Стивен нашел Петю на самом верхнем уровне города, в баре с панорамными окнами от пола до потолка. Отсюда город лежал внизу, как брошенная игрушечная модель, усыпанная крошечными огоньками. Петя сидел, уставившись в стекло, но взгляд его был пустым и обращенным внутрь себя.
— Ну что, герой, опять в депрессии? — Стивен бухнулся на соседний стул, отодвинув ногой пустой стакан. Его голос старался звучать как обычно — насмешливо и легко, но в нем проскальзывала натянутая нота. Он заказал у подъехавшего сервис-бота два стакана чего-то крепкого, синтетического и ярко-синего. — Брось. Лучше расскажи, как пытался втереться в доверие к этой своей синтезаторше. Видел, ты за ней бегал, как щенок.
Петя медленно перевел на него взгляд. После воспоминаний о Лилит он впадал в транс, когда начинал замечать тончайшие нюансы, которые никогда бы не заметил в обычном состоянии. Он почувствовал резкую фальшь, совершенно очевидную для него сейчас и вдруг увидел не просто Стивена — вечного шутника, душу компании. Он увидел его острее, четче. Напряженные мышцы вокруг рта, скрытая усталость в уголках глаз, слишком быстрая, нервная речь. И почему он вдруг заговорил о Бесс? Пятьдесят Петиных девушек назад он вообще перестал их воспринимать и смотрел сквозь них, а если они что-то говорили без тени притворства просто их не слышал.
— Да ну ее, — отмахнулся Петя, возвращаясь к своей роли. — Зануда она. Скучная, как отчет по квотам на энергоносители.
— Зануда, а глазки у тебя так и бегают, — подхихикнул Стивен, но его смех прозвучал фальшиво. Он залпом выпил свой напиток и поморщился. — Ладно, не терзай душу. Пошли ко мне. Мария пирог испекла. Ты ее в прошлый раз так и не видел. Говорит, хочет посмотреть на того самого Петю, который ее Стивю в аварию втянул
Предложение прозвучало как издевка. Идти в гости. Есть пирог. Вести светские беседы. Когда мир трещит по швам, а лучший друг фонит фальшью. Алекс как раз предупреждал на днях, чтобы Петя с ним не откровенничал и ни слова об их обществе. "Так он со мной свиток расшифровывал", - возразил Петя. "Тем более", - с раздражающей беспрекословной уверенностью парировал Алекс. Однако отказаться значило бы вызвать подозрения. Петя кивнул, натянув на лицо подобие улыбки.
Квартира Стивена представляла собой приторный хаос из дорогих, но бесполезных гаджетов, разбросанной дизайнерской одежды, спортивных трофеев и пустых бутылок от экзотических энергококтейлей. Идеальный муравейник одинокого метросексуала, живущего одним днем. И посреди этого хаоса — она.
Мария.
Она вышла из кухни, вытирая руки о полотенце. Нежная, тихая, с теплыми карими глазами и мягкой, стеснительной улыбкой. На ней был простой домашний халат, пахло ванилью и свежей выпечкой. Она улыбнулась Пете, и в ее улыбке была такая искренняя, безоружная доброта, что ему стало стыдно за себя. Это была доброта из другой, простой и понятной жизни, к которой теперь не было пути назад.
— Наконец-то знакомимся, Петя! Стивен так много о вас рассказывает, — ее голос был мелодичным и спокойным.
Она налила им чаю в простые керамические кружки, разрезала яблочный пирог — румяный, ароматный, настоящий — и удалилась обратно на кухню, оставив их наедине, как образцовая, ненавязчивая хозяйка.
Петя сидел, ошеломленный. Эта… обыденность была страшнее любых кошмаров с амазонками.
— Откуда ты такую нашел? — не удержался он, откусывая кусок пирога. Он был идеальным.
— А она меня нашла, — Стивен с набитым ртом развел руками. — Говорит, понравился мой дурацкий смех на каком-то корпоративе. Вот и все. Никакой магии. Просто повезло.
Петя смотрел на него и думал, что именно в этой показной простоте и кроется величайшая магия. И величайшая ложь. Он чувствовал это кожей. Идиллия была слишком идеальной, слишком выверенной. Как голографическая открытка. Каждая деталь в этой квартире, от разбросанных носков до запаха пирога, кричала о тщательной работе по созданию иллюзии «нормальной жизни».
Его взгляд упал на терминал Стивена, беспорядочно валявшийся среди прочего хлама на журнальном столике. Экран был темным, но Петя знал, что Стивен никогда его не выключал полностью, ленясь вводить многоуровневый пароль.
И тут его осенило. Пока Стивен с упоением рассказывал анекдот про двух инспекторов и нейрошахматы, Петя, делая вид, что поправляет шнурок, наклонился и легким, отработанным движением пальца коснулся сенсорной панели терминала. Он не знал пароля, но ему был нужен не полный доступ. Ему был нужен лишь кэш, последние активные процессы.
Экран мигнул, и на долю секунды, прежде чем сработала защита, мелькнул список файлов. И один из них, спрятанный под слоем системных обозначений, заставил кровь Пети застыть в жилах.
«СПИСКИ_ликвид_ИНЫХ.7z.enc»
Он выпрямился, чувствуя, как лицо застывает маской. Стивен ничего не заметил, продолжая жестикулировать с набитым ртом. Мало рассчитывая на удачу, Петя активировал инфосбор, который использовали в работе операторы по сбору данных.
Он допил чай, сделал комплимент пирогу, отшутился и как можно скорее ретировался, сославшись на срочную работу.
Выйдя на улицу, он прислонился к холодной стене небоскреба, пытаясь перевести дыхание. В голове стучало лишь одно: он должен был посмотреть инфосбор.