Найти в Дзене
Живой разум

Груз прошлого (часть №2)

Часть №1 представлена по ссылке - ссылка Разговор тек плавно и натянуто, как по тонкому, уже трещащему льду. Вера рассеянно гладила шершавый край глиняной кружки, украдкой изучая его руки — все те же длинные, выразительные пальцы, испачканные теперь не чернилами от шариковой ручки, а засохшей масляной краской. Он стал художником, как и мечтал когда-то, рисуя каракули на полях ее тетрадей. Она же, выбрав путь практичности, стала успешным архитектором, построившим карьеру на железобетонной точности и холодном расчете. Ирония судьбы была очевидна и немного болезненна: он — воплощение творческого хаоса, мятежный дух, она — аполлоновского порядка, строгая жрица логики и графиков. «Я видел твои проекты в архитектурном журнале, — сказал Егор, прерывая затянувшееся молчание. Он смотрел не на нее, а в окно, где дождь начинал потихоньку стихать. — Эта высотка в деловом квартале. Стекло и металл. Это очень... впечатляюще. Серьезно». В его голосе она уловила сложную гамму чувств: может быть, искре

Часть №1 представлена по ссылке - ссылка

Разговор тек плавно и натянуто, как по тонкому, уже трещащему льду. Вера рассеянно гладила шершавый край глиняной кружки, украдкой изучая его руки — все те же длинные, выразительные пальцы, испачканные теперь не чернилами от шариковой ручки, а засохшей масляной краской. Он стал художником, как и мечтал когда-то, рисуя каракули на полях ее тетрадей. Она же, выбрав путь практичности, стала успешным архитектором, построившим карьеру на железобетонной точности и холодном расчете. Ирония судьбы была очевидна и немного болезненна: он — воплощение творческого хаоса, мятежный дух, она — аполлоновского порядка, строгая жрица логики и графиков.

«Я видел твои проекты в архитектурном журнале, — сказал Егор, прерывая затянувшееся молчание. Он смотрел не на нее, а в окно, где дождь начинал потихоньку стихать. — Эта высотка в деловом квартале. Стекло и металл. Это очень... впечатляюще. Серьезно». В его голосе она уловила сложную гамму чувств: может быть, искреннее восхищение, может быть, легкую насмешку над этим «серьезно», а может, просто констатацию факта, что их миры разошлись слишком далеко.

«Спасибо, — автоматически ответила она, поймав себя на том, что использует свой «деловой» голос. — Это был сложный, но очень интересный проект. Пришлось побороться с заказчиком». Она сделала глоток чая, чувствуя необходимость поддержать разговор. «А твои работы? Где выставляешься? В каких галереях?»

Он махнул рукой в сторону заляпанной разноцветными пятнами стены, где в беспорядке висели несколько небольших картин. «Да тут и там. В основном небольшие частные галереи, иногда арт-бары. Не то чтобы это было кому-то очень нужно в эпоху цифрового искусства, — он усмехнулся, но в его улыбке не было веселья. — Выживаю. Пишу на заказ портреты богатых жен, иногда пейзажи для ресторанов».

Потом он спросил о ней, о ее жизни. И Вера, сама не понимая зачем, словно заведенная, стала рассказывать. Рассказывать о своем женихе, Антоне. Умном, надежном, преуспевающем партнере из крупной IT-компании. О том, как они познакомились на деловой конференции, как он поразил ее своим острым умом и амбициями. Они строили общее будущее, рациональное и предсказуемое, как хорошо составленная Excel-таблица. Она говорила о их плане купить квартиру в новом элитном комплексе с видом на залив, о скорой свадьбе на Бали, которую планировал его личный ассистент, о возможном переезде в Кремниевую долину. И с каждой произнесенной фразой, с каждым «логичным решением» и «взвешенным шагом» внутри нее нарастал странный, давящий ужас. Она ловила себя на мысли, что звучит не как влюбленная женщина, а как пресс-релиз корпорации «Семья Вера & Антон». Егор слушал молча, не перебивая, лишь изредка кивая, и его тишина, его внимательный, чуть грустный взгляд были красноречивее любых слов.

Продолжение завтра в следующем материале. Чтобы не пропустить - подпишись на канал. Спасибо.