— Почему я должна уезжать из своей квартиры? — я в смятении смотрела на чемоданы в коридоре.
Мама стояла у окна, не поворачиваясь. Её силуэт казался каменным на фоне серого октябрьского неба.
— Потому что так нужно, Лена. Просто поверь мне.
— Но это моя квартира! Я здесь прожила пять лет, я здесь...
— Ничего ты здесь не построила, — резко обернулась мама, и я увидела, что её глаза красные от слёз. — Ничего, кроме иллюзий.
Я опустилась на диван, чувствуя, как подкашиваются ноги. Ещё вчера утром я просыпалась в своей постели, планировала день, думала о встрече с подругой вечером. А сегодня мне говорят собираться и уезжать. Куда? Зачем?
— Мам, объясни мне нормально. Что происходит?
Она подошла и села рядом, взяла мои руки в свои. Её пальцы были холодными и дрожали.
— Андрей не тот, за кого себя выдаёт.
— О чём ты говоришь? — я вырвала руки. — Мы вместе три года, мы планируем свадьбу...
— Лена, послушай меня внимательно. Твой Андрей — он работает не в той компании, о которой рассказывал. И эта квартира...
— Что с квартирой?
— Она не твоя. Никогда не была твоей.
Мир вокруг меня начал рушиться по частям. Сначала беззвучно, как в замедленной съёмке, а потом всё громче и болезненнее.
— Что значит «не моя»? Я плачу за неё, у меня есть документы...
— Документы поддельные. А деньги... Лена, ты никогда не задавалась вопросом, откуда у Андрея такие средства? Почему он настоял именно на этой квартире? Почему он так редко ночует здесь?
Я встала и прошлась по комнате, пытаясь собрать мысли. Воспоминания всплывали одно за другим: как Андрей водил меня смотреть квартиры, как настаивал именно на этой, говорил, что у него есть связи, что всё можно оформить быстро и без проблем. Как он всегда находил отговорки, чтобы не оставаться на ночь. Как уклонялся от разговоров о своей работе.
— Но он любит меня, — прошептала я. — Мы планируем детей...
— Лена, — голос мамы стал совсем тихим, — у него есть жена. И двое детей.
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Опустилась на пол, прислонившись спиной к стене.
— Откуда ты всё это знаешь?
— Вчера ко мне пришёл мужчина. Сказал, что он частный детектив, что его наняла жена Андрея. Она давно подозревала мужа в измене и решила выяснить правду.
— И что... что он сказал?
Мама достала из сумочки толстую папку и положила на журнальный столик.
— Там фотографии, документы. Андрей Михайлович Волков, 38 лет, женат на Светлане Волковой с 2015 года. Двое детей — Максим и Анна. Живут в коттедже в Подмосковье. Работает он не программистом в IT-компании, как говорил тебе, а... в общем, его деятельность не совсем законная.
Я не могла заставить себя открыть папку. Руки не слушались.
— А квартира?
— Снята на подставное лицо. Аренда закончилась вчера. Настоящий собственник не в курсе, что здесь кто-то живёт.
— То есть я... мы всё это время жили нелегально?
— Похоже на то.
Я закрыла лицо руками. Три года моей жизни превратились в одну большую ложь. Мужчина, которого я любила, которому доверяла, с которым планировала будущее, оказался женатым. Квартира, которая стала моим домом, где я чувствовала себя в безопасности, принадлежала кому-то другому.
— Где сейчас Андрей? — спросила я сквозь слёзы.
— Не знаю. Детектив сказал, что он исчез три дня назад. Жена подала заявление в полицию.
— Исчез? А как же я? Как же мы?
— Лена, вас у него не было. Для него ты была просто... развлечением на стороне.
Я встала и подошла к окну. На улице начинался дождь, серые капли стекали по стеклу, как мои слёзы по лицу. Где-то там, в этом городе, живёт женщина, которая носит его фамилию законно. Растят его детей. Может быть, она сейчас тоже плачет, узнав о его исчезновении.
— А что теперь со мной будет?
— Поедешь ко мне. Пока не разберёмся с ситуацией. Потом найдём тебе нормальное жильё, работу...
