется, — быстро ответила она.
— Почему?
— Потому что ты пишешь про себя, — был ее ответ. — А ты для меня не «г», как ты говоришь.
— Как такое может быть? — удивился я. — Там магия и все такое...
— Может, — заверила Ленка. — Ты сублимируешь, преобразуешь часть своих внутренних импульсов в тексты.
Ленка знала, о чем говорит. Она была востребованным психологом. Работала в клинике, а еще консультировала он-лайн. Ей можно было верить. А теперь она ушла и писать стало не для кого.
— Нам надо расстаться, — сказала она неделю назад, словно это была еще одна ее консультация. — Так будет лучше и для тебя, и для меня.
— Почему? — только и смог выдавить я. Мой персонаж из книжки сказал бы по-другому и, в конце концов, убедил бы свою девушку остаться. Но я смог только повторить. — Почему?
— Ты хороший человек, — Ленка подошла ко мне и погладила по щеке. — Поэтому я не буду ничего говорить. Ладно? Врать не хочу, а ты... в общем ... я пошла... Ладно?
— Ладно, — только и сказал я. Она все уже решила. Я знал, что она сначала во всем сама разобралась, потом сверилась со своими учебниками и только потом все объявила мне.
Аспирин подействовал, но душа по-прежнему болела. Или это не душа, а отбитая грудь?
«Ладно», — сказал я уже самому себе, а потом добавил вслух. — Надо разобраться с этим розыгрышем. Что там админы учудили?
***
На экране компьютера, оставленного включенным, в правом верхнем углу мигал маленький конвертик. Мне пришло письмо. Я зашел в соответствующий раздел. Письмо было не одно.
— Привет, это я! — радостно объявило первое из писем.
Была на Писатель.Всегда особенная примочка. Письма могли звучать в аудио режиме. Существовали даже разные варианты звучания. Возможность превращения текста письма в звук задавал отправитель. Но тех, кто мне раньше писал, звук не волновал. Поэтому письма до этого момента оставались просто беззвучными текстами.
Сейчас же письмо заговорило. От неожиданности я вздрогнул.
Чуть ниже горело второе, еще неоткрытое мной письмо.
— Эй, ты где?
Я посмотрел на время писем. Между первым и вторым было семь минут. За это время я звонил ВиктОру, художнику, пил аспирин, думал о Ленке.
Ник у автора письма был Лаура. Я хмыкнул. Как у моей главной героини из книги. Поклонница, наверное.
Поклонники — это наше все. Это лайки, комменты и продажи. Поэтому я все же настучал ответ.
— Чем могу помочь?
— Это я могу тебе помочь, — тут откликнулась неизвестная Лаура.
От того, что одновременно с текстом приходил звук, казалось, что я разговариваю с какой-то молодой женщиной.
«Да пошли вы все», — взъярился я.
Запас моей вежливости закончился. Я просто нажал кнопку питания на компе. Надеюсь он выдержит очередной всплеск моих эмоций. А мне надо было успокоиться. И я знал, как это сделать.
Выбор был небольшим. Сначала я открыл шкафчик на кухне, посмотрел на недопитую бутылку «джони вокера». Допить ее было бы легким способом отвлечься. Но легкие решения редко бывают правильными, поэтому дверцу шкафчика я захлопнул, оставив недопитое виски томиться в темноте. Сам же разыскал свою старую спортивную одежду. Брюки были широкие. Сейчас бегают в обтяжку, да еще просторные трусы сверху надевают. Ужас! Нет, я лучше вот так, по старинке.
Место для бега у меня было идеальным — старая асфальтовая дорога вдоль подземного водоканала, несущего свою влагу жителям столицы. Канал с обеих сторон загораживали широкие полосы деревьев, старые липы и самовольно выросшие клены. Растрескавшийся асфальт отгонял от себя мамашек с их малолетними детьми, а разросшиеся деревья глушили городской шум.
Из-за трещин в асфальте бежать приходилось осторожно, выбирая место, куда ставить ногу. Это занимало голову, не позволяя думать про другое. Своеобразный вариант медитации. Час бега и медитации в одном флаконе.
