Лена зажгла последнюю свечу и отошла полюбоваться столом. Белая скатерть, которую полгода назад она боялась достать из шкафа — "вдруг испачкаешь, где такую найдешь" — теперь лежала как ни в чем не бывало. Два бокала, бутылка красного сухого, тарелки с золотой каемкой.
— Как же красиво получилось, — сказала она вслух и засмеялась собственным словам.
Полгода назад в этих стенах не звучали ни слово "красиво", ни ее собственный смех. А сейчас она разговаривает сама с собой и не стыдится. Больше того — ей это нравится.
Звонок в дверь прозвучал как сирена — настойчиво, требовательно. Кто-то держал кнопку, не отпуская.
— Лена! Открывай, это я!
Голос Андрея. Командирский тон, которым он раньше созывал ее к телефону, к ужину, к объяснениям. От которого у нее начинало ломить виски и сжиматься желудок.
Сейчас — только легкое удивление.
— Что тебе надо, Андрей?
— Нормально поговорить надо. Открывай.
— О чем говорить?
— Откроешь — узнаешь.
Лена повернула ключ, но к двери не подошла. Отошла к окну, скрестила руки на груди.
Андрей влетел в прихожую как ревизор — быстро, с готовностью во всем разобраться. Огляделся, и лицо его изменилось. Брови поползли вверх, рот приоткрылся.
— Ничего себе... — протянул он, разглядывая квартиру. — Обустроилась. А я, честно скажу, переживал.
— О чем?
— Как ты тут. Одна. Справляешься ли.
Его взгляд зацепился за накрытый стол, и Лена увидела знакомое выражение — прищур, напряжение скул. Андрей что-то просчитывал в голове.
— Романтический ужин? — он подошел к столу, взял бокал, повертел в руках. — С кем встречаешься?
— А тебе какая разница?
— Мне? — он поставил бокал с легким стуком. — Никакой. Просто любопытно. Красное сухое... Помню, ты его на дух не переносила. Кислятина, говорила.
— Вкусы меняются.
— Да-да, конечно, — в голосе появилась знакомая издевка. — Вкусы. Или кто-то научил ценить качественные напитки?
Лена села в кресло, сложила руки на коленях. Посмотрела на него спокойно, без злости, без обиды. Просто посмотрела.
— Андрей, зачем ты пришел? По-честному.
— Говорю же — проведать. Мы пятнадцать лет прожили, как-никак.
— И что, проведал?
— Да, вижу — дела идут, — он прошелся по комнате, заглядывая в углы. — Кто он, этот твой новый? Из банка? Начальничек какой-то?
— Кто?
— Ну не для соседки же ты свечи зажигаешь! — голос стал резче. — Стол на двоих, напитки, вся эта... романтика. Давно с ним?
Лена молчала. Просто сидела и смотрела на него с легкой улыбкой. Той самой улыбкой, которая раньше выводила его из себя больше любых слов.
— Знаешь, что смешно? — Андрей остановился посреди комнаты. — Полгода не прошло, а ты уже развлекаешься. Я думал, ты будешь страдать, понимать, что потеряла. А ты тут... утешилась.
— И что тебя в этом смущает?
— То, что ты ведешь себя как... — он махнул рукой. — Как будто наш брак вообще ничего не значил! Пятнадцать лет, Лена! А ты через полгода уже с новым свечки зажигаешь!
— А что я должна была делать?
— Ну не знаю! Погоревать хотя бы! Осознать, что мужа потеряла!
— Какого мужа? — голос Лены стал тише, но в нем появились стальные нотки. — Того, который три года подряд забывал мой день рождения? Или того, который орал на меня за каждую лишнюю покупку?
— Я не орал, я объяснял про бюджет семьи...
— Орал, Андрей. И унижал. И заставлял отчитываться за каждый рубль.
— Это называется ответственность! А сейчас вот тратишься на дорогие напитки с первым встречным!
Лена встала. Медленно, без резких движений. Но что-то в ее позе заставило Андрея замолчать.
— Первым встречным?
— А кто же еще! Думаешь, в твоем возрасте, с твоими доходами кто-то серьезно... — он осекся, поняв, что зашел слишком далеко.
— Продолжай. Что с моими доходами?
— Лена, я не то хотел сказать...
— Нет, давай договаривай. Что не так с моим возрастом? С доходами? Почему никто не может ко мне серьезно относиться?
Резкий звонок в дверь прервал их перепалку. Андрей обернулся, в глазах блеснул торжествующий огонек.
