Будем выкручиваться!
Цветы и конфеты я уже дарил. Что еще любят девчонки?
О! Мягкие игрушки. Точно. Помню, подарил одной медведя. Она аж визжала от восторга.
Юлька, конечно, визжать не будет.
И дарить ей надо не медведя, а что-то более оригинальное…
Побродив по местному торговому центру, я нашел то, что нужно.
Черный плюшевый дракон устрашающего вида. С зубчатым хвостом и раскидистыми крыльями. Со змеевидной шеей и маленькой, но симпатичной башкой.
Считайте меня извращенцем, но, по-моему эта башка очень напоминает некий предмет из магазина для взрослых… И это продается в детском мире!
Юльке должно понравится.
Уверен, она посмеется.
Во всяком случае, это оригинально…
* * *
Я иду на пляж возле ее отеля.
Как какой-то извращенец, под насмешливым взглядом спасателя, брожу среди шезлонгов и разглядываю девушек.
Так. А вот эти ножки мне знакомы. И эта попка…
Точно, Юлька!
Лежит на животе, накрыв голову шляпой, и болтает по телефону.
Я стою, пускаю слюни.
И невольно слушаю ее разговор.
- Лиза, прекрати! Это уже не смешно.
А сама смеется.
- Да нет, он классный. Но… Ага. Сначала белые розы. Потом красные. Сто штук или около того.
О. Похоже речь обо мне. И похоже, она хвастается подруге, как я красиво за ней ухаживаю.
Я молодец! Умею, когда надо.
А Юля, между тем, продолжает:
- Ага, цветы, конфеты, все это стандартное романтическое дерьмо. Терпеть этого не могу, ты же знаешь.
Что?!
- Если он еще какого-нибудь плюшевого медведя притащит, или зайца, я точно застрелюсь.
Юлька снова хохочет. Издевательски.
А я смотрю на плюшевого дракона в своих руках.
Про дракона речи вроде не было…
Но я понимаю, что надо валить, пока не засекли. Избавиться от зверя и найти что-нибудь другое.
Более подходящее для капризной королевы…
Но сбежать я не успеваю.
Только поворачиваюсь - и слышу Юлькин голос за спиной.
- Андрей!
Блин.
Опять облажался!
Опять мне ничего не светит...
Андрей
Я резко швыряю дракона в сторону. Целюсь под соседний шезлонг. Пытаюсь сделать это незаметно, но Юлька замечает мои маневры.
- Что там такое?
- Где?
Я смотрю в небо.
А она встает и достает дракона.
Блин.
- Это мне?
- Э… Ну…
И как только мне пришла в голову этот дурацкая идея с драконом? Явно не той головой думал!
Ведь можно было устроить что-нибудь романтическое. Типа полета на парашюте над морем или пикника в горах.
И почему я только сейчас догадался?
И теперь умираю от неловкости.
- Ты слышал мой разговор? - доходит до Юльки.
- Ага.
Она опускает взгляд. Смотрит на дракона в своих руках. Ее глаза расширяются от удивления.
- Мне кажется, или у него голова как…
- Я думал, это будет смешно. Извини.
Юлька смотрит на меня.
На дракона.
Снова на меня.
И вдруг начинает заразительно хохотать.
- Я назову его Андрюшей! И буду брать с собой в постель одинокими зимними вечерами.
Одинокими? Неужели у этой королевы бывают одинокие вечера? Я готов это исправить!
- А меня? - выпаливаю я.
- Что - тебя?
Так. А вот торопиться точно не стоит.
С подарком я облажался, да еще и приперся гораздо раньше вечера. То и гляди пошлют...
- Ничего. Я просто…
- Что?
- Хочу кое в чем откровенно признаться.
- Ну давай.
Юлька смотрит с интересом.
- Я не умею ухаживать за девушками.
- И как же ты дожил до этих лет? На самообслуживании?
Издевается, зараза мелкая.
- Ну нет…
- А. Понятно. Девушки обычно сами на тебя вешаются. Ты же у нас красавчик. К тому же атлет.
- Ну, допустим.
Это близко к правде, кстати.
- А чего пришел-то? Еще не вечер.
Юлька ложится обратно на шезлонг. В обнимку с драконом.
Блин, повезло тебе, чувак...
И тут она переворачивается на живот. И произносит:
- Намажешь меня кремом?
Омайгад!
Тысячу раз да!!!
Я готов круглосуточно натирать мою нежную прелесть!
* * *
Мы провели на пляже пару часов.