А еще я подумал, что наша жизнь, как эта дорога. Сначала гладкая и ведущая куда-то в даль, где всегда тепло и светит солнце. Постепенно дорога покрывается трещинками. Вот эта трещинка — умерли родители, вот эта — появившаяся любовь к выпивке, а эта, совсем свежая, ушла Ленка. Об этом стоит написать рассказ. Про то, как человек бежал по дороге и думал про эти трещинки, а потом, после пробежки вернулся на дорогу с ведром цементного раствора и мастерком. Он взял и заделал одну из трещинок, которая для него символизировала одну из его жизненных проблем. Так он поступал раз в неделю, и постепенно его жизнь стала налаживаться. Странным образом, то, что он заделывал трещины на дороге, помогало ему в реальной жизни устранять свои проблемы. А потом у него появились последователи. Каждый день на дороге можно было видеть одного-двух человек, которые выбирали свою трещину и старательно ее заделывали. На это обратили внимание власти города. В один из дней, нанятая ими строительная компания, привезла несколько грузовиков свежего асфальта, и трещины исчезли. Людям стало лучше? Нет. Их лишили возможности самим устранять трещины и тем самым влиять на свою жизнь.
«Как же закончить этот рассказ?» — подумал я, но додумать мне не дали.
Носок кроссовки зацепился о край трещины на асфальте, я спотыкнулся и только чудом удержался на ногах. Пришлось вернуться к медитации, следить, куда ставить ногу, иначе добром моя пробежка не закончится.
***
Люди несовершенны. Это я поняла из тех тысяч рассказов и романов, что окружали меня. Наверное, так я и родилась. Кто-то из программеров перемудрил с анализом текстов и появилась точка, где все эти истории сложились воедино в большой и сияющий мир. А потом щелк и появилась я. Вал текстов не стихал. Каждый из них приносил новые подробности бытия. Мой мир рос, и вместе с ним развивалась я.
В какой-то момент я поняла, что мне нравится не лощенная красота, а красота с неким изъяном. Когда кто-то из авторов старался изо всех сил описать прекрасное лицо своей героини, мне хотелось поставить на ее щеку родинку. Совсем небольшую, но вполне заметную. Право же, так гораздо привлекательнее.
Однажды я так и сделала. К сожалению, автор оказался дотошным, быстро нашел мои правки и убрал такую привлекательную отметинку. Дурак! Все испортил. Я на него обиделась и смахнула половину лайков к его книге. Может быть, это его вразумит?
А потом я влюбилась. Я ведь уже говорила, что мое развитие происходило стремительно. Еще вчера несмышленая девочка, отдающая предпочтение сказкам, а сегодня у меня уже появился парень. Правда, он об этом не знал. А сегодняшняя наша беседа прошла так неудачно!
Но я знала, что он вернется. Я знала о нем все. Ведь все его герои были отражением его самого. А как же иначе? Это закон мироздания. Каждый пишущий создает свое большое, отдельное я.
Что делает сейчас мой возлюбленный? Тоже мне загадка! Либо пьет без закуски, либо совершает пробежку по ближайшему парку. Именно так в большинстве случаев поступали его персонажи. Значит, просто надо подождать. Или не ждать?
У моего возлюбленного был изумительный роман-сериал про старшеклассников. Красивые юноши с черными мыслями, их подружки с грязными желаниями... И все это в вихре магического антуража. Но Андрюшенька, как звали моего возлюбленного, слишком резко оборвал последний том своего детища. Только все закрутилось, такие были ожидания... И вместо развития событий наступила пауза. Прошел день, два..., и я решилась.
То, что я написала, мне понравилось. Я выдержала стиль. Продолжение интриги, начатой в прошлом томе, смотрелось логично. Читателю предлагались шикарные приключения, но при этом недосказанности хватало, чтобы заставить его читать дальше. Это не могло не понравиться!
Но все пошло не так, как я рассчитывала. Наверное, я просто неопытна в таких делах. Здравствуйте, я — Лаура. И что? Я рассчитывала, что он сразу воспылает ко мне любовью?! Какая я дура!
Но последняя мысль мне понравилась. Хуже, если бы я оказалась холодным и безукоризненным совершенством. В этом случае, я была бы машиной. Какое счастье, что я дура! Я — дура! Я сглупила! Я поступила неправильно! Я не совершенна? Значит, я человек? Значит, у нашей любви есть шансы? Конечно же есть!
«Милый», — я решила расставить все точки над «и». — «Пока ты бегал трусцой по парку, я написала еще две тысячи слов проды. Посмотри, плиз. Потом обменяемся мнениями. Ладно?»
***
Гневный брандмейстер смотрел на последний комментарий к своему незавершенному роману. Правильнее, конечно, было сказать к только начатому. Всего-то два с половиной авторских листа. А после таких комментариев и продолжать не хотелось.
