Андрей
Юлька застала меня у окна.
Нет, выбрасываться я не собирался. Просто открыл, чтобы глотнуть свежего воздуха. А то что-то так душно стало…
Я реально струсил.
Не вышел в прихожую, где проходила семейная встреча. Стоял, вдыхал свежий воздух. Слушал.
- Это мне подарок? - радостно восклицала принцесса.
- Ну а кому же? - гудел мужской бас.
Отец Юльки…
Честно говоря, боюсь его до усрачки.
Судя по рассказам Царевны-лягушки, он суровый мужик. А я тут с маникюром и в розовом…
Не так должна была пройти наша первая встреча! Совсем не так.
Это все коварная принцесса. Как будто специально подстроила.
Я бы не удивился, кстати. Раньше я думал, что дети неадекватны. Теперь я знаю, что они хитры и коварны.
А Даша тем временем вопит:
- Кукла!
И вслед за этим произносит набор непонятных звуков. Типа “глицер-мицер” какой-то.
Кукла?
Я тоже подарил куклу! Но она так не вопила. Просто буркнула: “спасибо”...
- Пойдем, я тебя познакомлю с папой, - говорит Юлька.
И берет меня под руку.
- Можно я переоденусь?
- Во что? Твоя рубашка мокрая.
- Ну или просто сниму это.
Я оттягиваю розовую футболку.
- Снимать точно не надо. Да ладно, не переживай. Ты отлично выглядишь.
И эта надо мной издевается… Женский заговор.
Юлька ведет меня в прихожую. Я вижу там высокого спортивного мужчину с седыми волосами. Моложавого, серьезного. Чем-то неуловимо похожего на Юльку. Но с тяжелым взглядом.
Рядом с ним стоит улыбчивая женщина с белокурыми волосами. Оба удивленно таращатся на меня.
- Здравствуйте. Я Андрей.
Вроде бы, голос звучит уверенно. Я вообще уверенный в себе человек! Но обычно я выгляжу иначе...
- Андрей? - переспрашивает отец Юльки.
И вопросительно смотрит на свою дочь. Мол, что это за чудо в розовом у тебя в гостях?
- Мой друг, - выпаливает лягушка.
- Владимир, - он протягивает мне руку для пожатия.
Я, поколебавшись секунду, протягиваю свою. Он молча смотрит на мои красные ногти. Зависает на пару секунд, уставившись на мою руку. Потом окидывает взглядом розовую футболку...
А я очень стараюсь, чтобы рукопожатие было крепким, по-настоящему мужским.
Но это не помогает.
- Ах, друг, - понимающе кивает отец Юльки. - Ясно.
Что ему ясно?
Надеюсь, он не подумал, что я тут что-то типа подружки?
- А я Люба, - представляется его спутница. - Очень приятно познакомиться.
- Мне тоже приятно.
Но я очень жалею, что не выпрыгнул в окно…
Юлька зовет всех к столу.
- А я уже поела, - заявляет Даша.
И убегает в свою комнату.
Я заглядываю к ней. Тяну время. Не хочу идти к взрослым...
И вижу, что принцесса нежно обнимает свой новый подарок - куклу с гигантской башкой и с глазами на щеках. Я видел таких монстров в магазине. Но не купил…
И тут я замечаю, что моя кукла уже не сидит на табуретке. Она валяется под столом. А на почетное место Даша торжественно усаживает своего нового глазастого уродца.
Блин.
Обидно!
- Андрей, идем пить чай! - раздается голос Юльки.
И я иду. Как на эшафот…
- Андрей, а чем вы занимаетесь? - спрашивает Люба.
Я вижу, что она тайком косится на мой маникюр. И прячет улыбку. Юлькин папа даже не скрывается - пялится открыто.
Он не улыбается. И ни о чем меня не спрашивает. Видно, считает, что со мной и так все ясно.
Я, в принципе, его понимаю. Мне бы тоже было трудно воспринимать всерьез чувака с маникюром и в розовом в облипку.
- Я возглавляю опытно-производственное предприятие по изготовлению высокоточных приборов, - отвечаю я.
