Лазарь Каганович навсегда вошёл в историю как «двухсотпроцентный сталинист», человек, который не просто выполнял волю вождя, а опережал её, доказывая свою преданность Сталину на деле. Однако в его биографии есть эпизод, в котором личная неприязнь переплелась с большой политикой. Речь идёт о Генрихе Ягоде — наркоме внутренних дел, одном из самых влиятельных людей Советского Союза в середине 1930-х годов. Судьба этого человека закончилась трагически: в 1937 году его лишили всех должностей, отправили в «почётную ссылку» в наркомат связи, а затем и вовсе расстреляли. Официальная версия говорила о заговоре, но за кулисами этой истории явно просматривалась фигура Кагановича.
Карьерный путь Ягоды выглядел как стремительный взлёт. Начинал он редактором газеты «Крестьянская беднота» и вряд ли тогда кто-то мог предположить, что этот скромный журналист поднимется до поста наркома внутренних дел. Но Генрих Григорьевич оказался человеком энергичным, деятельным и, что особенно важно, умелым строителем связей. Он быстро обрастал знакомствами, умел ладить с нужными людьми и понимал, что именно эти контакты помогут ему двигаться вперёд. В ведомстве его прозвали «Локомотивом» за активность и решительность. К тому же в судьбе Ягоды сыграл роль и «блат»: он приходился родственником Якову Свердлову, одному из старых большевиков. Многие историки уверены, что без этой протекции карьера Генриха могла так и ограничиться редакторским креслом.
Взлёт Ягоды совпал с периодом, когда Сталин видел в нём полезного и исполнительного человека. Однако в тени уже формировалось противостояние, которое позже сыграло решающую роль. Каганович не доверял Ягоде и постепенно формировал вождю его негативный образ. Более того, именно Каганович придумал для наркома уничижительное прозвище — «Фуше». Французский министр полиции Жозеф Фуше вошёл в историю как политический хамелеон, служивший любым режимам. В середине 1930-х в Советском Союзе активно читали Стефана Цвейга, и его книга о Фуше была известна даже Сталину. Сравнение с «советским Фуше» оказалось крайне опасным: Сталин, который всегда настороженно относился к проявлениям ненадёжности, вполне мог увидеть в этом отражение собственных сомнений.
Развязка не заставила себя ждать. Сталин действительно разочаровался в Ягоде. Его убрали с должности наркома внутренних дел, отправили на менее значимый пост в наркомат связи, а вскоре последовал и арест. К этому времени Свердлов уже давно умер, и защитить Генриха было некому. А Каганович, оставаясь «железным сталинистом», продолжал убеждать вождя, что Ягода представляет угрозу и не достоин места в верхах советской политики.
В итоге Ягода оказался на скамье подсудимых. Он признался в заговоре против Сталина, но отрицал шпионаж в пользу иностранных держав. Приговор был предсказуем и суров: расстрел. Так завершилась карьера одного из самых могущественных людей своего времени. И хотя решение, вероятно, исходило от самого Сталина, трудно отрицать, что настойчивость Кагановича ускорила падение наркома.
Ирония судьбы заключалась в том, что Ягода, который сам когда-то вершил судьбы тысяч людей, пал жертвой тех же механизмов, которые так усердно обслуживал.
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской, а также делитесь своим мнением в комментариях.