— Мам, мне тридцать лет. Я думала, что у меня есть дом, любимый человек, будущее. А оказывается, у меня ничего нет. Совершенно ничего.
Мама подошла и обняла меня.
— У тебя есть я. У тебя есть образование, руки, голова. У тебя есть вся жизнь впереди. А этот человек... он не стоил твоих слёз.
— Но я его любила, мам. Я до сих пор люблю.
— Знаю, дочка. Но иногда любовь бывает к тем, кто её не заслуживает.
Мы стояли у окна, обнявшись, и смотрели на дождь. Я думала о том, как быстро может рухнуть то, что казалось незыблемым. Как легко можно прожить в иллюзии, не замечая очевидных вещей.
— Я была такой глупой, — прошептала я.
— Не глупой. Доверчивой. Это разные вещи.
— Как ты узнала, где я живу? Этот детектив...
— Он сказал, что жена Андрея хочет встретиться с тобой. Поговорить.
— Зачем?
— Не знаю. Может быть, ей нужно понять, кто ты такая. Или она хочет извиниться за мужа.
— А может быть, она хочет меня убить, — горько усмехнулась я.
— Лена, не говори так.
Я отошла от мамы и взяла в руки папку с документами. Открыла. Первая фотография — Андрей с женщиной и двумя детьми на даче. Они улыбаются, выглядят счастливыми. Он обнимает жену точно так же, как обнимал меня. На его лице то же выражение нежности, которое я считала предназначенным только мне.
— Смотри, какая она красивая, — я показала маме фотографию. — И дети похожи на него.
— Лена...
— А вот это что? — я перелистнула страницу. Документы о покупке дома, справки о доходах, какие-то договоры.
— Детектив сказал, что Андрей занимается мошенничеством. Подделывает документы, обманывает людей. Возможно, и с тобой у него были не только романтические планы.
— То есть?
— Возможно, он хотел использовать тебя в каких-то своих схемах. Ты же работаешь в банке, у тебя есть доступ к определённой информации.
Я почувствовала, как внутри всё переворачивается. Неужели он встречался со мной не потому, что полюбил, а потому, что я была ему нужна для работы? Неужели даже те редкие моменты нежности, которые я так ценила, были просто игрой?
— Мам, я не хочу больше об этом думать. Давай просто соберём вещи и уедем.
— Хорошо, дочка.
Мы начали складывать мои вещи в чемоданы. Каждый предмет напоминал о чём-то. Платье, в котором я ходила с ним на свидание. Книга, которую он мне подарил. Фотография нас двоих в рамочке на комоде.
— Выброси это, — сказала мама, увидев фотографию в моих руках.
— Не могу.
— Лена, он тебя предал. Обманул. Использовал.
— Знаю. Но на этой фотографии я была счастлива. Пусть это было ложью, но я была счастлива.
Я спрятала фотографию в карман джинсов. Мама покачала головой, но ничего не сказала.
Когда мы закончили собирать вещи, я в последний раз обошла квартиру. Кухня, где мы завтракали по воскресеньям. Ванная, где лежали его вещи рядом с моими. Спальня, где я засыпала, мечтая о нашей совместной жизни.
— Готова? — спросила мама.
— Да.
Мы вышли в коридор, взяли чемоданы. Я обернулась, чтобы в последний раз посмотреть на квартиру, и увидела на полу конверт. Кто-то просунул его под дверь.
— Что это?
Я подняла конверт. На нём было написано моё имя знакомым почерком.
— От него, — прошептала я.
— Не читай, — сказала мама. — Лучше не надо.
Но я уже вскрывала конверт. Внутри был листок бумаги с короткой запиской:
"Лена, прости меня. Я не хотел, чтобы всё так получилось. Ты заслуживаешь лучшего. А."
— Вот и всё, — я смяла записку. — Три года отношений, и вот и всё.
— Хорошо, что хоть извинился.
— Мам, а если я его прощу? Если он разведётся и мы...
— Лена, опомнись! Он мошенник. Он исчез, бросив не только тебя, но и свою семью. Ты хочешь связать жизнь с таким человеком?