— А, вот и твой принц явился, — он выпрямился, расправил плечи. — Интересно посмотреть, кто решил меня заменить.
Лена подошла к двери, открыла. На пороге стояла тетя Валя — соседка из квартиры напротив, полная женщина в домашнем халате, с большим тортом в руках.
— Леночка, родная, не помешала? Торт медовик испекла, думаю — дай угощу соседку. Давненько мы с тобой не болтали по душам.
За спиной Лены повисла мертвая тишина.
— Тетя Валя, проходите, — Лена распахнула дверь шире. — Как раз к ужину успели.
— Ой, а у тебя гость... — соседка заметила застывшего Андрея. — Может, я лучше в другой раз?
— Какой гость? — Лена обернулась к бывшему мужу. — Андрей как раз уходил. Да, Андрей?
Тетя Валя прошла к столу, восхищенно ахая:
— Ой, какая красота! Свечи, бокалы хрустальные... А я думала, внучка приехала или еще кто. А ты просто так, для души постаралась?
— Для души, — подтвердила Лена, доставая из шкафа еще один прибор.
— Правильно делаешь, золотая! Надо себя радовать. А то мы, женщины, всю жизнь для других стараемся, а про себя забываем совсем.
Андрей стоял как вкопанный, переводя взгляд с соседки на Лену, с Лены на накрытый стол. В голове что-то перестраивалось, ломалось, складывалось заново.
— Не пьете такое, тетя Валя? — Лена кивнула на бокал с красным сухим. — Может, чай поставлю?
— Да что ты, попробую. Раз ты полюбила — значит, хорошее. Вкус-то с возрастом меняется, правда же?
Они сели рядом за стол. Лена отпила из бокала, прикрыла глаза:
— Знаете, мне теперь нравится его терпкость. Раньше казалось кислым, а теперь понимаю — просто вкус не распробовала тогда.
— Вот именно! — оживилась тетя Валя. — Так и с жизнью бывает. Сначала горько кажется, а потом привыкнешь — и понимаешь, как это вкусно.
Андрей молчал, наблюдая за этой домашней сценкой. Лена пила напиток, который "терпеть не могла", сидела за столом, который накрыла не для мужчины, а просто так — для себя. Смеялась с соседкой, которую раньше стеснялась в гости звать. И выглядела... довольной. Нет, не довольной. Счастливой.
Без него. Вообще без мужчин.
— А как дела на работе? — спросила тетя Валя, отрезая кусок торта. — Не обижают там тебя?
— Все отлично. Даже повышение обещали в новом году.
— Вот и славно! А то я переживала — одна ведь теперь, не с кем посоветоваться.
— А зачем советоваться? — Лена улыбнулась. — Я сама решения принимаю. И знаете что? Мне это нравится.
— Лена... — Андрей наконец обрел дар речи. — Мне пора идти.
Она даже не обернулась:
— До свидания.
— Вещи... я в другой раз заберу.
— Какие вещи? — теперь она посмотрела на него. — Ты все забрал, Андрей. До последней ложки. Помнишь? Даже мою сковородку взял — ту, что мама подарила.
— Да... точно. Ошибся.
Он дошел до двери, остановился. Лена показывала соседке что-то в телефоне, обе хохотали над какой-то картинкой.
— Созвонимся как-нибудь?
— Зачем? — Лена подняла голову, искренне удивленная.
Вопрос повис в воздухе. Действительно, зачем? Андрей открыл рот, но слов не нашлось.
— Ну... мало ли что... — пробормотал он и вышел.
На лестнице прислонился к стене, пытаясь собрать мысли в кучу. В голове крутилось одно: она не ищет ему замену. Она не страдает без него. Она не пытается кому-то что-то доказать.
Она просто живет. И ей хорошо.
За дверью раздался смех — два женских голоса, легкие и беззаботные. Лена рассказывала что-то про работу, тетя Валя ахала и поддакивала.
Андрей спустился по лестнице и вышел на улицу. Сел в машину, но не завел мотор. Сидел и смотрел на освещенные окна второго этажа. Там, за этими окнами, жила его бывшая жена. Женщина, которую он пятнадцать лет учил "правильно жить". Которой объяснял, что можно покупать, а что нельзя. Которую воспитывал, критиковал, направлял.
А она оказалась не сломленной разведенкой, которая будет благодарна за внимание любого мужчины. Она была просто... собой. Довольной собой.
Андрей завел машину и поехал домой. К молодой жене, которая встретит его вопросами, где он был, и претензиями по поводу задержки.
А в освещенных окнах второго этажа две женщины пили чай с тортом и обсуждали новый сериал.