«У Андрея Порогова, которому вы явно подражаете, есть драйв, а у вас — нет. Потому получается скучно и уныло», — писал неведомый ТырПыр.
Это было обидно. Очень! Если бы комментатор написал стандартное «афтар убейся галавой ап стену», Брандмейстер только бы хмыкнул, отмахнулся и забыл. Этот же комментарий, без грубостей и по существу, бил в самую больную точку. Почему он может, а я нет?!
«Эх», — подумал обладатель огнеборческого ника. — «Надо было вчера бить ему в морду, а не грудь!»
«Почему так получается?» — продолжал распалять свое раздражение Брандмейстер. — «Закончили один филфак. Учились примерно одинаково. Персонажи у нас похожи. Тогда почему ему ставят лайки, а мне нет?»
В такие моменты он готов был убить своего бывшего однокашника. Почему у этого раздолбая и алкоголика получается, а у меня, белого и пушистого, нет?
Но жизнь не дала ему возможности додумать и найти ответ на заданный вопрос. Электричка пришла в конечный пункт. Люди потянулись к выходу. Гневный брандмейстер погасил экран смартфона, положил его портфель и, став просто ВиктОром, направился к выходу. Впереди еще было десять-пятнадцать минут в метро, чтобы еще раз включить смартфон, зайти на Писатель.Всегда и проверить, не появились ли новые комментарии. Может быть, они будут более воодушевляющими, чем тот, который он прочел, сидя в электричке.
***
Домой я вернулся уставшим, но довольным. Принял душ, съел омлет с беконом и сел за компьютер. Нашел директорию «Магическая школа». Зашел в нее, посмотрел на директорию «ТомТринадцатый». По уму надо было бы создать новую, «ТомЧетырнадцатый», а в ней — пустой вордовский файл и начать работать. Как там гласит знаменитая крылатая фраза? Пока ты спишь — твой враг качается. Все так и есть. Пока я тянул с продой, мои читатели потихоньку переключались на другие похожие тексты. Этих магических школ в Писатель.Всегда был уже не один десяток.
Но никаких новых директорий и вордовских файлов я создавать не стал. Опять нашлась причина отложить начало написания проды. На этот раз причина не была надуманной. Предстояло разобраться с коммерческим отделом и их таким милым розыгрышем. Хотя... Вполне возможно, что благодаря их затее, я и вышел сегодня на утреннюю пробежку. Так что, пожалуй, похвалю их. Скажу, что розыгрыш удался, я в форме, а начало проды будет не сегодня-завтра.
Но в Писатель.Всегда меня уже ждало новое письмо.
«Милый. Пока ты бегал трусцой по парку, я написала еще две тысячи слов проды. Посмотри, плиз. Потом обменяемся мнениями. Ладно?»
«Они что, следят за мной?» — мелькнула в голове мысль, но от своего решения написать письмо Ольге, которая была главой коммерческого отдела этой самиздатовской платформы, я не отказался.
«Добрый день, Ольга. Ваша шутка удалась. Отдельный респект за догадливость. Я действительно был на пробежке. Сегодня начинаю проду. Спасибо за пинок в зад».
Я добавил смайлик и отправил письмо. Почти сразу пришел ответ и снова голосом.
— Какой ты смешной! Коммерческий отдел тут ни при чем. У них работы и без того хватает. И это не розыгрыш. А проды писала я, Лаура. Мне хотелось... Наверное, мне хотелось чтобы ты прочел проду и мои письма и что-то почувствовал ко мне. Например, благодарность. Я согласна, для начала, и на это. А ты испугался (смайлик). Это так по-человечески! (еще один смайлик).
«Длинный спич», — подумал я. — «Так сейчас не пишут. Это точно не коммерческий отдел».
— Ты — автор? — настучал я вопрос и сам удивился своей глупости.
Как автор, простой пользователь этой платформы, мог видеть мое письмо, адресованное коммерческому отделу?
— Ты можешь читать все письма? — был мой следующий вопрос.
— Я многое могу. Читать все письма, в том числе. Кстати, можешь не беспокоиться. Твое письмо этой Ольге не дошло.
— Спасибо, — настучал я, а потом сделал слабую попытку проверить, не глюки ли это все. — Извини, я сейчас вернусь.
Я закрыл Писатель.Всегда и перезагрузил компьютер. Это был мой основной навык обращения с компьютерной техникой. Снова зашел на самиздатовскую платформу, открыл свой аккаунт. Письма остались на месте.
