Наталья Смирнова возилась у плиты, когда до её слуха донёсся звук захлопнувшейся двери. Гости прибыли. Она шумно выдохнула, стараясь подавить закипающее раздражение, и продолжила помешивать ароматный суп, булькающий в кастрюле. Неделя. Целую неделю ей предстоит принимать свою двоюродную сестру Марину, её супруга Сергея и их семнадцатилетнюю дочь Лизу. Неделя вынужденной любезности, фальшивых улыбок и нескончаемых придирок.
— Наташка! Ты где пропадаешь? — раздался зычный голос Марины из коридора.
— На кухне! — откликнулась Наталья, ощущая, как внутри всё сжимается от напряжения. Всего неделя. Она выдержит.
В дверном проёме показалась Марина — статная дама с ярко накрашенными губами и тонкими бровями, подчёркнутыми тёмным карандашом. За её спиной маячил Сергей — коренастый мужчина с лёгкой лысиной и вечно кислой миной.
— Господи, как я вымоталась в дороге! — театрально вздохнула Марина, откидывая назад свои пышные, крашеные в каштановый цвет волосы. — А ты, я смотрю, даже чай не поставила? Мы пять часов в машине тряслись!
— Здравствуй, Марина, — сдержанно ответила Наталья, вытирая руки полотенцем. — Чайник только закипел. Сейчас всё сделаю.
— Надеюсь, у тебя найдётся что-то к чаю, — проворчал Сергей, плюхнувшись на табурет. — В прошлый раз были только какие-то сухари, а я, знаешь ли, предпочитаю что-то посолиднее.
Наталья молча достала из холодильника пирог, купленный накануне специально для гостей. Тысяча рублей — немалая часть её скромной пенсии. Но ради родственников чего только не сделаешь.
— А где Лиза? — спросила она, раскладывая чашки.
— В ванной, — отмахнулась Марина, оглядывая кухню с явным неодобрением. — Ты так и не обновила интерьер? Всё те же обшарпанные обои?
Наталья сжала губы. Ремонт в её маленькой квартире на окраине Липецка был ей не по карману — пенсия бывшей учительницы химии не позволяла таких трат.
— Не сложилось, — коротко ответила она.
На кухню вошла Лиза — худенькая девушка с ярко-зелёными прядями в волосах и пирсингом в брови. На ней красовались потёртые джинсы и майка с какой-то иностранной надписью, которая вряд ли была пристойной.
— Фу, чем это воняет? — скривилась Лиза, не отрываясь от телефона. — Опять твоя еда из прошлого века?
— Это суп с курицей, — Наталья попыталась улыбнуться. — Ты же вроде любишь мясо.
— Я теперь веган, — отрезала Лиза, не поднимая глаз. — И вообще, я не голодная. На диете сижу.
Марина с гордостью улыбнулась:
— Моя девочка за собой следит. Хочет в актрисы податься.
Наталья посмотрела на угловатую фигуру племянницы и промолчала. Вместо этого она разлила чай и поставила на стол пирог.
— Ты не забыла, что Сергей после шести сладкое не ест? — пропела Марина. — У него желудок слабый.
— Уже почти семь, — заметила Наталья, бросив взгляд на часы.
— И что? — возмутилась Марина. — Ты же знаешь, что у нас дома ужин в девять! Могла бы и подождать!
Наталья почувствовала, как в висках запульсировала боль — предвестник мигрени. Она молча отложила нож и села за стол, сжимая тёплую чашку.
— Кстати, где мы будем спать? — спросил Сергей, отпив чай и скривившись, словно ему подсунули уксус.
— Я постелила вам в зале на диване, а Лизе — в моей комнате. Сама лягу на раскладушке здесь, на кухне, — ответила Наталья.
— На диване? — взвилась Марина. — У Сергея поясница! Он не может на диване спать! Мы займём твою комнату, а Лизу устроишь в зале.
— Но кровать у меня узкая, вам не... — начала Наталья.
— Ой, не выдумывай! — перебила Марина. — Как-нибудь уместимся. Не на полу же нам ночевать!
Вечер тянулся мучительно. Сергей развалился на диване и врубил телевизор на полную громкость, Лиза закрылась в ванной, откуда доносились басы её музыки, а Марина прошлась по всей квартире, критикуя каждый угол.
— Серьёзно, ты до сих пор носишь этот свитер? Он же из позапрошлого века! — восклицала она, роясь в шкафу Натальи. — А эти ботинки? Как ты вообще в них ходишь?
Наталья молчала, убирая посуду и протирая стол. Ни Марина, ни Сергей, ни Лиза даже не предложили помочь.
Ночь прошла без сна. Раскладушка скрипела при малейшем движении, из зала доносился храп Сергея, а в четыре утра Лиза заявилась на кухню, громко хлопнув дверью, и начала рыться в шкафах.
— Тёть Ната, у тебя есть что-то нормальное поесть? — заныла она, открывая холодильник. — Я с голоду подыхаю!
— Там творог и яблоки, — пробормотала Наталья, борясь со сном.
— Фу, я же на диете! — буркнула Лиза и, ничего не взяв, ушла.
Утро не принесло облегчения. Наталья, привыкшая вставать рано из-за школьных лет, к восьми утра уже приготовила завтрак: яичницу, бутерброды с ветчиной, сыр и фрукты.
— И это всё? — разочарованно протянула Марина, оглядев стол. — А оладий нет?
— В другой раз, — устало улыбнулась Наталья. — Я думала, мы могли бы прогуляться в сквер или в краеведческий музей. Погода отличная.
— В музей? — скривился Сергей, накладывая себе яичницу. — У меня отпуск, а не каторга!
— Я хочу в молл, — заявила Лиза. — Мне нужны новые шмотки.
— Хорошая идея! — подхватила Марина. — Наташ, ты же знаешь, где у вас тут приличные магазины?
Наталья знала. А ещё она знала, что её пенсия едва покрывает расходы на жизнь, и шопинг с капризными родственниками — последнее, о чём она мечтала.
— Я думала, мы проведём время вместе, — осторожно начала она. — Мы же редко видимся...
— Вот поэтому я хочу купить что-то на память! — перебила Марина. — Ваш сквер мы уже видели, скука смертная.
В торговом центре было людно. Наталья тащилась за родственниками, которые врывались в каждый магазин, примеряли одежду, но ничего не покупали. Наконец, Лиза нашла джинсы, которые ей приглянулись.
— Мам, смотри, какие стильные! — воскликнула она, вертясь у зеркала.
Марина глянула на ценник и скривилась:
— Дорого как-то...
Лиза надулась:
— Ты обещала! У Катьки такие же!
— Наташ, — Марина повернулась к сестре с приторной улыбкой. — Может, выручишь? Всё-таки племянница...
Наталья почувствовала, как внутри всё леденеет. Шесть тысяч за джинсы — треть её пенсии.
— Марина, я не потяну, — тихо сказала она. — Денег таких нет.
— Ну конечно! — фыркнула Марина. — Ты всегда была скрягой! Племянницу не можешь порадовать!
— Это не жадность, — твёрдо ответила Наталья. — Это жизнь. Я на пенсии.
— Да плевать! — Лиза швырнула джинсы на пол. — Не больно-то и надо!
Обратно ехали в тишине. Лиза демонстративно отвернулась к окну, Марина поджала губы, а Сергей вздыхал, будто на него свалились все беды мира.
К вечеру обстановка накалилась. Наталья приготовила ужин — тушёную картошку с мясом, но никто, кроме неё, к еде не притронулся.
— Мы закажем суши, — объявил Сергей, доставая телефон. — Ешьте что хотите, а я это не могу.
Наталья убрала тарелки и села в углу с книгой, стараясь отгородиться от происходящего. Через час привезли суши, и родственники набросились на них с жадностью.
— Наташ, будешь? — с деланой заботой спросила Марина.
— Нет, спасибо, я поела, — ответила Наталья, не отрываясь от книги.
— Ну, как знаешь. Кстати, завтра мы с Сергеем едем на экскурсию в заповедник. Присмотришь за Лизой? — добавила Марина.
Наталья подняла взгляд:
— Завтра я договорилась встретиться с подругами. Мы давно планировали.
— И что? — вскинула брови Марина. — Перенеси! Мы же не каждый день приезжаем!
— Не могу, — спокойно ответила Наталья. — Встреча назначена давно.
— Да ты издеваешься! — всплеснула руками Марина. — Мы тащимся к тебе через всю страну, а ты даже не можешь уделить нам время! Лиза, слышишь? Твоей тёте наплевать на семью!
Лиза закатила глаза, не отрываясь от телефона:
— Да мне пофиг.
— Не пофиг! — повысила голос Марина. — Это просто наглость! Мы гости!
В этот момент что-то в Наталье надломилось. Её привычный мягкий тон исчез.
— Гости? — переспросила она, захлопывая книгу. — Гости, Марина, обычно уважают хозяев. Не требуют, а благодарят. А вы? Вы приезжаете, будто в отель. Думаете, я вам прислуга?
— Ты что несёшь? — опешила Марина.
— Правду, — Наталья встала, и её голос стал твёрже. — Я готовлю, убираю, стираю за вами, отдаю свою кровать. Вы критикуете мой дом, мою одежду, мою еду. Требуете деньги, которых у меня нет. И даже «спасибо» не говорите.
— Да как ты смеешь! — задохнулась Марина. — Мы же родня!
— Родня, — кивнула Наталья. — Поэтому я терпела это годами. Но хватит. Завтра я ухожу к подруге до вашего отъезда. Квартира ваша. Еда в холодильнике, бельё в шкафу. Справитесь.
— Что? — Сергей поперхнулся сушами. — Ты не можешь просто свалить!
— Могу, — отрезала Наталья. — Это мой дом. И я решаю, что могу.
— Ты рехнулась! — закричала Марина. — Выгоняешь семью?
— Я никого не выгоняю, — Наталья посмотрела сестре в глаза. — Я просто не буду терпеть хамство. Оставайтесь до конца недели, как хотели. Но без меня.
С этими словами она вышла, оставив родственников в шоке.
Утром Наталья собрала сумку. Гости ещё спали, когда она тихо закрыла дверь и отправилась к подруге Ольге, живущей неподалёку. Ольга, выслушав историю, только покачала головой:
— Давно пора было их осадить. Сколько можно терпеть?
Три дня Наталья провела у подруги. Они гуляли по парку, ходили в кафе, встречались с коллегами. Наталья чувствовала себя так легко, словно сбросила тяжёлый рюкзак.
На четвёртый день позвонила Марина.
— Наташ, — её голос был непривычно тихим. — Мы уезжаем сегодня. Возвращайся.
— Я думала, вы ещё на день останетесь, — ответила Наталья.
— Планы поменялись, — сухо сказала Марина. — Ключи у соседки.
Вернувшись, Наталья обнаружила, что квартира убрана, посуда вымыта, а на столе стоит ваза с ромашками и записка:
«Прости, тёть Ната. Мы правда перегнули. Лиза».
Наталья улыбнулась. Может, ещё не всё потеряно.
Через неделю пришло сообщение от Марины: «Мы с Сергеем подумали. Ты права. Извини за всё. Приезжай к нам на майские, будем нормальными, обещаем».
Наталья долго смотрела на телефон, а потом ответила: «Спасибо за приглашение. Подумаю. Но если поеду, то на пару дней. И в отель».
«Договорились», — пришёл ответ.
Вечером Наталья сидела с чашкой чая, глядя в окно, и думала, как важно иногда сказать «нет». Как легко становится, когда перестаёшь бояться обидеть тех, кто не боится обижать тебя. И как уважение нужно не требовать, а заслуживать.
В дверь постучали. Это была соседка, Анна Ивановна, с пакетом груш.
— Наташа, угощайся! С дачи привезли, девать некуда. Кстати, видела, твои уехали. Поссорились?
— Нет, — улыбнулась Наталья, принимая пакет. — Просто наконец-то услышали друг друга. Заходите на чай, Анна Ивановна. У меня пирог остался.
И впервые за долгое время Наталья почувствовала себя настоящей хозяйкой в своём доме. Это было удивительно приятное чувство.