На аэродроме подсчитывали потери. Пятеро погибших и пятнадцать раненых рейнджеров. Гатанги отделались лёгкими ранами. В маленьком ангаре, где стояли регенерационные ванны с рейнджерами, гатанги, рассевшись между ваннами, обсуждали бой.
– Не ожидал, что нам так повезёт, – заметил Мерц. – Легко отделались!
– Повезло?! Пятеро ребят погибло! Почему же вы не сказали, что умеете такое?! – почти прорыдала Саня, она после операции не могла сдерживать эмоции. – Мы бы по-другому действовали! Мы бы наносили удары из-за вашего барьера, или бы знали, куда отступать.
– Саня! Это просто чудо, что удалось такое сделать. У нас не всегда получается ставить барьер! Если честно, то я вместе с Дашутой сделал это второй раз в жизни, – угрюмо ответил Кьяр и посмотрел на свою гатанги, та понимающе кивнула.
Дарья ругала себя, из-за того, что не читала на Земле про боевые искусства, полагая, что в тех книгах можно было бы найти информацию про концентрацию и тому подобное, и из-за того, что не знает, кого из людей попросить помочь. Кьяр тоже уже «сломал» голову, пытаясь придумать тренировки, чтобы способность ставить барьеры зависела в большей степени от их воли. В отличие от Дарьи, он знал, что советчиков и не будет – он с Дашкой были первопроходцами.
– Они такие быстрые, – прошептала Ден, которая впервые в жизни столкнулась с нхангами и была очень довольна, что не испугалась. – Что-то было странное, не помню что.
– Вы штук тридцать порубили, а их и не уменьшилось, – просипел Стак, он никак не мог опомниться от того, что увидел в бою, и не представлял смог бы сам так сражаться. – Я заметил, что нханги рвали своих.
– Да, но не всех, а только некоторых, – возразил Мерц, у которого руки были опущены в регенерационную ванну.
Бат, руки которого, как и у Мерца были ободраны верёвками до мышц при подъёме гатангов, держал их в регенерационной ванне, пробасив:
– Мы всё что-то видели, но что-то не заметили. Ребята, давайте-ка, вспоминайте необычное! Я заметил, что нханги нападали только с одной стороны.
Фер, у которого были сломаны обе руки, и он лежал в ванной, в которой держали руки Бат и Мерц проворчал:
– Странное… Хм… А ведь было! Нханги обычно сразу рвут добычу, но вцепились в меня когтями и куда-то тащили. Понимаете? Они меня не хотели есть! Я ведь как вторую руку сломал? Я вцепился в липучку Бата, а нханги меня отдирали. Реально отдирали. Бат оказался сильнее.
– Спасибо, вам всем! Только ты, Кьяр, мне чуть спину не сломал, когда бросил под ноги к Дашке, – проговорила Саня.
– Он такой! Свирепый! – Дарья засмеялась.
– Понял, то есть поняла! Твари разорвали тех, кто сожрал рейнджеров, – завопила Ден.
– Значит, мне не показалось, – вздохнул Кьяр. – Они и здесь переговаривались.
Ани встала и взволновано начала описывать круги вокруг ванн.
– Я же видела это раньше! Слышала! Всем говорила! Много раз говорила! Мне не поверили. Никто не поверил! Командир Патруля назвал фантазёркой, а я видела! Видела! И то, что нханги общаются, и то, что куда-то утаскивают убитых, и то, что у некоторых забирают только головы.
– Значит это не нханги задумали! – Кьяр потёр лоб. – Что-то мы ещё не заметили. Шхас![1] Под носом не видим!
Мерц вытащил руки из ванной, осмотрел и сказал:
– Бат, вынимай!
– Не-а, я ещё подержу! Болит. Мне интересно, что здесь раньше-то было? Ну, я про те здания, к которым нас не пускали нханги, – задумчиво спросил он, Кьяр дёрнулся, а Командор застонал. Бат удивился. – А что я такого спросил?
– Ты у меня умница! – Фани жарко поцеловала его.
– Я знаю, а почему? – Бат потёрся головой о её подбородок. – Кстати, а откуда приходят нханги?
– Никто не знает, – взволнованно ответила Ани. – Они скрываются, в рощах до темноты, а потом их не отследить. Те, кто пытался, погибал. Здесь был классный целитель Гант, он первый пропал, когда стал следить за нхангами. Обидно, что мы только раз смогли применить то, что он обнаружил. Он вычислил время наиболее частого появления новых нхангов. Они, в отличие от обычного, стали здесь активными в полдень.
– В самую жару? – удивилась Дарья. – зачем им, они же теплокровные?
Ани кивнула.
