Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Смыслопрактика

Времена сейчас становятся более жёсткими – поскольку противоречия не снимаются, и даже не выносятся на обсуждение

Времена сейчас становятся более жёсткими – поскольку противоречия не снимаются, и даже не выносятся на обсуждение. Примеров много. Открытые письма немецких автопроизводителей о пагубности перехода на электромобили отправляются непосредственно в спортлото. Российских студентов предлагают делать крепостными – как и пользователей сети интернет, о которой старожилы ещё помнят как о всемирной. Гегемон в это время заявляет о наступлении на своей территории эпохи высшего экономического благополучия – презрев все сигналы объективного контроля. Умолчание – значит, нет дискуссии. А нет дискуссии – нет полутонов. Остаются левые и правые, виноватые по-нашему и виноватые по-ихнему. Такой ситуации хорошо соответствует военный, а ещё лучше – криминальный менталитет. Обычное движение "гуманитарии → бандиты → бюрократия" уже сменилось обратным. Мировые структуры организованности рушатся, а с ними выхолащиваются подлежащие структуры организации регионов. Бюрократы и не замечают, как умолчание о поте

Времена сейчас становятся более жёсткими – поскольку противоречия не снимаются, и даже не выносятся на обсуждение.

Примеров много.

Открытые письма немецких автопроизводителей о пагубности перехода на электромобили отправляются непосредственно в спортлото. Российских студентов предлагают делать крепостными – как и пользователей сети интернет, о которой старожилы ещё помнят как о всемирной. Гегемон в это время заявляет о наступлении на своей территории эпохи высшего экономического благополучия – презрев все сигналы объективного контроля.

Умолчание – значит, нет дискуссии. А нет дискуссии – нет полутонов. Остаются левые и правые, виноватые по-нашему и виноватые по-ихнему. Такой ситуации хорошо соответствует военный, а ещё лучше – криминальный менталитет.

Обычное движение "гуманитарии → бандиты → бюрократия" уже сменилось обратным. Мировые структуры организованности рушатся, а с ними выхолащиваются подлежащие структуры организации регионов. Бюрократы и не замечают, как умолчание о потере смыслов организации – ставит их сперва в крайнюю, а затем и в бандитскую позицию.

Криминальный мир упорядочивается: формирует свой эрзац безопасности, начинает говорить по понятиям. Понятия – способ отчертить свои и чужие окопы, когда окопов физических, реальных на всё и всех не хватает. По понятиям, по правде – это наши, не по понятиям, против правды – это враги и лохи.

Так возрождаются идеи лица и чести, процедуры изгнания из общины в лес к волкам (где-то это деплатформинг, где-то люстрация в мусорном баке, назначение иноагентом, а то и пожёстче). За понятиями следит суд общественного порицания, энтузиазм масс – выражается в охоте на ведьм.

Нормой становится коллективная ответственность – как бы она ни называлась, паспорт русского, MAGA, Газа, принудительная мобилизация. Ширятся попытки достичь умиротворения самих себя через войну со всеми прочими. И так дальше, в пучины истории, которая плетётся здесь и сейчас.

И так и будет, такая тенденция.

Но начинается всё с запрета мыслить в полутонах, дискутировать мягко, слышать и быть услышанным. Пользоваться сложными законами, договариваться, вести дипломатию и внутреннюю политику.

Это касается каждого, проходит через каждого из хоть сколь-нибудь мыслящих людей.