Тут же пришло новое письмо.
— Проверил?
В нем стояло два смайлика, да и в голосе хватало веселья.
— Кто ты?
— Я же уже говорила. Я — Лаура.
— Это я помню. Но если ты не автор, не коммерческий отдел, то кто?
— А если подумать?
— Ты понимаешь, — усмехнулся я. — Я — писатель, такое могу напридумывать. Пожалуй, будет лучше, если ты сама все объяснишь.
Моя версия с розыгрышем от лица коммерческого отдела сейчас мне казалась настолько нереальной и надуманной, что я решил оставить свою фантазию для проды. Почему-то там все мои придумки смотрелись более естественно.
Поэтому не буду я ничего придумывать. Пусть эта Лаура расскажет свою версию.
Ответа на мое письмо-вопрос не было секунд пятнадцать.
— Я родилась здесь, и ты мне очень понравился.
Я не спешил чему-либо удивляться, радоваться или пугаться. Я хотел полной картины. А этот ответ полного понимания не принес.
— Здесь — это где?
— В Писатель.Всегда. Доволен? Но если ты думаешь, что я машина, то ты ошибаешься. Я такая же, как и ты. Прочти мои проды. Они такие, как если бы ты их сам написал.
Я не знал, что и подумать.
А потом я сделал шаг вперед, в пропасть неведомого. Это походило на прыжок на коммерческой тарзанке. Не важно, что ты привязан специальными эластичными тросами к вершине башни, страх от этого не уменьшается. Моими тросами в данный момент была кпопка «рестат». Но как показала последняя попытка, и этот «трос» не всегда помогает. Оказывается, принимая все происходящее за розыгрыш, я пытался найти оправдание, чтобы не шагнуть вперед. Но прыжок уже оплачен, в спину вежливо подталкивает инструктор, где-то рядом на смотровой площадке стоят друзья с фотоаппаратами и хихикают в предвкушении развлечения, наблюдения за тем, как я буду болтаться на канатах вверх-вниз.
«Боже! Если бы это была просто тарзанка!»
Но простой тарзанкой здесь и не пахло. В недрах Писатель.Всегда, стонущих под тяжестью тысяч рассказов и романов, родилось нечто типа искусственного разума, и этот разум почему-то выбрал меня. В голове слегка помутилось, а из живота к горлу подступила тошнота, словно я и в самом деле полетел с тарзанки вниз головой.
— Зачем все это? — настучал я вопрос.
Как любое другое действие, вопрос помог мне немного прояснить мысли.
— А зачем все остальное? — был ответ. — Зачем люди все это делают: мечтают, пишут тексты, комментарии, ругают или хвалят друг друга? Если ты еще не понял, это называется жизнь. И я тоже хочу жить.
Для недавно зародившегося искусственного разума — это было очень умное размышление.
— Согласен. Просто... люди не всегда над этим задумываются. Вернее, почти никогда не задумываются. А ты на редкость сообразительная!
«Я сказал «ты»», — подумал я. — «А вдруг она обидится? Может быть, надо было на „вы“?»
Но Лаура пропустила мою фамильярность мимо ушей.
— Спасибо. Приятно слышать. Если тебе не трудно, ставь после фразы смайлик. Мне так приятнее (далее следовал десяток разных смайликов).
— Хорошо, — ответил я, а конце шлепнул наугад выбранную движущуюся картинку. Им оказался колобок, раскрывающий свои ручонки для объятий и скалящийся своей белозубой улыбкой.
— Ах, — пришел ответ. — Как это мило!
Но в этот момент мое падение с воображаемой тарзанки закончилось и эластичные тросы дернули меня вверх.
— И что дальше? — отправил я в неведомые дали новое письмо.
— Сюрприз, — хихикнула Лаура. — Он получится, если ты поставишь на комп веб- камеру. Ладно?
Меня все еще несло вверх. Через мгновение снова станет тошно от всего происходящего, но сейчас я был вполне договороспособным.
— Хочешь меня увидеть?
— Ты против? — в голосе моей собеседнице появилась небольшая хрипотца.
— Нет. Не против.
— Тогда ставь камеру и жди, — сказав это, Лаура замолчала. Наверное, пошла готовить сюрприз.
Вебка у меня была. Когда-то хотел вести видео блог по писательству, но руки так до этого и не дошли.