Я знала, что мама права. Но сердце не слушается разума. Оно помнит его смех, его руки, его обещания. Оно не хочет верить, что всё это было ложью.
— Давай уедем, — сказала я наконец.
Мы вышли из подъезда. У дороги стояла машина мамы. Когда мы загружали чемоданы в багажник, ко мне подошла женщина. Светлые волосы, усталые глаза, дорогая одежда.
— Вы Елена? — спросила она тихо.
Я кивнула.
— Я Светлана. Жена Андрея.
Мы смотрели друг на друга молча. Я не знала, что сказать. Извиниться? За что? Я же не знала о её существовании.
— Я не хотела причинить вам боль, — сказала я наконец. — Я не знала, что он женат.
— Знаю, — она улыбнулась грустно. — Детектив всё рассказал. Вы тоже его жертва.
— А ваши дети? Как они?
— Пока не знают. Думают, что папа в командировке.
— И что вы им скажете?
— Не знаю пока.
Мы стояли на тротуаре, две женщины, которых предал один мужчина. Она потеряла мужа и отца для своих детей. Я потеряла любимого и дом.
— Если он объявится... — начала я.
— Он не объявится, — перебила Светлана. — У него проблемы с законом. Серьёзные проблемы.
— Какие?
— Мошенничество в особо крупных размерах. Подделка документов. Уклонение от налогов. Ему грозит лет десять тюрьмы.
— Тогда зачем он мне написал записку?
— Какую записку?
Я показала ей смятый листок. Светлана прочитала и покачала головой.
— Это не его почерк.
— Как не его? Я знаю его почерк!
— Это написал не он. Может быть, кто-то из его соучастников. Или тот, кто хочет, чтобы вы думали, что это от него.
Я почувствовала, как у меня кружится голова. Значит, даже эта жалкая записка была подделкой? Даже извинения были ложными?
— Лена, поедем, — сказала мама, взяв меня под руку.
— Подождите, — сказала Светлана. — Елена, если он с вами свяжется, пожалуйста, сообщите мне. Или в полицию. Он опасен.
— Опасен? Как это?
— У него связи с криминалом. Он может... Просто будьте осторожны.
Она дала мне свою визитку и ушла к своей машине. Большой чёрный джип с тонированными стёклами.
— Мам, а что, если он действительно опасен? Что, если он найдёт меня?
— Не найдёт. Мы переедем в другой город, если понадобится.
— В другой город? Но у меня здесь работа, друзья...
— У тебя здесь ложь, Лена. Вся твоя жизнь последние три года была построена на лжи.
Мы сели в машину и поехали. Я смотрела в окно на проплывающие мимо дома, деревья, людей. Где-то среди них был он. Мужчина, которого я любила и который, возможно, никогда меня не любил.
— Мам, а что, если я беременна?
— Что?
— У нас был незащищённый секс две недели назад. Я думала, мы всё равно скоро поженимся...
Мама резко затормозила у обочины.
— Лена, ты серьёзно?
— Не знаю. Пока рано говорить, но...
— Господи, только этого не хватало.
— Я сделаю тест завтра.
— А если положительный?
— Не знаю, мам. Честно не знаю.
Мы доехали до маминого дома в молчании. Небольшая двухкомнатная квартира в старом районе. Здесь я выросла, здесь провела детство и юность. А потом уехала, думая, что начинаю взрослую жизнь.
— Располагайся, — сказала мама, когда мы внесли чемоданы. — Это твоя комната, ничего не изменилось.
Я посмотрела вокруг. Плакаты с музыкальными группами, полки с книгами, письменный стол, за которым я делала уроки. Как будто время остановилось.
— Мам, мне тридцать лет. Я не могу жить в комнате подростка.
— Это временно, Лена. Пока не встанешь на ноги.
Я села на кровать и заплакала. Не от злости, не от обиды — от усталости. От того, что нужно всё начинать сначала. Искать работу, жильё, строить новую жизнь.
— Дочка, всё будет хорошо, — мама села рядом и погладила меня по голове. — Ты сильная, справишься.
— А если я действительно беременна?
— Тогда справимся вместе.
— От мошенника и женатого мужчины.
— От мужчины, которого больше нет в твоей жизни. Ребёнок будет только твоим.
Я посмотрела на маму. Она развелась с папой, когда мне было пятнадцать. Воспитывала меня одна, работая на двух работах. Справилась.
— Ты думаешь, у меня получится?
— Знаю, что получится.
Вечером мы сидели на кухне, пили чай и говорили. О прошлом, о будущем, о том, как я могла не заметить очевидных вещей.
— Знаешь, что самое обидное? — сказала я. — Я думала, что хорошо его знаю. Думала, что между нами доверие.
— А он думал, что хорошо знает тебя. И что тобой легко манипулировать.
— И что теперь?
— Теперь ты знаешь, чего стоят его слова. И знаешь себе цену.
— Какую цену?
— Ты достойна правды, Лена. Достойна честности и настоящей любви. Не соглашайся на меньшее.
На следующее утро я проснулась в своей детской комнате. На секунду забыла, где я и что произошло. А потом всё вернулось: Андрей, квартира, ложь.
Я встала и подошла к окну. Во дворе играли дети, их мамы сидели на лавочке и разговаривали. Обычная жизнь, простые радости.
— Лена, завтрак готов! — крикнула мама из кухни.
— Иду!
Я купила тест в аптеке по дороге домой. Две полоски. Я беременна от человека, которого больше нет в моей жизни. От человека, у которого есть жена и дети.
— Мам, — я вышла из ванной с тестом в руках.
— Положительный?
Я кивнула.
— И что будем делать?
— Не знаю. Честно не знаю.
— У тебя есть время подумать.
— А ты что думаешь?
— Я думаю, что это твой выбор. И я буду рядом, что бы ты ни решила.
Вечером я позвонила Светлане.
— Алло?
— Это Елена. Вчера мы встречались...
— Да, помню. Что-то случилось?
— Я беременна. От него.
В трубке была тишина.
— Алло?
— Я здесь. Просто... это сложно.
— Для меня тоже.
— Что вы собираетесь делать?
— Пока не знаю. А ваши дети... Я не хочу причинить им боль.
— Мои дети не узнают. Это ваше дело.
— Светлана, а если он вернётся?
— Он не вернётся. Его разыскивает полиция в трёх странах.
— В трёх странах?
— Он не только здесь мошенничал. У него проблемы в Европе тоже.
— Боже мой. Кем он был на самом деле?
— Профессиональным аферистом. Очень хорошим, кстати. Иначе бы мы с вами его не полюбили.
— Вы его всё ещё любите?
— Не знаю. А вы?
— Тоже не знаю.
Мы помолчали.
— Елена, если решите оставить ребёнка... Я не буду вмешиваться. Это ваша жизнь.
— Спасибо.
— Но если ему понадобится отец... У моих детей теперь тоже нет отца.
Я поняла, что она имеет в виду. Наши дети могли бы быть... как родственники. Сводные братья и сёстры.
— Мне нужно время подумать.
— Конечно. Удачи вам.
Я положила трубку и посмотрела на себя в зеркало. Тридцать лет, беременна от женатого мошенника, живу с мамой. Кажется, хуже быть не может.
Но утром, просыпаясь, я почувствовала что-то новое. Не надежду — пока рано. Но что-то вроде решимости. Я не знаю, что будет дальше. Но я знаю, что справлюсь. Как справилась мама. Как справляются миллионы женщин по всему миру.
— Мам, — сказала я за завтраком, — я остаюсь ребёнка.
— Уверена?
— Да.
— Тогда нам нужно искать тебе работу получше. И квартиру.
— И коляску, — улыбнулась я. — И кроватку.
— И имя выбрать.
— Если мальчик — не Андрей, — сказала я, и мы обе засмеялись.
Впервые за несколько дней я засмеялась по-настоящему. И поняла, что жизнь продолжается. Моя жизнь, настоящая, без лжи и иллюзий.
А чемоданы в коридоре больше не казались концом света. Они казались началом нового пути.