– Гант тоже удивлялся, говорил, что это не характерно для нхангов, ведь раньше они охотились во второй половине дня ближе к вечеру. Когда мы воспользовались его прогнозом, то целую стаю сожгли, штук тридцать. Нханги потом они уже не кучковались. Они двигались на некотором расстоянии друг от друга. Это просто бесит, ведь не могут животные сразу догадаться. Мы рассчитывали, что хотя бы пару раз ещё такое сделать, увы! С бомбами пришлось завязать.
– Ха! Они не догадались, это кто-то разумный их готовит, и нханги его боятся, – подытожил Кьяр. – Это как же их можно заставить подчиниться? В Ростоке вроде нет НИИ, занимающихся поведением.
– Есть НИИ химии и есть НИИ Фармакологии, – прошептала Ани. – Все остальное как везде: школа истов, училища и прочее.
– Да-а! Теперь я тебя понял, Кьяр, когда ты попросил быть осторожным в разговорах. Ведь в городе обсуждали и сроки нападения, и прочее. Кого же мы там проморгали? – угрюмо пробасил Командор. – Знаете, что дала эта разведка? Это то, что пора добирать информацию, надо лететь в Росток. Говорить со всеми, кто смог удрать от нхангов. Думаю, что хоть кто-то что-то заметил, что мы можем использовать.
– Без нас, – возразил Кьяр. – Нам и здесь хорошо! Чем меньше о нас знают в Ростоке, тем лучше.
– Нет уж, хоть кто-то, должен лететь со мной, – фыркнул Командор. – Мерц, давай ты. Ты целитель и сможешь расспрашивать деликатно.
Потянулись долгие дни. Гатанги облетали постройки и составляли подробные карты. Картина становилась все более безрадостной – слишком много было территорий удобных для нападения нхангов, к тому же они ни разу не видели нхангов за охотой или просто гуляющих. Даже во время облета полей, нханги, которые их явно контролировали, все время скрывались при появлении батов.
Через пять дней из Ростока прилетели Командор и Мерц, оба были мрачными.
– Смотрите! – Мерц ткнул на здание, пристроенное к скале. – Это инкубатор фабрики по выращиванию всех видов домашних яйцекладущих. Мы выяснили, что он все время работает. Конечно, добились чтобы отключили электричество, но у них свои мощные электрогенераторы.
– Новости! Значит, ростокские жители сами выращивали нхангов? – спросила Дарья.
Кьяр нахмурился, а Командор, бухнув дверью, вышел.
– Люди не любят правды, – прокомментировал Ронг.
– Жаль, что ты так думаешь! – проговорил Командор Лонг, входя обратно. – Я не один!
За ним вошло несколько человек, трое из них сделали знакомый Дарье жест, она оглянулась на Кьяра, тот едва заметно поклонился им. Дарья догадалась, что эти трое были из Службы Равновесия, и они не хотели, чтобы кто-то из присутствующих это знал. Все расселись вокруг стола.
Встал молодой воин в форме патрульного с лейтенантскими нашивками.
– Мы хотим выработать совместный план боевых действия. Пора нхангов прищучить! Это ничего что их много, просто наступило время это сделать!
– Вот тебе и здравствуйте! – пророкотал Бат.
Гатанги удивлённо переглянулись, они не ожидали, что вместо совместного анализа происходящего им сходу предложат участие в боевых действиях. Прошла минута, вторая в полном молчании, лейтенант покраснел с досады.
– Простите за невежливость. Конечно, я приветствую всех, но не понимаю. Вы что, против? Что означает ваше молчание? Мои ребята ничего не боятся, и мы хорошо вооружены. Конечно, новобранцы останутся в городе.
Кьяр тихонько подтолкнул Дарью вперёд, полагая, что во время разговора он разберётся, чем ему сразу не понравился пылкий лейтенант, к тому его насторожило выражение изумления, промелькнувшее на лице одного из Советников.
Дарья замотала косу в узел, Кьяр знал, что это признак того, что она нервничает, и спросила:
– План – это хорошо, но вы же говорите о нападении на нхангов. Нас очень немного по сравнению с Патрулем. Хотелось бы знать, а что вы, собственно, хотите от нас? Наша работа – это разведка, иногда разведка боем. Мы не регулярная армия, и не спасатели людей. Мы удивлены вашим предложением воевать, но готовы выслушать вас!
Дрен встал за спиной Дарьи, поддерживая её, и положил руки ей на плечи. Лейтенант, заметив, как Дарья облокотилась на грудь гатанга, гневно воскликнул:
– Позвольте!