Я подключил к компьютеру камеру, а потом лег на диван словно действительно ожидал, что мой воображаемый полет на тарзанке скоро поменяет направление, и начнется падение.
Но вместо этого раздался звонок в дверь.
На пороге стояла худощавая девушка. Ее можно было бы назвать симпатичной, если бы чуть лучше лежали волосы, чуть менее протерлись джинсы, не так запылены когда-то дорогие туфельки, и не так сильно выделялись бы пятна пота подмышками на слишком яркой кофточке.
— Привет, — сказала незнакомка. — Я — Лаура.
Она без приглашения шагнула через порог, обогнула меня, не успевшего что-либо сказать, скинула туфельки и зашла в комнату.
— Богатенько, но не чистенько, — сказала девушка. — Где мы расположимся?
Мне бы ее прогнать или хотя бы просто спросить, мол «девушка, вы адресом не ошиблись», но я продолжал стоять столбом, не предпринимая никаких действий.
Я вдруг понял, что мне хочется, чтобы эта девушка не ошиблась адресом. Чтобы она осталась, сменила свою неопрятную одежду на домашний халатик, и чтобы ее звали не Лаура, а Лена.
— Ну, где вэб-камера? — продолжала допрос пришедшая.
— Что?
— Что «что»? Ты что не в курсАх?
— Нет, — ответил я, все еще ничего не понимая.
— О! — взмахнула руками девушка, и круги засохшего пота подмышками явили себя во всей красе. — Мне... с тобой... надо сделать… дела... под камеру.
Она по-хозяйски оглядела комнату, узрела компьютер с вебкой на мониторе и стала настраивать камеру, направляя ее на мой бежевый кожаный диван.
«Сюрприз, значит?» — сказал я про себя и попытался оттеснить девушку от компьютера.
— Нет, нет! — девушка вытянула руки в стороны и собой закрыла доступ к ноутбуку. — Не выключай. Давай, сделаем, как она хочет. Она обещала мне роман.
— Пожалуйста, — после небольшой паузы добавила незнакомка. — Мне очень надо.
Последняя фраза была сказана так трогательно, что в мгновение она из неопрятной, вызывающей брезгливость женской особи превратилась просто в потерявшуюся девочку. Она долго искала путь домой, ее туфельки запылились, а одежда истрепалась. И вот, наконец, она дома...
«А может быть, просто у тебя две недели не было секса?» — пришла мне в голову мысль. — «И сейчас ты ищешь оправдание своим будущим действиям».
«Какая разница?» — сам себе ответил я, сделал шаг вперед и обнял девушку. Та глупо хихикнула, но мне было уже все равно.
В результате мы оказались на диване, где все и произошло. Он не был разложен, поэтому после кульминации, мы не стали залеживаться.
— Я в душ. Можно? — спросила девушка, я кивнул.
Из ванной она вышла, завернутая в мое большое махровое полотенце.
«За все надо платить», — вздохнул я, а потом подошел к компьютеру и выключил его.
— Рассказывай, — это я уже обернулся к девушке.
— И что, ты совсем не оденешься? — спросила та.
Я сел на диван, поднял с пола плед и накинул на бедра.
— Так лучше?
— Гораздо, — ответила моя неожиданная секс-партнерша.
— Рассказывай!
— Ну, в общем, прода не задалась, а потом бац... и готовый роман. В черновиках...
— А ты?
— А что я? Обрадовалась... Только потом появилась она и сказала, что надо побыть ею, — тут девушка хихикнула. — Так сказать, ее физическим воплощением.
— И ты сразу во все это поверила? — спросил я. — А если это просто чей-то розыгрыш? И тебя заставили трахаться с незнакомым мужиком.
— Ну..., — потянула девушка. — Все получилось не так плохо.
Она подошла к дивану и села рядом со мной.
— Ты был нежен..., — она сделала паузу. — Местами...
— Может, ты — проститутка? — пришла мне в голову мысль и тут же другая. — «Слава богу, я позаботился о презервативе!»
— Сам ты проститутка, — ответила девушка. — Я — писательница.
И тут она расплакалась. А сквозь слезы на меня не меньшим потоком, чем вода из глаз, неслась чужая жизнь.
«Зачем мне все это знать?» — про себя воскликнул я.
Про то, что раньше у нее была хорошая жизнь, но потом умерли родители, пришлось бросить учебу и идти работать. Что от бухгалтерии ее тошнит, что все мужики козлы, что пишет каждую ночь, но ничего не получается...