И сам чувствую, что мои слова звучат фальшиво.
- Как интересно! - произносит Люба.
- А мы делаем для них программное обеспечение, - добавляет Юлька.
И мне не нравится эта ремарка. Звучит так, как будто мы просто работаем вместе. Как будто мы коллеги-подружки.
Юля и, блин, Анюта с маникюром.
- Мы с Юлей познакомились на курорте, - говорю я.
Чтобы прояснить ситуацию.
- Как интересно! - теперь эту фразу произносит Юлькин папа. - То есть вы уже третий месяц… дружите?
Ага, блин. Дружим.
Я всерьез опасаюсь, что у Юлиного отца сложилось неправильное мнение о моей ориентации. И о характере наших отношений с его дочерью.
Поэтому я, неожиданно для самого себя, выпаливаю:
- Намерения у меня самые серьезные.
В этот момент мне прилетает резкий удар по лодыжке. Царевна-лягушка разбушевалась…
- Серьезные - это как?
Юлькин папа вопросительно поднимает бровь.
Юлька щиплет меня за бок.
Люба смотрит с сочувствующей улыбкой.
А я дипломатично объясняю:
- Я планирую… развивать наши отношения. Например, с Дашей мы уже нашли общий язык. Кажется, я ей понравился.
В доказательство я демонстрирую свои красные ногти.
- Это она меня накрасила.
- Мы так и подумали! - смеется Люба.
Уф. Они поняли. Они не считают, что я заглянул к Юльке по пути с гей-парада…
И тут на кухню влетает Даша.
Смотрит на мои поднятые руки с растопыренными красными ногтями. И выдает, презрительно скривив губы:
- Настоящие мужчины не красят ногти!
Занавес.
Она снова меня уделала...
Андрей
- А Костя не разрешал красить ему ногти, - заявляет Даша.
Хватает со стола печенье, бросает на меня еще один презрительный взгляд, и убегает.
Что? Кто?
Я смотрю на Юльку и замечаю, что она отводит глаза. Ее папа откровенно ухмыляется. А Люба пытается сгладить ситуацию, подливая мне чай.
Ху из Костя?
Никто ничего не объясняет. Разговор продолжается, как ни в чем не бывало.
- И в кого только Даша такая? - вздыхает Юлька.
- Какая? - спрашивает Люба.
А я хочу задать совсем другой вопрос. Но пока молчу.
Боюсь снова напортачить.
Я же понятия не имею, кого зовут дурацким именем Костя. Может, зря злая гиена ревности грызет мою печень.
Может, Костя - это какой-нибудь троюродный дядя. Или четвероюродный кузен. Или шестидесятилетний сосед с деревянной ногой…
Может, ревновать совсем не стоит…
- Такая вся из себя принцесса, - отвечает Юля. - На уме одна косметика. И платьишки с туфельками.
- А ты не такой была? - спрашивает Люба.
- Да меня в жизни не интересовали наряды и мазюльки!
- Да, Юлька мазюльками не увлекалась, - высказывается ее отец. - Она любила пострелять, побегать с мальчишками, забраться в подвал или упасть с дерева…
- Никогда я не падала с деревьев! - возмущается Юлька. - Я была цепкая и ловкая.
Моя маленькая обезьянка… Обожаю ее.
И дико ревную, хотя пока не уверен, что есть повод.
- И платья ты никогда не носила.
- Я и сейчас их редко ношу.
- А когда мы познакомились, ты была в платье, - вырывается у меня.
- Так это я после закрытия конференции в бар зашла. Хотела выпить клубничный смузи.
- А выпила портвейн.
Меня внезапно накрывает ностальгия.
Это было три месяца назад… А кажется, что прошла целая вечность.
- Как интересно! - в очередной раз восклицает Люба. - Там вы и познакомились? На море? В баре? Как романтично… Расскажите!
Ага, расскажите.
Боюсь, мне придется лететь в окно без парашюта, если я расскажу отцу лягушки, как пытался соблазнить его дочь в первый же вечер. Как прижимался к ней своим ледоколом в теплой морской воде. И как сразу же потащил выбирать презервативы...