– Подожди и послушай! Начнем с оценки ваших возможностей, раз уж мы не знаем о численности нхангов. Ведь ты лейтенант ограничился словом много, про нхангов. Так сколько у вас воинов, готовых погибнуть? – Дарья старалась говорить очень ровно, без каких-либо эмоций.
В отличие от неё Лейтенант, презрительно процедил:
– Мы не счетоводы, чтобы считать.
– Даже число твоих бойцов неизвестно, – удивилась Дарья.
Прибывшие переглянулись, Командор хмыкнул, он не ожидал, что обсуждать совместные действия поручат Дарье, но то за ней стоял Кьяр, говорило, что ей полностью доверяют. Она вела разговор спокойно и с достоинством, в отличие от Командира Патруля. Командор взглянул на Лейтенанта, у того аллели щеки от гнева, потом взглянул на тех кто приехал из Ростока, и нахмурился. Походе они не ожидали такого предложения Лейтенанта.
Нынешний Командир Патруля нервно вскочил.
– Не надо обвинять меня в том, что я не знаю своих бойцов. У меня сотня патрульных, и мы горим…
– Смотри, не сгори раньше времени! – огрызнулась Дарья.
Лейтенант зло засопел.
– Это что такое она говорит? Вы послушайте? Она издевается что ли?
– Будет тебе! Успокойся! Сам подумай, конкретного плана у тебя нет. По твоим же словам ты не знаешь численности нхангов. Могу тебя уверить, что их на много больше, чем всех нас вместе взятых. Они просто всех порвут, – Кьяр укоризненно посмотрел на всех. – Уважаемые! Кроме желания погибнуть, может есть ещё предложения? Попробуем их обсудить!
– Конечно предложения и наработки есть! – проговорил седой здоровяк. – Наши кузнецы в механических мастерских изготовили металлические короба на колёсах для защиты всадников. Они легкие из титановых сплавов, но нхангам их не порвать. Мы их уже проверили на полигонах мастерских.
– Всадник не сможет и сражаться, и держать короб, и управлять лошадью, – возразила Роун. – Короб станет обузой.
– Нет, идея не плоха, только не додумана. Надо сделать в этом коробе щели или окна, чтобы всадник что-то мог делать в бою, а сами короба как-то крепить к лошадям. Возможно, для управления лошадью нужен будет второй всадник. Их можно набрать из наездников, участвующих в скачках. Думаю они не откажут в таком благородном деле – это почетно. Можно даже создать бронированный отряд в последствии или ввести нагрудные знаки. Это пусть продумают ваши психологи. Сделать надо это очень быстро и пригласить только тех, кто сразу скажет да. Сомневающихся в бою н должно быть, – все внимательно слушали Ронга, а Роун смотрела на него с восхищением. Ронг повернулся к седому. – Чуть не забыл. Хорошо бы, чтобы колеса имели шарнирное крепление, и тогда кочки будут не помеха.
– Дельное и продуманное предложение. Может, попробуем ещё что-то совместно придумать? – сказал ветеринар, который был членом Службы Равновесия.
– Скажите, а у местных нхангов нет проблем? Ведь их очень много на ограниченной территории! – прогудел Бат. – Кто за ними наблюдал?
– Проблемы есть, – ответил ветеринар, – нханги голодают.
– Это хорошо! – заметил Мерц. – А вы не знаете, они не болеют? При такой высокой численности и голоде, такое всегда происходит.
– Ничем они не болеют, – печально возразил ветеринар. – Нханги вообще очень сильно изменились. У них очень умные вожаки, которые видимо разработали способы подчинения.
Второй, седой ветеринар хмуро добавил:
– Все наши стажеры-исты постоянно за ними наблюдают, но только со стен города. Так вот, по приказам вожаков небольшие группы нхангов постоянно кружат вокруг ферм, производящих зерно и фрукты, и хорошо прячутся от арбалетчиков. Создается впечатление, что они хорошо понимают и возможности фермеров и, что подходит время сбора урожая. Нам поэтому удалось спасти некоторые стада, загнав их в городские парки. Представьте! Голодные нханги не стали преследовать стада, а продолжили караулить фермы, там же не только крупно рогатый скот, а более лёгкая добыча. Этого я не могу понять. Не могут животные сами такое придумать. Ощущение, что ими жестко управляют.
Кьяр кивнул ветеринару, а Мерц неожиданно хлопнул себя по лбу.
– У меня больше, чем у других во время разведки боем было времени. Так вот, во время боя я заметил нхангов по крайней мере трех типов, они отличались по окраске и размерам. Были темные с черными полосками на боках; были очень светлые с ровным окрасом, но с черной головой, и они мельче других; были и обычные нханги, их больше всего, ну и головасты – вожаки.
Кьяр нахмурился.
