Знаете, я никогда не думала, что моя родная сестра способна на такую подлость. Лена всегда была... ну, скажем так, хитрющая. Но чтобы настолько? Господи, до сих пор руки трясутся, когда вспоминаю тот день.
Всё началось с того, что мама слегла. Инсульт, врачи сказали — тяжёлый случай. Я, дура, металась между больницей и работой, не спала ночами, сидела у её кровати. А Ленка? Ленка появлялась раз в неделю, максимум. И то с таким видом, будто одолжение делает.
— Ты же понимаешь, Катюш, у меня бизнес, — говорила она, поправляя свою дорогущую сумочку. — Не могу всё бросить.
Бизнес! Салон красоты в центре города. Да, деньги там крутились неплохие, но неужели нельзя было найти пару часов для родной матери?
Мама поправлялась медленно. Речь восстанавливалась по крупицам, левая рука почти не слушалась. Но разум... разум был ясный. Она всё понимала, всё видела. И я заметила, как она смотрит на Лену — с какой-то грустью и разочарованием.
— Катя, — шепнула мне как-то мама, когда мы остались одни. — Мне нужно... нужно кое-что сделать. Важное.
— Что, мамочка? Что тебе нужно?
— Завещание... переписать хочу.
Сердце у меня ёкнуло. Не потому что наследство — хотя дом в центре города стоил прилично. А потому что поняла: мама видит, кто из дочерей рядом, а кто только на словах любит.
— Мам, не думай об этом сейчас. Поправляйся сначала.
— Нет, Катенька. Надо сейчас. Пока... пока могу ещё всё решить сама.
На следующий день я привезла нотариуса. Мама была в сознании, говорила медленно, но чётко. Завещание переписали — дом, дача, все сбережения доставались мне. Лене — только мамины украшения и небольшая сумма на счету.
— Она поймёт, — тихо сказала мама. — Когда-нибудь поймёт.
Я сомневалась, что Ленка вообще что-то поймёт. Но промолчала.
Через месяц мама ушла в мир иной. Тихо, во сне. Я была рядом, держала её за руку. Лена примчалась только утром, когда я уже позвонила в морг.
— Как это случилось? — кричала она, размазывая тушь по щекам. — Почему ты мне не позвонила раньше?
— Лен, всё произошло очень быстро. Она просто... заснула и не проснулась.
Прощание с мамой прошло тихо. Народу пришло много — мама была учительницей, её помнили и любили. Лена рыдала напоказ, я держалась из последних сил.
А потом началось самое интересное.
Через неделю после прощания Ленка заявилась ко мне домой. Вся такая деловая, в строгом костюме.
— Катюха, нам нужно поговорить о наследстве.
— О чём тут говорить? Завещание есть, всё ясно.
Лицо у неё перекосилось.
— Какое ещё завещание? Мама никакого завещания не оставляла!
Я опешила.
— Лена, ты что несёшь? Конечно, оставляла. Мы вместе с нотариусом...
— Ничего подобного! — перебила она. — И вообще, по закону всё должно делиться поровну между детьми. Так что готовься продавать дом.
У меня челюсть отвисла. Неужели она правда не знает? Или прикидывается?
— Лен, я тебе сейчас покажу документы...
— Не надо мне ничего показывать! — взвилась она. — Я уже к юристу обращалась. Он сказал — если завещания нет, наследство делится по закону. Пополам!
Тут до меня дошло. Она блефует. Пытается меня запугать, чтобы я сама согласилась поделиться. Ну уж нет, дорогая сестрица!
— Лена, завещание есть. Заверенное нотариусом. И ты это прекрасно знаешь.
— Докажи!
Я пошла к сейфу, достала документы. Лена схватила завещание, пробежала глазами и побледнела.
— Это... это подделка! — выдавила она. — Мама была больна, не могла здраво мыслить!
— Нотариус засвидетельствовал её дееспособность. Всё законно.
Лена швырнула бумаги на стол и выскочила из дома, хлопнув дверью. Я подумала — ну и ладно, остынет, поймёт, что ничего не изменить.
Как же я ошибалась!
Через два дня мне позвонил нотариус.
— Екатерина Михайловна, у нас проблема. Ваша сестра подала заявление об оспаривании завещания. Утверждает, что ваша мать была недееспособна.
— Но это же бред! У вас есть справка от врача!
— Есть. Но она нашла другого врача, который готов дать заключение о том, что после инсульта ваша мать не могла принимать осознанные решения.
Руки у меня задрожали.
— И что теперь?
— Теперь будет суд. Готовьтесь к долгой тяжбе.
Я положила трубку и заплакала. Не от жалости к себе — от обиды. Как можно так поступать с родной сестрой? Из-за денег?
Но самое страшное было впереди.
На следующий день я поехала к маме на могилку. Нужно было привести в порядок памятник, посадить цветы. И там, у соседней могилы, встретила тётю Валю — мамину подругу.
— Катенька, милая, — подошла она ко мне. — Как дела? Как с сестрой отношения?
— Да так, тётя Валь. Судимся из-за наследства.
Тётя Валя покачала головой.
— Эх, девочки мои... А ведь твоя Лена уже давно всё решила.