- Да, было романтично, - выдыхает Юлька.
И кладет голову мне на плечо. Моя прелесть!
- Не расскажете? - спрашивает Люба.
- Не расскажем, - тихонько смеется Лягушка.
Я обнимаю ее. И мне кажется, что все прекрасно. Не такой уж страшный ее папаша. Смотрит на меня уже по-другому. Не как на недоразумение в розовом.
Ведь его дочь явно дала понять, что мы вместе!
Но я рано радуюсь.
Доверие сурового Владимира Юрьевича заслужить не так просто. Когда мы остаемся вдвоем, он вдруг устраивает мне допрос.
- Служил? - спрашивает безо всяких предисловий.
Блин… Придется говорить правду.
- Нет. Не служил.
“Зато я полгода провел в полярной экспедиции”, - вертится у меня на языке.
Но я молчу. Про экспедицию меня не спрашивали. Юлькиного отца интересует армия.
Опять я пролетаю...
- Больной? - он продолжает бомбардировать меня короткими нетактичными вопросами.
- Никак нет, - бодро рапортую я. - Здоров, как конь. Гены у меня отменные...
- Это ты к чему? - он снова вскидывает бровь. - Размножаться планируешь?
Блин. Опять не то говорю…
Юлькин отец явно надо мной угорает.
А еще в его взгляде появилось что-то, похожее на презрение. Видно, он из тех, кто считает: если не служил - значит, не мужик.
Не будешь же вот так сходу рассказывать историю своей жизни.
Как я был хорошим мальчиком и слушался папу, который прочил меня в свои преемники. Как я после универа работал в его фирме и он, естественно, отмазал меня от армии - нечего год зря терять.
Он меня еще и женить хотел по своему усмотрению.
Но я взбунтовался.
Ушел с работы и из дома. Начал все с нуля.
А потом, чтобы доказать себе, что я мужик, а не папенькик сынок, рванул за полярный круг…
Юлианна
Я так надеялась, что все пройдет хорошо.
Мне казалось, Даша готова к новой встрече с Андреем. Но я ошиблась.
Она вредничает и, по всей видимости, злится. То ли на него, то ли на меня… И я догадываюсь, в чем дело.
С того момента, как Андрей впервые побывал у нас дома, Даша часто вспоминала Костю. Не знаю, почему, но появление нового мужчины в моей жизни подействовало на нее именно так.
С Костей у них была идиллия. Они общались весело и непринужденно. И это легко объяснить - у Кости есть племянница чуть старше моей дочки. Он в ней души не чает и поэтому знает, как вести себя с маленькими девочками.
А у Андрея нет никакого опыта…
Мы с Любой и Дашей в ванной - дочка купает своего нового пупса Глиттер Бэби, подаренного дедом.
- Мам, смотри, у него цвет волос меняется!
Даша просто пищит от восторга. Мне не хочется портить ей настроение, но я считаю, что с ситуацией надо разобраться сразу.
И поэтому строгим голосом произношу:
- Ты вела себя невежливо с Андреем.
- Он скучный, - бурчит Даша. - И не умеет играть.
- Так научи его!
- Я хочу играть с Костей, - выдает дочка.
И тут в ванную просовывается голова Андрея. И он задает вполне закономерный вопрос:
- Кто такой Костя?
Андрей
- Костя... это старый знакомый, - произносит Юлька.
И выбирается из тесной ванной комнаты, куда сейчас набилось слишком много народу - наблюдают за купанием глазастого уродца.
Теперь нас никто не слышит, и я могу спросить напрямую:
- Костя - твой бывший?
- Да, - кивает Лягушка.
Злая гиена ревности с новой силой вгрызается в мою печень. Бывший… которого обожает Даша.
- Дашин отец? - спрашиваю я.
- Да неважно! - внезапно злится Юлька. - Его больше нет.
- В смысле… умер?
Ну вот. Нехорошо получилось. А я его убить хотел...
- Да живой он! - вспыхивает Юлька. - Его нет в нашей жизни. И больше никогда не будет. Ясно?
- Ясно. А чего ты на меня орешь?
- Я не ору… Извини.