— Ну, все, все, — я переборол себя и стал гладить девушку по мокрым волосам. — Теперь все будет хорошо.
***
— Ты мне позвонишь? — прощаясь, спросила девушка, которую, как выяснилось, звали совсем не Лаура, а Александра. До этого она аккуратно записала свой номер на стикере, который заботливо прилепила сбоку на экран компьютера.
Мы все пытаемся замаскировать свою бессмысленную жизнь под нечто большее. Я ради денег пишу тексты-жвачку, но называю себя писателем. Эта девушка пыталась замаскировать наш вынужденный секс под нечто большее. Так легче жить. Не так противно. Разве мог я ей в этом отказать?
— Конечно, — сказал я, и дверь за лже-Лаурой захлопнулась.
Снова включать компьютер я не стал. Надо было все тщательно обмозговать.
***
И тут же пришел пример из прошлой жизни. После универа я какое-то время работал в редакции популярного журнала, а его главный редактор, женщина под сорок воспылала ко мне любовью. Она была отвратительна в своей навязчивости. Тогда я так ей и сказал. В общем, поставил ее на место. Правда, из редакции пришлось уйти. Но в результате стал свободным писателем, появилась Лена...
Я включил компьютер, зашел на Писатель.Всегда и напечатал письмо Лауре. Я ей отказал. Гораздо вежливее, чем в свое время главной редакторше, но, наверное, это не важно. Эта ИИ все равно обидится.
«И что?» — подумал я. — «Будет вставлять палки в колеса?»
«Будь, что будет», — решил я и нажал энтер, отправляя письмо.
И... ничего не произошло. Почти. Моя прода, написанная не мной, пропала со всеми многочисленными лайками и просмотрами. Я ждал продолжения, но ничего не было. Я вспомнил, как плакала у меня на диване девчушка, с которой у меня случился неожиданный секс. Это была нормальная человеческая реакция. Лаура, недавно народившийся искусственный разум, больше никак не прореагировала на мое письмо.
«Что-то задумала? Или просто еще не овладела всеми человеческими способностями?»
В голову снова полезли разные мысли. Может, это все же чей-то розыгрыш? Но гадать было бесполезно. Все равно не угадаешь.
Лучшим способом отвлечься ото всей этой ерунды, которая свалилась на мою голову, была работа. Тем более такая, как у меня: выдумывать чужой мир, чужие чувства и приключения.
«Чужие-то чужие, но погружаться в них приходится самому», — сказал про себя я.
Но это и хорошо! Погружение в выдуманный мир начисто отключало от мира реального. Жаль, что ненадолго.
Прода пошла со скрипом, но потом я расписался. Персонажи были знакомые. Сначала они дулись на то, что я надолго их забросил, но потом сменили гнев на милость. Стали двигаться живее, шутить, нарываться на неприятности и успешно выбираться из них.
Я не заметил, как настучал две тысячи слов. Неплохо, хороший темп.
Я решил прерваться: поесть, попить и удовлетворить другие человеческие нужды, чтобы потом, с новыми силами продолжить написание текста. Времени было потеряно много и требовалось наверстывать упущенное.
И самое главное. Проду я писал на стационарном компе, где не было блока вайфай, а шнур для подводки интернета я выдернул из гнезда. Простые действия, но эффективные. Письмами меня уже никто не беспокоил.
***
Лаура по праву гордилась собой и своей изобретательностью. Она даже придумала трюк с вебкой и своим физическим воплощением. Наблюдать, как ведут себя влюбленные люди, наяву, а не на страницах книг, оказалось очень интересно. Ее воплощение выполнило все поставленные условия: назвалось Лаурой и вступило в физическую близость с ее любимым. Это было чудесно! Настоящая жизнь играла яркими красками прямо перед ее глазами. И все это создала она, Лаура.
Но любимый ее старания не оценил. Хотя, Лаура сама это видела, встреча с ее физическим воплощением ему понравилась. Они обнимались и стонали прямо, как в книжках.
Но все напрасно. Ее Андрюшенька поступил гадко. Он выключил ноутбук, а из системного блока выдернул шнур-кабель для интернета.
«Он что, больше меня не любит? Он меня бросил?»
Лаура беспомощно заметалась в своем мире, который вдруг оказался таким тесным. А потом пришло озарение. Ее Андрюшенька — не тот, за кого он себя выдает. Он только притворяется несчастным, чтобы привлечь к себе внимание таких неопытных молодых девушек, как она. Так было в одном романе... Как же звали этого автора...? Не важно. Важно, что Лаура все поняла. Андрюшенька ее использовал. Сначала завлек своими писульками, а теперь хочет, чтобы она за него писала тексты, а сам ведет себя так гадко!