– Могу добавить. У всех типов нхангов разное поведение. Полосатые высоко прыгают и способны запрыгнуть на бат. Черноголовые отвлекали внимание стрелков, потому что быстро кружат вокруг бойцов, не нападая. Обычные нханги являются основной группой для нападения на бойцов. Головасты наблюдают издалека, не вступая в бой. Необычная для природы окраска и форма поведения, значит, их кто-то менял, – заметил Кьяр. – Их много, но когда торопишься, то усиливая одно, невольно ослабляешь другое. Надо поискать их слабые места.
Все угрюмо переглянулись удивляясь, как много он заметил.
Бат прогудел:
– Головастов защищают полосатые, это я заметил, они стали чаще прыгать на бат, когда я прицельно стал стрелять в головастов. Полосатые, буквально их собой закрывали. Надо узнать, может кто-то из местных бойцов что-то узнали об этих головастах. Надо узнать о них всё. Может кто-то и что-то видел, когда удирал от нхангов.
– Мы узнаем это в бою! – возопил Лейтенант.
– В бою ты будешь драться, а не узнавать, – отмахнулся Бат. – Да и не заметил я слабых мест у нхангов в первом здесь бою. Поверь, меня хватало только на то, чтобы стрелять, а потом вытаскивать раненных.
– Те, кто их создавал, видимо, учли некоторые слабости диких нхангов. Радует одно, что они сожрали рейнджеров, а не утащили, – вздохнула Фани.
– Нет, ты сама-то понимаешь, что говоришь?! – завопил выпущенный из регенерационной ванны Фер. – Ты что?
Фани фыркнула, она не хотела рассказывать о том, что увидела в подземных лабораториях. До сих пор её душа не могла принять ту страшную информацию. Говорить об этом не хотелось. Возможно, потом, когда все уйдут, она расскажет это целителю рейнджеров.
– Сожрали, – пробормотала Дашка и ахнула. – Так значит, среди них есть с яркими звериными инстинктами! Понимаете, те, кто сожрал, не подчинялись чьим-то командам!
– Конечно, остались, – согласился, успокаиваясь, Фер, который понял, что гатанги ищут выход. – Это – самцы! Я знаю, что молодые самцы покидают семью очень быстро, чтобы их старшие не порвали. Они поэтому-то такие мощные в природе, так как вынуждены жить одни. Самцы даже стаю не могут организовать так как всё время дерутся. У нхангов после спаривания самец выращивает яйца в своей выводковой камере, поэтому самки нхангов всегда защищают своих самцов, ведь тем надо носить яйца три месяца, а только потм они организуют совместный инкубатор, который охраняют до вылупления молоди.
– Зачем им здесь-то вынашивать яйца? – удивился Кьяр. – Там же инкубатор.
– А что с самцом, который не вынашивает яйца? – спросил кузнец. – Я, почему спрашиваю, мне рейнджеры рассказывали, что под Ростоком в прежних стаях часто было по два самца. Я не специалист и мне интересно.
– Второй самец непрерывно спаривается с самками, – ответил ветеринар. – Чтобы те не достались молодым самцам одиночкам.
– Интересно! Значит, теперь все самцы сексуально озабочены? – воскликнула Дарья, мужчины заржали.
– Эх вы! Смеётесь, а не понимаете? Когда самцов намного больше, чем самок, то они начинают драться за самок, – ветеринар потёр руки. – Интересно, а новые нханги, которых создали, тоже имеют такой тип поведения? Ах, как же мы на это не обратили внимания?!
– На поле боя самцы дрались только с бойцами, а не между собой. Может потому, что воспринимают всю стаю, как семью. В природе семьи нхангов дерутся постоянно за территорию. Понимаете? Им как-то внушили, что люди их конкуренты, а не просто добыча, – проворчал Фер. – Это можно использовать. Я про озабоченность.
– Отлично, – проговорил Мерц. – Значит надо привезти препараты, чтобы озаботить их самцов.
– Какие препараты?! Мой отец стал калекой из-за нхангов! Мы высадимся с батов и дадим бой, – вскочил Лейтенант, который буквально давился от злости. – Не понимаю зачем нас вообще позвали на жэто нелепое совещание. Поведение, окраска… Разве это важно? Они нападают на людей, а вы городите ерунду! Это… Это –трусость!
Он почему-то это говорил, обращаясь только к Дарье.
– Ну и глупо! Какая-то, простите, детская сопливость. Ты ещё сядь верхом на палочку и изобрази рыцаря, – рассердилась она.
Дарья уже собралась развить это высказывание, но её остановила Ден, скользнувшая к Лейтенанту.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав:
[1] Шхас – ругательство, выражающее гнев.