Владимир Юрьевич уже в прихожей. Они с Любой собираются уходить.
- А ты тоже уходишь? - спрашивает меня вредная принцесса.
С мокрым уродцем под мышкой.
- Да, я тоже собираюсь домой. Но чуть позже.
Она удовлетворенно кивает. Радуется. Как будто я ей мешаю…
Ну да, я же не Костя. Который умеет правильно играть и при этом не позволяет красить себе ногти.
Но это, конечно, верх цинизма. Сама накрасила мне ногти, опозорила перед всеми. А потом во всеуслышание объявила, что я не настоящий мужик.
И в кого только такая зараза растет?
Я уже спрашивал Юльку об отце Даши. Был деликатным, не давил и не выпытывал. Может, зря!
Она так ничего толком и не сказала. Только уверила меня, что он в их жизни не участвует. И что знакомство с ним мне не грозит. А теперь оказывается, что Даша по нему скучает.
И поэтому я ей не нравлюсь... Потому что я не он.
- Пойдем, сотру твои ногти, - говорит Юлька, когда гости уходят. - А рубашку я уже постирала и повесила на балкон. Там ветерок, она быстро высохнет.
Как будто меня это волнует…
Плевать на рубашку! Я уже максимально опозорился в розовой футболке. Так что пофиг. Хоть домой в ней поеду. Хуже уже не будет.
Мы идем в спальню Царевны-лягушки.
Я не могу не смотреть жадным взглядом на ее кровать. Она совсем небольшая, не то что моя. Но нам бы хватило. Нам бы вполне хватило и этого подоконника! И того стола. Или мы могли бы закрыться в ванной…
- Эй, ты что делаешь? - возмущенно бурчит Юлька.
Пока она копошится на своем туалетном столике, я одной рукой задираю ее футболку, а другой глажу упругую, как орех попу…
- Прекрати! - Юлька бьет меня по рукам. - Даша увидит.
После этого я получаю толчок в грудь. И падаю на пуфик.
Опять Даша… Эта мелкая зараза еще и вкусняшек меня лишает!
- Давай ногти! - командует Юлька.
Я протягиваю ей свои руки.
Она трет красный лак какой-то вонючей жидкостью.
- Что я делаю не так? - спрашиваю я. - Почему эта за… твоя дочка меня ни в грош не ставит?
- Не надо ей все разрешать и на все соглашаться. Дети чувствуют слабину.
- А как мне себя вести?
Юлька на несколько секунд зависает. Похоже, она понятия не имеет, что мне посоветовать.
- Просто будь собой, - выдает она после паузы. - Мне с тобой всегда было весело. И Даше тоже будет.
Быть собой? Неожиданно.
- Но не давай ей садиться тебе на шею! - добавляет Юлька.
- То есть быть строгим?
- В меру строгим, в меру веселым…
Да уж. Прекрасный совет. Только вот как ему следовать? Я без понятия.
- Ну все. Чисто.
Я осматриваю свои ногти, которые, наконец-то, стали нормальными.
- Спасибо.
- И больше не поддавайся на Дашины провокации, - улыбается моя царевна.
А я не выдерживаю и спрашиваю:
- Этот ваш Костя…
- Он не наш! - взвивается Юлька.
- Если он отец Даши, то..
- С чего ты это взял вообще? Я же сказала, что у Даши нет отца!
- Ты не так сказала.
- Не важно!
Юлька снова злится. А я… я не знаю, радоваться этому факту или не стоит.
Значит, Костя все же не отец…
Точно! Какой же я дебил! Если бы он был отцом, Даша не звала бы его Костей… Совсем башка не варит.
Не знаю, что со мной такое.
Вообще, у меня все в порядке с логикой. Я умею отслеживать причинно-следственные связи, замечать детали и строить закономерности. Я же физик!
Но, стоит мне оказаться рядом с мелкой вреднючей принцессой, как я тупею на глазах. И почему эта девчонка так на меня действует?
И, кстати, почему Юлька так злится, когда речь заходит об отце Даши? Явно там какая-то непростая история.
Очевидно, что он козел.
Продолжение следует...