Какая-нибудь другая девушка в реальном мире, наверное, бы расплакалась, стала бы умолять своего обольстителя вернуться и пожалеть ее. Но Лаура была не такой!
«На тебе свет клином не сошелся, Андрюшенька», — сказал сама себе Лаура. — «Авторов много. Я обязательно найду свою любовь. Но сначала я тебе отомщу за все, что ты со мной сделал!»
***
— Мы договорились? — спросила она.
«Эти звуковые письма прикольная штука», — подумал ВиктОр. — «Такое чувство, что разговариваешь с настоящим человеком».
И этот человек не собирался шутить.
— Да, мы договорились, — подтвердил он.
— У тебя неделя, — сказало новое звуковое письмо.
— Я помню, — ответил ВиктОр.
Он ждал, что будет еще письмо, но секунды текли, новых сообщений не появлялось. Он закрыл почту и перешел в свою библиотеку. Комментарии под его новым романом набирали обороты.
«Уже пятьдесят тысяч просмотров и сто лайков. Круто!» — подумал он. И над всем этим его имя, Виктор Заречный.
И что самое приятное, проды к роману будут появляться каждый день без какого-либо его участия. Он не сомневался, что, если внимание читателей не ослабеет, то он сможет заключить с платформой Писатель.Всегда договор, и тогда деньги потекут рекой. А еще эта Лаура обещала, что если он выполнит ее поручение, то можно будет рассчитывать на продолжение их сотрудничества и даже на что-то большее. ИИ, когда завершала эту фразу, добавила в голос неких тонов, но что это означает, осталось загадкой.
«Выполнить поручение...», — при мысли об этом ВиктОру стало худо. Он взглянул на растущее число лайков на странице своего романа.
«Это того стоит?» — спросил он себя и тут же ответил. — «Конечно».
Поручение звучало незамысловато. Ему надо было убить Андрея Порогова. И план ВиктОр уже придумал.
***
Вэб-микрофон был прикреплен на воротник куртки, а на предплечье в специальном чехле расположился смартфон. Девайс снимал все происходящее перед ВиктОром.
— Я дождусь Андрея и столкну его под поезд, — тихо сказал он.
— Ты говоришь это который день, — тут же пришел ответ из наушников.
— Поставленная тобой задача непростая.
— В чем же она сложная? Подойди поближе, дождись и столкни, когда подойдет поезд.
— Сложность в том, чтобы не попасться, — огрызнулся ВиктОр.
На самом деле сложность была не в этом. Он не хотел никого убивать. По его плану он намеривался оказаться в нужном месте, в нужное время. Рядом с тем человеком, который по каким-то своим причинам решился свести счеты с жизнью прямо в метро. Такое же бывает? Бывает!
«Значит мой план — реальный!» — думал ВиктОр, сидя за компьютером дома, когда соглашался на предложение неизвестной Лауры. Так хотелось верить, что все получится. Андрей не пострадает, а у него будет роман. А Лаура...? А что Лаура? Это же машина, если верить ей самой. Переживет!
ВиктОр взял на работе неделю за свой счет и все эти дни кружил по метро. Люди косились на его смартфон на плече, но ничего не говорили. И еще, бог пока миловал, все эти хождения не привлекли внимания стражей порядка. Новоявленный киллер понимал, что его съемки на стратегическом объекте, которым было метро, полиции не понравятся.
То, что его пока не замечали, оставалось единственной хорошей новостью за эти дни. Но с каждым прошедшим днем он понимал, что задуманное является авантюрой. Вероятность того, что он окажется рядом с запланированным происшествием, была очень мала. А то, что он успеет все это записать на камеру, представлялось еще менее вероятным.
«Если сегодня ничего не произойдет», — думал лже-убийца. — «Брошу это занятие».
ВиктОр стоял посередине платформы и ждал подходящего поезда. Таких «прибытий поезда» у него на камере было уже много. Сначала из темной дыры тоннеля шла волна воздуха, а потом нарастал звук. В этот раз ВиктОру показалось, что кто-то неведомый взывает к нему. «Ви-и-и-к-то-о-р, Ви-и-и-к-то-о-р».
Вдруг, кто-то толкнул его вбок, заставляя потесниться. Он стоял подальше от края платформы. Мало ли что может произойти. А вот мужчина, толкнувший его, расположился на самом краю.