— Как это?
— Да она же к твоей маме ещё месяц назад приезжала. Когда тебя не было. С каким-то мужчиной в костюме. Я видела из окна.
Сердце у меня ухнуло куда-то в пятки.
— С каким мужчиной?
— Да кто его знает. Деловой такой. Портфель с собой носил. Они долго с твоей мамой разговаривали. А потом мама плакала.
Я еле добралась до дома. В голове крутилась одна мысль: неужели Лена пыталась заставить маму переписать завещание в её пользу? И мама отказалась?
Нужно было действовать. Срочно.
Я вспомнила про Сергея — моего бывшего одноклассника, который теперь работал частным детективом. Позвонила ему.
— Серёж, мне нужна помощь. Очень нужна.
— Катька? Ого, сколько лет! Что случилось?
Я рассказала всю историю. Сергей выслушал молча.
— Понятно. Значит, нужно выяснить, что твоя сестрица замышляет. Дай мне пару дней.
Эти два дня тянулись вечность. Я не могла ни есть, ни спать. Всё время думала о том, на что способна Лена ради денег.
Наконец Сергей позвонил.
— Катя, садись. То, что я узнал, тебе не понравится.
— Говори уже!
— Твоя сестра действительно приезжала к маме с нотариусом. Пыталась заставить её переписать завещание. Мама отказалась. Тогда Лена пригрозила, что больше не будет навещать её.
— Сволочь! — вырвалось у меня.
— Это ещё не всё. Сейчас она подкупила врача, чтобы тот дал ложное заключение о недееспособности твоей матери. И готовит поддельные документы, которые якобы доказывают, что мама хотела оставить всё ей.
Я онемела. Родная сестра... Как такое возможно?
— Серёж, а можно это доказать?
— Можно. У меня есть запись разговора с тем врачом. Он сознался, что Лена заплатила ему за ложное заключение. И про поддельные документы тоже есть информация.
— Что мне делать?
— Завтра идём к следователю. С такими доказательствами твоя сестрица сядет за мошенничество.
Всю ночь я не спала. Думала о том, как мы с Ленкой были маленькими. Как играли вместе, как я защищала её от хулиганов во дворе. Куда всё делось? Когда деньги стали важнее семьи?
Утром я всё-таки решила дать ей последний шанс. Позвонила.
— Лена, нам нужно встретиться.
— О чём говорить? Увидимся в суде.
— Лен, я знаю про врача. И про поддельные документы.
Молчание. Долгое, тяжёлое молчание.
— Не знаю, о чём ты, — наконец выдавила она.
— Знаешь. И я тебе предлагаю последний раз — забери то, что мама тебе оставила по завещанию, и оставь меня в покое. Иначе завтра я иду в прокуратуру.
— Ты блефуешь!
— Хочешь проверить?
Ещё одна пауза.
— Встретимся через час в кафе на Пушкинской.
Я пришла первой. Заказала кофе и ждала. Лена появилась через полчаса — бледная, с красными глазами.
— Ну и что ты хочешь? — спросила она, садясь напротив.
— Хочу понять — зачем? Зачем ты всё это затеяла?
Лена долго молчала, крутила в руках салфетку.
— Ты не поймёшь, — наконец сказала она. — У тебя всё просто. Работаешь в школе, живёшь тихо-мирно. А у меня долги. Большие долги. Салон прогорает, кредиты висят... Мне нужны были деньги. Очень нужны.
— И ради этого ты готова была посадить родную сестру?
— Я не хотела... То есть, я думала, ты просто согласишься поделиться. А когда ты отказалась...
— Ты решила меня уничтожить.
Лена заплакала. Тихо, без рыданий.
— Прости меня, Катя. Я не хотела так. Просто... просто я не знала, что делать.
Смотрела я на неё и думала: а ведь это моя сестра. Единственная родная кровь, что у меня осталась. Мама умерла, папы давно нет... И что, из-за денег мы теперь станем врагами?
— Лен, — сказала я тихо. — Давай договоримся. Ты отзываешь все свои заявления, прекращаешь эту возню с поддельными документами. А я... я дам тебе денег. Не всё наследство, но достаточно, чтобы ты рассчиталась с долгами.
Лена подняла на меня удивлённые глаза.
— Серьёзно?
— Серьёзно. Но с одним условием — больше никаких попыток отсудить дом. И никакой лжи.
— Согласна, — быстро кивнула она. — Катя, я... я так виновата перед тобой. И перед мамой.
— Мама простила бы тебя. Она любила нас обеих.
Мы сидели в том кафе ещё час, говорили о маме, о детстве, о том, как всё изменилось. Лена рассказала про свои проблемы с бизнесом, я — про свою работу в школе.
— Знаешь, — сказала она перед уходом, — а ведь мама была права. Ты действительно оказалась лучшей дочерью.
— Лен, мы обе её дочери. Просто... просто нужно помнить, что семья важнее денег.
Через неделю все документы были оформлены. Лена получила свою долю — не половину наследства, как хотела, но достаточно для решения проблем. Дом остался за мной.
Друзья,подписывайтесь на мой канал Рассказы от Маргоши,впереди еще много интересного!
А также читайте: