39-летняя Евгения Исаенкова, занимавшая должность заместителя председателя Общественной палаты Раменского района Московской области, была обнаружена мертвой в своем автомобиле на окраине Раменского в мае 2019 года. Убийство совершено путем удушения, при этом орудие преступления не было установлено.
Обвинение в совершении преступления было предъявлено Андрею Кулакову, главе Раменского района, являвшемуся любовником Исаенковой.
За двое суток до задержания Кулаков добровольно сложил свои полномочия.
По одной из версий, причиной конфликта стало знание супругой Кулакова об их тайной связи. У пары двое детей, сын и дочь. Предполагается, что жена настаивала на прекращении романа и сохранении семьи, в то время как Исаенкова стремилась к продолжению отношений. Встреча состоялась в уединенном месте – на пустыре, в автомобиле Исаенковой, где, очевидно, произошла бурная ссора, поскольку женщина планировала уйти от мужа и начать новую жизнь с Кулаковым, что не входило в планы главы района.
Кулаков отрицал свою причастность к убийству, однако следствие представило ряд убедительных доказательств, указывающих на его вину. Он утверждал, что 2 мая находился на работе и в последний раз видел Исаенкову 30 апреля. Тем не менее, в машине погибшей были обнаружены биологические следы Кулакова, а проверка на полиграфе показала признаки обмана.
Дело было рассмотрено в Подольском городском суде.
Прокуратура предоставила суду сообщение, отправленное Кулаковым Исаенковой незадолго до ее гибели: «Ты окончательно меня измотала, не заставляй меня предпринимать крайние меры, просто уйди, исчезни». Кулаков признал факт отправки сообщения, но не смог точно вспомнить, кому именно оно было адресовано.
Кроме того, под ногтями Исаенковой был обнаружен биоматериал с ДНК Кулакова, а на ее трусах – следы спермы чиновника. Кулаков заявил, что все эти биоматериалы относятся к 30 апреля 2019 года, когда они провели время вместе.
Он утверждал, что после интимной близости Исаенкова приняла душ и они провели несколько часов в постели, и что, возможно, она случайно оставила свои следы на его биоматериалах. Он также подчеркнул, что биоматериал под ногтями мог сохраняться в течение длительного времени и не может служить доказательством его причастности к убийству.
Кулаков настаивал на своей непричастности к преступлению, указывая на то, что у Исаенковой могли быть враги, чьи имена ему неизвестны. Жена Кулакова подтвердила, что в день убийства он находился дома.
Присяжные заседатели признали Кулакова невиновным. Они ответили утвердительно на вопрос о том, было ли совершено убийство, но отрицательно на вопросы о том, совершил ли его Кулаков и виновен ли он.
После оглашения вердикта Кулаков был освобожден из-под стражи в зале суда. Он выразил удовлетворение решением присяжных, поблагодарив их за тщательное изучение дела и принятие, по его мнению, справедливого решения.