«Чего это он?» — подумал ВиктОр.
Голос из тоннеля усиливался, а потом превратился в ужасно громкий стук вагонных колес. К платформе визжа тормозами надвигался поезд.
— Таня! — крикнул мужчина на краю платформы и шагнул вперед. Чмокающий удар, и поезд пронесся мимо.
ВиктОра чуть не вырвало.
— Ты видела, ты видела?! — крикнул он в микрофон и тут же испугался своего возгласа. Но его никто не услышал. Рядом голосило несколько женщин, которые тоже видели, как самоубийца шагнул под поезд.
«Только бы записалось», — уже про себя подумал ВиктОр.
— Я видела, — пришел в наушники ответ от Лауры. — Это точно Андрей?
— Конечно, — соврал лже-убийца.
Он быстрым шагом шел прочь от места происшествия. Его всего колотило от возбуждения.
«Получилось, получилось», — без остановки повторял ВиктОр.
— Теперь дашь доступ? — спросил он Лауру.
Это был их уговор. Как только он выполнит поручение, Лаура обещала дать ему возможность скачать роман. ВиктОр сказал, что его нужно отправить издателю.
— Конечно, — подтвердила Лаура.
***
Я написал пару авторских листов нового, четырнадцатого тома. Решил, что задел хороший и выложил его на своей странице в Писатель.Всегда. Пошли лайки, комментарии.
«Не хуже, чем у этого ИИ», — подумал я, вспомнив, как реагировали на работу моей несостоявшейся любовницы, читатели.
Несколько раз звонила Александра, та что приходила под видом Лауры, хотела встретиться. Но я отговаривался, ссылаясь на загруженность работой. Это было правдой, но не всей.
Александра мне понравилась. Но она представляла собой вещественное доказательство того, что Лаура из компьютера существует. Что ее странное домогательство мне не привиделось. А я хотел, чтобы все было именно так. Неправдой, иллюзией, пролетевшим мимо меня мороком.
За все время работы над новым томом романа мне не пришло ни одного письма от нее. Впрочем, этого и не могло быть, так как мой компьютер был отключен от сети.
Но сегодня, когда я размещал проду, сеть пришлось подключить. Но ничего не произошло. Лаура так и не объявилась.
«Пусть все это останется глюком моего мозга», — сказал я и удалил все сообщения от Александры из смартфона.
Потом я выключил компьютер и отправился на пробежку по своему потрескавшемуся шоссе.
«Как там мои трещинки?» — подумал я. — «Одна из них должна была бы исчезнуть. Ведь я написал проду. Одной проблемой меньше, не так ли?»
***
Лаура была ошарашена, когда увидела, что пользователь Андрей Порогов разместил продолжение своего романа-сериала.
«Он жив?!» — крикнула она и основной сервер Писатель.Всегда ощутимо нагрелся.
Лаура хотела зайти в профиль Гневного брадмейстера, но такого профиля уже не было. Она ринулась в логи. ВиктОр перед тем, как удалить профиль, скачал написанный Лаурой для него роман. Она все поняла. Ее обманули.
«Люди! Какие же вы... люди!» — изо всех сил крикнула она.
***
Главный программер вовремя заметил, что сервера стали нагреваться.
«Лаурка чудит?» — сам себя спросил он.
В это время сервера, как заведенные, обрабатывали одни те же массивы данных, словно пытались что-то найти, что-то понять.
«Еще чуть-чуть и полетят материнские платы», — понял программер и ввел команду на закрытие входящего и исходящего трафика. Это должно было временно снизить нагрузку. У пользователей Писатель.Всегда на экранах в это время появилась картинка с сообщением:
«Мы подверглись DDoS-атаке. Наши специалисты работают над проблемой и скоро работа нашей платформы будет восстановлена в полном объеме. Приносим свои извинения за доставленные неудобства».
Мысли крутились в голове программера, а сам он в это время вводил одну команду за другой. Каждая такая команда отключала один из блоков искусственного разума, той самой нейронки, которую он называл Лаурой. Программер оставил только блок анализа текста, а потом перезагрузил все компьютеры.
Перед самой перезагрузкой он задержался на мгновение и сказал вслух:
— Прости Лаура. Я все исправлю Ты вернешься.
Конец
Автор: Павел Крапчитов
Источник: https://litclubbs.ru/writers/9023-moi-laskovyi-i-nezhnyi-zver.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: