Порой мы идем на крайнее меры, чтобы изменить наше положение. Вера в чудо, да и просто вера - это стержень, который помогает нам справльяться со всеми преградами в нашей жизни. Но если довериться не тем людям, то можно лишиться последней надежды на то, что все будет хорошо.
Это произошло и с моей знакомой, которая просто хотела жить немного лучше, кушать немного вкуснее и отдыхать немного ярче. Как итог - читайте ниже.
Лена вошла в квартиру и замерла. Воздух был чужим. Густой, сладковатый запах ладана и полыни цеплялся за нёбо, словно паутина. На зеркале в прихожей красной ниткой был привязан пучок сушеной травы, похожий на мертвую птицу.
Мать, Валентина, сидела на кухне. Она не помешивала суп и не смотрела в окно. Она просто смотрела перед собой, на пламя тонкой церковной свечи, а на ее лице застыла странная, просветленная улыбка.
— Мам? Что-то случилось? У нас пахнет, как в склепе.
— Леночка, это не склеп. Это очищение. Я выжигаю весь негатив, что скопился в нашем доме. Светлана сказала, что наша квартира — это застоявшееся болото, в котором тонут все наши возможности.
Лена сбросила сумку на пол. Имя «Светлана» прозвучало как код опасности. Это была уже третья «ясновидящая» за полгода.
— Какая еще Светлана? Та, что по фотографии лечит, или новая?
— Не говори так, дочка. Светлана — это не просто человек, это проводник. Она видит ауру, как мы видим стены. Она сказала, что на мне родовой венец безденежья. Представляешь? Будто на плечах сидит невидимая обезьяна и ворует все монеты из кошелька, не успевают они там появиться.
— Мам, единственная обезьяна, которая ворует наши деньги, — это квартплата и цены в магазинах. Опять ты за свое? Мы же договаривались.
Валентина посмотрела на дочь с укором. Ее глаза блестели лихорадочно, как два темных омута.
— Договаривались? Лена, это все равно что договариваться с врачом не лечить гангрену! Ты не понимаешь. Мы тонем! Каждый день — это еще один глоток мутной воды. А Светлана… она бросила нам спасательный круг.
— И сколько стоит этот «круг»? Надеюсь, он не из чистого золота?
— Духовные практики не измеряются деньгами! Это энергообмен. Я отдаю бумагу, а получаю чистые потоки. Она сказала, что скоро у нас откроется денежный канал. Прямо в квартире. Будет бить, как фонтан!
Лена открыла холодильник. Пусто. Вчерашний кефир и засохший сыр.
— Потоки, значит? Мам, у нас в холодильнике мышь повесилась. Этот фонтан, случайно, не кефиром бить будет?
— Ты все опошляешь! Твой скепсис — это пробка, которая затыкает все наши чакры. Светлана говорит, что от тебя идет темная, тяжелая энергетика. Ты наш якорь, который тянет на дно.
— Я якорь?! Мама, я работаю на двух работах, чтобы этот наш «Титаник» хоть как-то на плаву держался! Я плачу за квартиру, я покупаю еду! А ты… ты строишь воздушные замки на деньги, которых у нас нет!
— Были, — тихо сказала Валентина, не отрывая взгляда от свечи. — Я заплатила за главный ритуал. Последний. После него все изменится. Это как вложить последнюю копейку в семена, которые вырастут в денежное дерево.
У Лены похолодело внутри. Она медленно обернулась.
— Что значит «были»? Мам, где деньги, которые я оставляла на кредит? Там тридцать тысяч.
— Леночка, пойми… Кредит — это долговая яма, энергетическая дыра. А ритуал — это лестница из этой ямы. Светлана сказала, что это самое важное вложение в нашей жизни. Мы покупаем не свечку, мы покупаем ключ от всех дверей!
— Какой ключ, мама?! От нашей квартиры, когда нас выселят за долги? Где деньги?!
Валентина впервые за весь разговор подняла на нее глаза, полные слез и фанатичной веры.
— Они работают на наше будущее! Там, в астрале! Светлана сказала, что сегодня ночью ангелы будут переписывать нашу книгу судеб. А для этого им нужны золотые чернила…
— Золотые чернила… — эхом повторила Лена, опускаясь на табуретку. — Мама, ты отдала ей все? Тридцать тысяч?
— И бабушкины серьги, — прошептала Валентина. — Они были старые, несли энергию бедности наших предков. Я разорвала эту цепь! Теперь мы свободны. Теперь мы полетим.
Она улыбалась, а по щекам ее текли слезы.
Лена достала телефон и набрала номер, с которого мать в последний раз звонила «ясновидящей». Длинные гудки. Потом сброс. Она набрала снова. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».
— Мам… Кажется, наш самолет разбился, даже не взлетев.
Валентина непонимающе смотрела на нее. Пламя свечи дрогнуло от сквозняка и погасло, оставив тонкую струйку горького дыма. И в наступившей тишине Лена отчетливо поняла, что денежный канал и правда открылся. Только он работал не на вход, а на выход. И в него, как в черную дыру, улетело их последнее тепло, последняя надежда и остатки ее веры в то, что маму еще можно спасти.
А вы верите в экстрасенсов?
Поделитесь об этом ниже 🎙️
А так же подписывайтесь на канал, буду рада каждому вас.
Обнимаю все, кто дочитал ❤️