Я всю дорогу выдавал креативные предложения - покататься на квадроциклах, арендовать яхту, подняться в горы. Но Юля лениво отмахивалась:
- Потом. Завтра.
И блаженно потягивалась на своем шезлонге, заставляя оба моих сердца заходиться в восторженном экстазе.
Я регулярно и старательно натирал мою королевишну кремом - солнце жарит, как бешеное, а о такой нежной шкурке надо заботиться! После каждого купания повторять процедуру.
И при этом стараться не капать на девушку слюнями.
А Юлька обнималась и сюскалась с Андрюшей. Моим плюшевым тезкой.
Так нежно держала его за шею, что мой атомный ледокол чуть не взорвался к чертям!
* * *
Мы входим в Юлькин номер. Она хочет переодеться перед обедом. А я, естественно, навязался ее проводить и отнести пляжную сумку.
- Я в душ, - говорит она.
И идет в ванную
Я за ней. Притяжение - как у промышленного магнита. Можно автомобили поднимать.
- Эй! - возмущенно оборачивается Юлька.
Когда видит, что я заперся в ванную вместе с ней.
Она бросает мокрый купальник в раковину.
А я без предупреждения набрасываюсь на нее. Потому что… ну невозможно уже!
Я прижимаю ее к себе, она горячая и трепещущая.
- Мне надо помыться… Я вся в песке.
- Я слижу с тебя весь песок.
Она смеется.
Я рычу от страсти.
Она не вырывается... Наоборот, смотрит на меня призывно.
И начинается безумие.
Мы яростно целуемся в ванной. Перемещаемся в комнату. Еще более яростно обнимаемся на кровати. Я умудряюсь стянуть с нее джинсовые шорты, не отрываясь от поцелуя..
- Презервативы взял? - шепчет Юлька.
- Взял.
- Какие?
- Все!
- А не слишком ли ты самонадеян? - снова хихикает она.
И срывает с меня рубашку.
- Небезосновательно, - шепчу я.
- Сейчас же еще не вечер, - вспоминает она.
- Ага. И я не заслужил, я знаю...
- Такими вещами занимаются ночью, - вторит мне Юлька.
- Кто сказал?
- Все говорят.
- Они просто не видели тебя в солнечном свете…
Я отрываюсь от нее. Зависаю сверху. Любуюсь… Она само совершенство!
Мне уже удалось покрыть поцелуями всю ее кожу. Я слизывал с нее песок. Я даже укусил ее за сладкую попку!
Но злостный лифчик под майкой мне никак не дается.
Я забрался в него сверху. Зашел сбоку. Под стоны Юльки добрался до вкусняшек. Но расстегнуть так и не смог!
- Какой ты… - шепчет она.
- Тормоз?
- Неопытный.
- Да там такая хитрая застежка… Ладно. Пусть неопытный. Научишь?
Я надеюсь, она сама его расстегнет. Или я разгрызу эту застежку к чертям!
Она садится.
Отталкивает меня. Заводит руки за спину. Блин, какая же она гибкая и грациозная! Вчера извивалась змеей, снимая платье. А сегодня…
Юлька что-то там проделывает под своей свободной майкой и, жестом фокусника, вытаскивает лифчик из рукава.
Бросает в меня.
- Офигеть! - выдыхаю я.
- Смотри и учись!
- А я могу снять трусы, не снимая штанов.
- Серьезно?
Ее глаза округляются от удивления. Наивная, как ребенок! Обожаю ее.
Конечно, я так не могу. Это в принципе невозможно. Это противоречит законам физики!
Я просто выпрыгиваю из штанов вместе с трусами и почти ныряю к ней в постель. Но она останавливает меня жестом.
- Подожди-ка…
Юлька удивленно таращится в область ледокола, на всех парах стремящегося к ней. Смотрит внимательно и пристально.
Как будто вглядывается в лицо старого знакомого.
- Что такое? - спрашиваю я.
Он ее чем-то не устраивает? Размер не тот? Вроде, никто не жаловался. Больше среднестатистического, кстати говоря.
- Ты… - начинает Юлька, как будто что-то припоминая.
А я со страхом жду продолжения...
Юлианна
Боже.
Это даже страшно… Как будто на меня, на полном ходу, со свистом и грохотом, несется поезд. Огромный такой локомотив.
Локомотивище...
А я такая маленькая!
Но убегать поздно. Да и не хочу я убегать.
- Что? - спрашивает Андрей.
И снова надвигается на меня.
- Ты поаккуратнее... пожалуйста, - шепчу я.
- Не бойся, моя лягушечка. Иван-царевич не обидит.
