У всех приличных девочек в детстве была одна единственная очень любимая кукла. И не спорьте, одна единственная любимая была у всех. Единственная любимая
У меня была Нина. Кто ее так назвал, я уже не узнаю, где она нашла свой последний приют – тоже. Ее отдали моей младшей двоюродной сестре, когда я выросла, как казалось моим дедушке и бабушке
Нина была прекрасна
Идеально сложена, блондинка с волосами, которые можно было скручивать в косички, делать из них вавилоны на голове. Они были достойны лучших укладок кинодив. Одевалась Нина очень стильно. К каждому моему приезду в их благословенный дом бабушка своими волшебными руками и безмерной любовью ко мне, на тот момент единственной внучке, шила ей новый наряд. Это были и пальто, и головные уборы, и костюмы, и платья. Все отстрочено, как у Диора. Стоит ли говорить о том, что во дворе Нине и мне страшно завидовали? Двор-то 70-х.
Однажды я оставила Нину без присмотра. Отошла, что называется, по нужде: дедушка крикнул: «Оленька, ням-ням, чав-чав». Это он так звал меня на трапезу. Я и бросили беззащитного ребенка, потому что ослушаться дедушку было невозможно: за столом ты должна сидеть с чистыми ладошками через минуту после призыва. Который, конечно, был приказом.
Возвращаюсь. Нина голая. Весь гардероб украден. Все мои подружайки разбежались. Слова «суки» я в шестилетнем возрасте не знала, но гардероб собирать по квартирам пошла. Большую часть вернула. Но вот Нину в конечном итоге не уберегла.
Главное – она моей сестре и не нужна была. Тогда уже барби торжествовали, а она – обычная советская кукла. Что в ней интересного? И это не упрек. Это просто другое время. Нормально.
Один маленький вопрос к мирозданию: куда уходит детство?
Ольга РОЖКОВА