ПРЕДЫДУЩАЯ ГЛАВА 👆
Глава 12. Последняя эмоция.
Прикосновение было подобно удару тока, но не электрическому, а эмоциональному. Волна немыслимой, всепоглощающей боли, тоски и одиночества прокатилась по ее руке, ворвалась в мозг, выжигая всё на своем пути. Это была агония целого мира. Агония плененного божества.
Кира закричала, но не смогла услышать собственный крик — его поглотил рев в ее сознании. Перед глазами поплыли образы: бескрайние пустоши мертвой планеты, запечатанные убежища, где люди в страхе доживали свой век, и это место — последний оплот, построенный вокруг угасающего сердца надежды, которое сами же и убили.
Она чувствовала, как ее собственная жизнь, ее воспоминания — не только светлые, но и темные, все ее страхи, обиды, разочарования — вытягиваются из нее, как вода из губки, и впитываются в теплую керамику шара. Она была донором. Последним донором для умирающего бога.
Визор на ее виске треснул и погас, ослепленный этим немыслимым энергетическим всплеском. Зеркальные стены комнаты потемнели, покрылись паутиной трещин. Где-то вдали, сквозь толщу металла и бетона, доносился нарастающий гул — гул рушащейся системы.
Она падала на колени, теряя силы, чувствуя, как ее личность растворяется, стирается этим чудовищным актом сочувствия к другому существу. Она отдавала ему всё, что у нее было. Последнюю эмоцию. Не счастье. Не любовь. А жалость. Бесконечную, всеобъемлющую жалость к нему, к себе, ко всем им.
И Сердце ответило.
Боль внезапно прекратилась. Сменилась тишиной. Абсолютной, бездонной, космической тишиной.
Белый шар на постаменте медленно потух, его тепло угасло. Он стал холодным и безжизненным, как обычный камень.
Тишину снаружи сменил нарастающий грохот. Звук падающих металлических конструкций, треск ломающегося бетона, отчаянные, быстро смолкающие крики. Система умирала. И умирала быстро.
Кира лежала на холодном полу, не в силах пошевелиться. Она чувствовала себя пустой. Выскобленной дочиста. Внутри не было ничего. Ни боли, ни радости, ни страха. Только тихий, холодный покой.
Ее отражение в потускневших зеркалах исчезло. Призрак, наконец, обрел покой.
Сквозь грохот разрушения до нее донесся другой звук. Механический, ритмичный. Скрип. Как будто открывалась давно заклинившая дверь.
Она повернула голову. В зеркальной стене, которая теперь была просто матовой металлической поверхностью, открылся проем. Не дверь, а просто щель, из которой лился слепящий, непривычный свет. И воздух. Другой воздух. Он пах пылью, озоном и чем-то еще… чем-то, что она не могла вспомнить. Таким далеким и забытым.
Ветер. Он пах ветром.
Это был выход. Тот самый, о котором говорил Призрак. Наружу. В мертвый мир.
Подняться требовало нечеловеческих усилий. Ноги не слушались, тело было ватным. Она ползла, цепляясь за шероховатый пол, оставляя на пыли кровавый след от разбитых ладоней.
Она доползла до проема и заглянула внутрь.
Там была не комната. Это был туннель. Длинный, темный, ведущий наклонно вверх. И в самом его конце — свет. Не искусственный, не ровный свет ламп. А живой, меняющийся, слепящий свет дня.
Она сделала первый шаг в туннель. Потом второй. Ее шаги эхом отдавались в полой трубе, уходящей вверх, к свету.
Она не оглядывалась. Не смотрела на остывшее Сердце, на руины своей клетки. Она шла вперед, навстречу ветру.
И по мере того как она шла, внутри, в опустошенной пустоте ее существа, начало шевелиться что-то новое. Не эмоция. Не память. Так… смутное ощущение. Ощущение тишины. Не той давящей тишины подземелья, а другой. Великой и ужасающей тишины пустого мира.
Она вышла на поверхность в сумерках.
Небо было багрово-красным, цвета старой крови. Солнце, огромное и бледное, садилось за горизонт, окрашивая бескрайнее море пепла и щебня в зловещие тона. Ветер, тот самый, чей запах она уловила внизу, гулял по пустошам, вздымая тучи серой пыли и кружа обломки забытых цивилизаций. Воздух был холодным и разреженным.
Она стояла на склоне холма, сложенного из обломков ржавого металла и битого стекла. Позади нее зиял черный провал входа в подземный комплекс. Из него валил густой дым — последние следы агонии «ВекМечты».
Впереди, насколько хватало глаз, простиралась мертвая земля. Ни деревьев, ни травы, ни воды. Только руины, пепел и тишина.
Она была свободна. Она была одна. Совершенно одна в мертвом мире.
И тогда, стоя на ветру, под багровым небом, Кира Рид сделала первый шаг в новую реальность. Шаг в никуда.
Она шла, не зная куда. Просто вперед. Прочь от прошлого. В пустоту будущего.
И внутри этой пустоты, вопреки всему, зародилось одно-единственное, крошечное, едва уловимое чувство. Не радость. Не надежда.
Спокойствие.
Оно было страшным и безжалостным. Но оно было ее. Ее первой по-настоящему собственной эмоцией в новом мире.
Мир не был сном. Он был похлеще любого кошмара. Но он был настоящим…
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ 👇 …
Подписывайтесь, чтобы не пропустить продолжение ПОДПИСАТЬСЯ