Месяцы изнурительных тренировок изменили Нэчжу. Его тело, выносливое от природы, стало сильнее и рельефнее. Он научился не гасить внутренний огонь, а направлять его — тонкой, контролируемой струйкой. Он все еще был далек от былой мощи, но теперь это была не слепая ярость, а осознанная сила. Мастер Юй даже разрешил ему снова попытаться получить кольцо духа, на этот раз под строгим присмотром.
Именно в этот день, когда они с Танг Санем готовились к выходу в глубь Леса Звездного Пада в поисках подходящего зверя, воздух вдруг стал тяжелым. Птицы замолкли. Даже насекомые перестали стрекотать. Тишина была неестественной, давящей.
Танг Сань мгновенно насторожился, его рука потянулась к скрытым клинкам.
— Что-то не так, — прошептал он.
Нэчжа почувствовал это раньше, чем осознал. Не звук и не запах. Знакомое, мерзкое ощущение на своей шкуре. Как ледяной сквозняк из глубин его прошлого. Он замер, вслушиваясь в тишину, и его собственное дыхание внезапно стало громким в ушах.
— Он здесь, — хрипло выдохнул Нэчжа, его глаза расширились не от страха, а от узнавания. — Он пришел за мной.
— Кто? — резко обернулся Танг Сань.
Прежде чем Нэчжа успел ответить, тени под древними деревьями сгустились и поползли. Они стекались в одну точку, в высокую, худую фигуру. Из тьмы проступили очертания человека в рваных, похожих на погребальные, одеждах. Его лицо было скрыто глубоким капюшоном, но оттуда, из кромешной черноты, на них смотрели два мерцающих багровых глаза. Воздух вокруг него звенел от голода. Не физического. Душевного.
— Наконец-то, — проскрежетал голос, больше похожий на скрип надгробия. — Пахнешь страхом, изгнанник. Пахнешь... одинокой душой.
Танг Сань шагнул вперед, закрывая собой замершего Нэчжу.
— Отступи. У нас нет к тебе дел.
— Дело не с тобой, червяк, — голос прозвучал прямо в их головах, холодный и пронизывающий. — Я пришел за тем, что ускользнуло из наших рук. Он принадлежит Тьме.
Нэчжа содрогнулся. Он узнал эту энергетику. Это был не демон его мира. Это было нечто иное, рожденное в межмировом разломе. Охотник. Пожиратель душ. И он пришел завершить работу.
— Беги, Танг Сань, — прошептал Нэчжа, его голос дрожал от ненависти и... страха. Не за себя. За друга. — Это не твой враг.
— Сейчас он враг нам обоим, — холодно ответил Танг Сань. Его первое кольцо духа уже вспыхнуло ярким светом. — Первый навык: Переплетение Паутины!
Синие энергетические лозы рванулись к тенистой фигуре. Но они не достигли цели. Они просто... исчезли, поглощенные тьмой вокруг незнакомца, словно капля воды в пустыне.
Тень рассмеялась — сухим, трескучим звуком.
— Детские игрушки.
Она махнула рукой, и сгусток абсолютной черноты, холодный и липкий, рванулся в направлении Танг Саня. Тот попытался увернуться с помощью Призрачного Призрачного Шага, но тень двигалась быстрее. Чернота обвилась вокруг его ноги, и Танг Сань с криком боли рухнул на колено. Его лицо исказилось гримасой — тень высасывала его энергию, его душу боевого духа!
— НЕТ! — рев Нэчжи прорвал оцепенение.
Ярость. Чистая, неразбавленная ярость, которую он так долго сдерживал, вырвалась на свободу. Он не думал о контроле. Он не думал о кольцах. Он видел, как его друг, единственный, кто протянул ему руку в этом проклятом мире, корчится от боли.
«ОТПУСТИ ЕГО!»
Золотой свет ударил по глазам. На его запястье снова материализовался Обруч Всепобеждающего. Но на этот раз он был не мимолетной проекцией. Он был плотнее, реальнее. Нэчжа, не целясь, швырнул его в тень.
Обруч, вращаясь и губя, пронесся сквозь воздух. Тень с шипением отшатнулась, выпустив Танг Саня. Обруч врезался в ствол позади нее, и снова раздался оглушительный грохот, но на этот раз тень лишь вздрогнула — атака задела ее, но не ранила серьезно.
— Так-так... — прошипело существо, его багровые глаза сузились от интереса. — Остатки былой славы? Мило. Но недостаточно.
Оно снова двинулось к ним, тьма вокруг сгущалась, становясь осязаемой.
Танг Сань, бледный и ослабевший, поднялся на ноги.
— Он питается нашей энергией! Обычные атаки бесполезны! — выдохнул он, лихорадочно соображая. — Нэчжа! Твоя сила... она другая! Он не может поглотить ее полностью!
Прозрение ударило, как молния. Да. Его сила была чужеродной для этого мира. Так же, как и для этого охотника.
— Держи его! — скомандовал Нэчжа, и в его голосе снова зазвучали стальные нотки командира.
Танг Сань кивнул. Он собрал остатки сил. «Второй навык: Смертоносный Заколдованный Коготь!» и «Паучий Сет!» одновременно. Он атаковал не чтобы ранить, а чтобы отвлечь, опутать, заставить тень сконцентрироваться на нем.
И это сработало. На мгновение.
Нэчжа закрыл глаза. Он не искал гнев. Он искал тишину. Ту самую тишину, которой учил его Танг Сань. Тишину в центре бури. Он чувствовал свое тело лотоса. Чувствовал священный огонь, который был его сутью. Он был не просто носителем силы. Он был этой силой.
Он открыл глаза. Они горели чистым золотым светом.
— Изгнанник? — сказал он, и его голос гремел, многократно усиленный. — Нет. Я — Нэчжа. И я — НЕ ТВОЯ ДОБЫЧА!
Он не стал бросать Обруч. Он бросился вперед сам, став живым оружием. Его кулак, обернутый сгустком золотого пламени, пронесся сквозь сгущающуюся тьму, как раскаленная сталь сквозь снег.
Удар пришелся точно в центр тенистой фигуры.
Раздался не крик, а оглушительный вопль разрываемой пустоты. Багровые глаза полыхнули ужасом и болью. Форма охотника задрожала, стала расплывчатой.
— ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! — проревело существо, и его голос терял силу, превращаясь в шепот.
Тень схлопнулась, превратившись в клубящуюся черную дымку, и с противным всхлипом исчезла, оставив после лишь запах озона и выжженной пустоты.
Нэчжа стоял на коленях, дымясь. Золотой свет угасал в его глазах. Рука, которой он нанес удар, была обожжена и кровоточила.
Танг Сань, опираясь на дерево, тяжело дышал. Он смотрел на Нэчжу, на выжженное пятно на земле, где секунду назад была угроза, которую он не мог одолеть.
Молчание повисло между ними, тяжелое и многозначительное.
— Они... они знают, что я здесь, — наконец выдохнул Нэчжа, поднимая голову. В его глазах читалась не просто усталость. А принятие. — И они не остановятся.
Танг Сань медленно кивнул, его лицо было серьезным.
— Тогда нам нужно быть готовыми. Всем. Пора рассказать им. Всю правду.