Селим с раздражением отбросил письмо в сторону.
- Что это такое? - крикнул он, обращаясь к одному из пашей Пири Мехмету.
- Это то, что вы просили узнать о Мустафе паше, - со спокойствием поклонился тот.
- Немедленно найти и удавить, - прошипел Селим. - Этот негодяй в тайне от меня разворовывал казну, а я ещё женил его на своей дочери!
В этот миг в дверь постучался стражник:
- Повелитель, к вам Фатьма султан.
- Вовремя, - заметил немного успокоившийся Селим. - Как раз и объявим ей о том,что ее муж негодяй.
- Отец! - Фатьма влетела в покои. - У меня к тебе срочный разговор.
- И у меня к тебе, дочка, - непривычно мягко произнес Селим, отпуская жестом руки Пири Мехмеда.
- Отец! Если ты ты знал, что творит твой Мустафа паша! - с негодованием произнесла Фатьма, ожидая услышать от отца гневную отповедь.
Но к ее удивлению, отец серьезно кивнул головой:
- Я тоже хотел поговорить с тобой насчет Мустафы паши. Совсем недавно я заподозрил неладное - из казны стали пропадать большие суммы. Я припер казначея к стенке, но тот заявил, что золото ему велел выдавать Мустафа паша, прикрываясь моим именем. Я поручил Пири паше расследовать это дело, и сегодня он принес мне письмо с ответом.
Селим поморщился, и продолжал:
- Этот негодяй, разграбил всю казну и вложил все деньги в один дом...
- Кажется я знаю, что это за дом! - воскликнула Фатьма, вспомнив шикарные апартаменты Кыванча. - Отец, послушай мой рассказ, а потом прочти это письмо.
Селим выслушал рассказ дочери, неодобрительно качая головой.
- Да, Мустафа совсем обнаглел, - наконец изрёк султан. - Чувствую, этот негодяй не отвертится от смерти. Да и Кыванча этого также надо казнить!
- Отец, теперь я свободна? - не верила своему счастью Фатьма. - Я могу развестись с ним?
- Считай, что ты уже разведена,- крякнул Селим. - Хотя скорее ты станешь вдовой... Стража! Немедленно привезите сюда Мустафу пашу! И ещё, съездите по вот этому адресу и привозите владельца дома некоего Кыванча. Эти люди являются государственными преступниками!
Затем Селим снова обратился к дочери:
- Можешь идти, Фатьма. И прости меня за то, что я дал тебе в мужья такого негодяя.
Фатьма не веря своим глазам воскликнула:
- Все делают ошибки, папуля. Главное, что ты наконец меня понял.
Селим неожиданно для себя поднялся с трона и обнял дочь. По его щекам потекли слезы.
- Прости, Фатьма, я не всегда был к тебе справедлив, а ведь я люблю тебя больше всех дочерей.
Фатьма молча прижалась к отцу - впервые за долгое время она была по настоящему счастлива...
Константинополь. 1515 год
Селим с довольным лицом выслушал доклад главного военачальника Ибрагим-бея. Согласно ему, Османская армия смогла уговорить иранского шаха Исмаила Первого заключить мирный договор, и он уступил империи области Диярбакыр и Мосул.
- Ну вот и чудненько, - почти пропел он, повторяя слова своей фаворитки Ирмак. Та в последнее время окончательно вошла в сердце султана, и стала распоряжаться всем в гареме. Из-за ее происков из гарема были изгнаны Гюльгюн с Увейсом... К счастью их приютила Фатьма, жалея своего маленького братца и как ни странно жалея Гюльгюн.
- Все же ты была моя служанка, - говорила Фатьма. - И в свое время сделала мне много добра.
Гюльгюн плакала и божилась, говоря, что теперь она благодарна султанше по гроб жизни.
Маниса. 1515 год
- Ещё один шехзаде появился на свет! - возгласила полная повитуха, показывая ребенка новой наложнице Сулеймана - Махидевран.
Последняя стала любимицей Хафсы, ибо также как она, имела черкесское происхождение.
Хафсе конечно не очень нравилось то, что Сулейман постоянно меняет наложниц, и чисто по-женски ей было жаль и Фюлане, и Гюльфем попавших в немилость. Однако, несмотря на это, черкесская княжна стала для Хафсы настоящей подругой - ведь они обе были из Черкесии, и как выяснилось имели общих знакомых.
Как только Хафса узнала, что у Сулеймана снова родился сын, она вознесла молитву Всевышнему. А вскоре после этого, Сулейман позвал ее на церемонию имянаречения.
- Твое имя, Мустафа, твое имя Мустафа, твое имя Мустафа, - трижды произнес Сулейман, с любовью глядя на новорожденного.
- Расти здоровым, мой сладенький внучок, - нежно добавила Хафса.
1515 год. Константинополь
Хатидже плакала, зарывшись лицом в подушку. Неделю назад она узнала о гибели своего мужа Искандера в очередном походе. Все эти дни, султанша не могла смириться с потерей супруга.
Сидевшие у ее постели Бейхан и Фатьма с сочувствием смотрели на сестру.
- Да, - глубокомысленно произнесла Фатьма. - Не везёт нам с тобой, Хатуч. Мой муж оказался ещё тем гадом, а твой, хоть и был хорошим, но погиб... Нет справедливости на этом свете!
- Кстати, ты вроде говорила, что Мустафа жив, - заметила Бейхан.
- Ага, - кивнула Фатьма. - Представляете, отец послал стражу к нему домой, а его уже и след простыл! Сбежал Мустафа вместе с Кыванчем кстати!
- И что, его так и не поймали? - Хатидже приподнялась с постели и с интересом посмотрела на сестру.
- Этот гад получил убежище у иранского шаха, - с досадой произнесла Фатьма. - А так как у нас перемирие, то сами понимаете, выдать нам его не могут...
- Ну и выдали бы, раз перемирие, - заметила Бейхан.
- А , ну их! - махнула рукой Фатьма. - Пускай живут, главное мне нервы больше никто не мотает...
- Этот урод остался жить, а мой Искандерчик погиб! - снова залилась слезами Хатидже.
- Ну, ну, успокойся, милая, - Бейхан обняла сестру. - Хорошие люди уходят раньше плохих... К сожалению это так. Вот что, может тебе поехать в Манису к матушке? Отвлечься, пожить у них...
- А ведь и правда! - слабо улыбнулась Хатидже. - Ты права, сестричка! Это лучший вариант! Действительно надо ехать!
- Ну вот и замечательно, - довольно кивнула Фатьма. - Заодно посмотришь на новую наложницу брата, говорят она тоже черкешенка.
- И увидишь, как подросла Шах, - подмигнула Бейхан.
Хатидже снова улыбнулась, и почему ей самой не пришла в голову эта замечательная мысль?
Продолжение следует.