Часть 6
Стоило Сергею навестить семью Иволгиных, как Фаина Степановна и её главный подпевала Егор Ильич, принялись нахваливать его на разные лады. Ростислав по большей части не участвовал, старался соблюдать нейтралитет. Учитывая то, что он в принципе разучился говорить о том, что думает и что чувствует на самом деле, о его мнении на сей счёт можно было только гадать.
- Катенька, ты пойми, - ворковала бабушка медовым голосом, - бабий век короток. Если такой парень проявил интерес, нече нос воротить.
- И что же я должна делать? - спросила Катя не потому, что собиралась следовать совету, а по той причине, что любопытно было понять как мыслит бабуля.
- Женить его на себе нужно, - бесцеремонно заявила Фаина Степановна, понизив голос почти до шёпота.
- Жени-и--ить? - рассмеялась Катя. - Да я замуж не хочу! Рано мне, ба.
- Глупая ты девица, Катерина, - подключился дед. - Ты слушай что старшие говорят, а не зубоскаль понапрасну.
- А мама говорит, женщина не должна зависеть от мужчины. Нужно учиться и быть самостоятельной, - произнесла Катя тоном взрослой, умудрённой опытом дамы.
- Много понимает твоя мама, - презрительно поджала губы Фаина.
- Много или нет, а живём мы все за её деньги, - усмехнулась Катя.
- Это кто же тебе такое сказал? - не выдержал Ростислав, до того сидевший в углу, опустив глаза в книгу.
- А я, папа, сама глаза имею и не дура вроде. Одни твои лекарства чего стоят. А кресло? Такого ни у кого не то что в городе, в области нет. Я знаю, мама его в Германии заказывала. Не на пенсию же! Не на пособие! Или будете спорить?
Отец пристыженно умолк, вновь уставился в текст.
Фаина Степановна с Егором Ильичом переглянулись. На лице женщины явственно читалось недовольство.
- Много ты понимаешь! - фыркнул дед. - У нас с твоей бабушкой сбережения имелись. Это мы сыну коляску купили. Мы.
- Правда? - Катя повернулась к отцу. - Что скажешь, па?
- А разве это имеет какое-то значение? - не поднимая глаз, мрачно пробурчал тот.
- Имеет, па. Очень даже имеет, - Катя подошла к отцу и положила руку ему на плечо. - Речь, папуля, о моём будущем. Вот как ты скажешь, так я и сделаю.
- Это что ещё значит?! - взвизгнула Фаина Степановна.
- А то, бабуля. Скажет папа, выходи за Сергея, я и выйду. А скажет, учиться, поеду в Москву поступать, - девушка с вызовом посмотрела на бабушку, склонилась к отцу в ожидании ответа.
- Ерунду какую-то говорите, - тот захлопнул книгу, похлопал Катю по руке. - Сергей ведь не свататься приходил. Этот визит ничего не значит, а вы тут нафантазировали, всю жизнь наперёд расписали. Смешно.
- Придёт и свататься, будь уверен. Нужно только вести себя правильно. И ты, как отец, должен это понимать, - возразила неугомонная Фаина Степановна, чьё представление о хорошей жизни сводилось к жизни сытой, стабильной и предсказуемой. Все это семейство Казановы могло её внучке обеспечить. Синица в руке всегда лучше журавля в небе. Здесь и рассуждать не о чем.
Но Ростислав не знал как правильно и как лучше, а потому не хотел брать на себя никакой ответственности. Прошло то время, безвозвратно кануло в лету. Теперь ему было гораздо проще, когда от него ничего не зависело. Он давно уже сложил с себя не только обязанности, но и права главы семейства.
Всё решала Марта и это справедливо, потому что Катя права. Они живут на её деньги. Она глава, надежда и опора, а он так, с боку припёка.
Катя быстро поняла, что вразумительного отклика не дождётся и, оставив родителя в покое, удалились в свою комнату.
Сколько ни расспрашивал Роман Марту о семье, как бы ни старался узнать подробности её жизни, не получалось.
- Моя личная жизнь не имеет ни малейшего к тебе отношения. Ты знаешь более, чем достаточно, - сказала она, оставив без ответа очередной вопрос.
- Я хочу знать о тебе всё, - Роман обнял её, крепко прижал к себе, но Марта высвободилась и покачала головой.
- Между нами только се.с. Договорные отношения. У тебя деньги, у меня тело, которое ты хочешь. На этом всё.
- Но мне нужно больше! - разозлился Роман. - Почему нет? Забирай дочь, давай уедем. Я подам на развод.
- Нет, - в сотый раз отказала Марта.
- Я не люблю тебя, Роман. Зачем мне ехать с тобой куда-то?
- Я люблю. Этого хватит. Доверься мне, - не сдался Горный, которому всерьёз казалось, будто его большого чувства и тугого кошелька более чем достаточно чтобы приступить к строительству новой жизни.
Но Марта ничего менять не хотела и это не укладывалось у него в голове.
"Играет со мной. Набивает цену. Ничего, я упрямый, не отступлю", - думал он, вновь оставшись не у дел.
Однако чем настойчивее он становился, тем больше отдалялась непостижимая Марта. Горный душил её своим вниманием, своей заботой, разговорами о совместном будущем. Всего этого ей было не нужно, искусительница решила оборвать эту связь, поставить жирную, однозначную точку. Игры закончились, пришла пора остановиться.
Марта испытывала досаду от того, что позволила ситуации зайти так далеко. Она нарезвилась, натешилась и влюблённый клиент тяготил её.
- Всё кончено, Рома. Мы больше не увидимся. Прошу тебя, оставь меня в покое.
- Тебе мало денег? Какого рожна тебе не хватает?! - разъярился пленённый, не в силах смириться с отставкой.
- Дело не в деньгах, - холодно произнесла Марта. - Ты требуешь от меня того, чего я дать не могу.
- Не можешь? Или не хочешь? - прищурился Роман, сжимая и разжимая кулаки. Ему нестерпимо захотелось ударить Марту, руки буквально чесались, дрожали пальцы, это было незнакомое, сильное и болезненное ощущение. Благодаря Марте Роман с удивлением познавал себя, каждый раз открывал нечто, о существовании чего не подозревал. Спектр эмоций, пережитых в течение жизни до встречи с этой женщиной, оказался весьма скромным, не интересным, блёклым. Как рождение детей, так и первые сладкие месяцы, проведённые с женой, по силе переживаний были несоизмеримы с тем, что пробуждала в нём синеокая блудница. Роман не знал как этим управлять и не понимал почему так происходит, но как бы то ни было, испив сей ядовитый нектар однажды, он жаждал отведать его снова.
Взглянув на любовника, Марта расхохоталась. Смех непроизвольно вырвался наружу, рассыпался весёлым горошком, хаотично закружил по комнате, легко коснулся ушей и щёк Романа.
- У тебя такое лицо...
- Какое? Какое у меня лицо? - оскорблённо прорычал отвергнутый.
- Прости, но ведь никакой трагедии нет. Согласен? Расстанемся друзьями? Во мне нет ничего выдающегося, ты придумал то, чего не...
Роман вздрогнул, правая рука резко взлетела неожиданно для него самого. Удар пришёлся по скуле. Марта вскрикнула и отшатнулась, попятилась в коридор. В памяти всплыл тот факт, что входная дверь не заперта, нужно всего лишь повернуть ручку. Липкий Страх присел на плечи, сомкнул на горле скользкие пальцы, тяжело задышал, проникнув в сердце.
- Всё. Всё. Не надо. Пусть будет так, как ты хочешь.
Но Роман уже не слышал слов, они не доходили до его затуманенного сознания. Жестокий бродяга Раж занял место разума.
Однако Марте повезло, она сумела выскочить на лестницу до того, как он сделал из неё сочную отбивную.
Удача в тот день не дремала и надумала сопутствовать ей до позднего вечера.
Кубарем скатившись вниз, Марта бросилась к ресторану, где попала прямиком в объятия хозяина.
- Что с тобой? Что случилось?
Только в этот момент Марта поняла, что босая, растрёпанная и без сумки.
- Рома... - она потрогала скулу, по которой растёкся тёмно-синий кровоподтёк.
- Допрыгалась? - спросил хозяин, пропуская сотрудницу через чёрный ход.
- Что я скажу дома? - захныкала Марта, разглядывая себя в зеркало.
- Скажешь, что был банкет, тем более, что сегодня банкет. Один из гостей... Словом, бери больничный. Тебя не должны увидеть, - хозяин достал из шкафа свои кроссовки для бега и поставил перед Мартой.
- Я не смогу их надеть, - скривилась та.
- Предпочитаешь пойти босиком? - приподнял бровь спаситель.
- Нет, но... Я бы хотела получить свои туфли и сумку назад. Они дорогие... В сумке деньги, - Марта всхлипнула.
- Идём, я отвезу тебя домой. А по дороге заберу твои вещи, - хозяин взял ключи от машины и открыл перед гостьей дверь.
Надежда Ровицкая