Мне становится смешно. Вечно он что-нибудь как скажет! Хоть стой, хоть падай.
И сразу так легко… И не страшно.
Как будто мы сто лет знакомы. Как будто со мной это уже было…
Откуда у меня сейчас это стойкое чувство?
Если и было, то разве что во сне.
Где-то через год после рождения Даши мне вдруг начали сниться безумные эротические сны. Чуть ли не каждую ночь, даже страшно было спать ложиться. Потому что просыпаешься после такого сна… И выть хочется.
Снова одна, в холодной постели. И никакие безумства не светят.
Если не считать тех, что регулярно устраивала мне дочка.
Я знала, что это бородатый дикарь разбудил во мне эту жажду. Раньше я была равнодушна к сексу. А после него…
У меня было всего два мужчины. И оба меня разочаровали. Второй меньше, но все равно.
С тем бородатым дикарем из снов оба даже рядом не стояли.
К черту дикаря!
Для меня сегодня устраивает фейерверки мужчина покруче. Боже… он такой нежный… И не торопится.
Хотя я вижу и чувствую, что сдерживается из последних сил.
Его ласки то становятся невыносимо откровенными, то возвращаются на ступень назад... и я начинаю стонать и извиваться. Потому что мне уже не страшно!
Я уже сама хочу попасть под этот поезд.
- Да… - шепчу я. - Пожалуйста…
- Что? - спрашивает он, поднимая голову. - Еще осторожнее?
И ухмыляется. Он знает, чего я хочу.
- Нет!
Его касания, как крылья бабочки. Легкие, дразнящие, сводящие с ума… Это бесподобно. Невероятно.
Я задыхаюсь от подступающего экстаза.
И хочу большего…
И он дает мне это. Выполняет все мои желания. Даже те, о которых я забыла, или не знала…
Мое тело поет как скрипка в его умелых руках.
Это возвышенно и романтично.
И в то же время безумно до помешательства.
Временами дико неприлично.
А временами смешно - потому что он продолжает называть меня лягушечкой.
- Ты меня вертишь, как лягушку на сковородке, - бурчу я, когда Андрей в очередной раз меняет позу.
- Не просто верчу, а жарю. - отзывается он.
Меня разбирает смех.
- Приготовление жареных лягушек - процесс тонкий и кропотливый, - продолжает философствовать он, не прерывая процесса.
Мой смех становится истерическим.
- Говорят, что в лягушке самое вкусное - лапки. Я в корне не согласен с этим утверждением. Лично я обожаю лягушачьи попки…
Он шлепает меня по обозначенной части тела.
Я начинаю хрюкать от смеха. И дрожать от приближающегося землетрясения.
- А еще, должен заметить, что лягушачьи грудки отличаются нежным вкусом и изысканной…
Его пальцы следуют за словами. Я то ли смеюсь, то ли плачу.
Он реально жарит меня так, что просто искры из глаз… И при этом еще и смешит!
Просто какой-то эротический стендап.
Никогда не слышала, чтобы люди хохотали на пике экстаза. Но теперь я знаю, что такое безумие возможно…
Это в сто раз круче моих снов!
Думаю, после этого бородатый дикарь больше никогда не посмеет лезть в мои сновидения.
Теперь у меня новый кумир.
А я уж думала, что никогда больше не улечу несколько раз за ночь. Вернее, за день. Или уже…
Сколько вообще времени прошло?
Неважно.
Я помню, что времени у меня мало. Всего четыре дня.
И на все это время я забираю Андрея в сексуальное рабство!
Андрей
Юля лежит на животе.
Ее глаза закрыты. Губы блаженно улыбаются.
Самая вкусная филейная часть лягушки аппетитно оттопырена. И на ней по-хозяйски расположилась моя лапа.
Я утыкаюсь лицом в ее темные шелковистые волосы и делаю глубокий вдох. Они пахнут просто сказочно! Как цветы на солнечном лугу посреди дремучего леса.
- Это было… невероятно, - шепчет моя лягушечка, повернувшись лицом.
Ее глаза по-прежнему закрыты.
Я не могу удержаться и касаюсь языком уголка ее губ.
Она вздрагивает. По ее телу проходит волна дрожи - последствие только что пережитых экстазов.
- Ты просто космос, - выдыхает она.
Меня распирает от гордости.
Да, я такой! Космический. Сегодня я превзошел сам себя. И готов принимать заслуженные аплодисменты.
- Это потому что ты самая прекрасная царевна-лягушка во всей вселенной.
Юлька улыбается.
- Никогда раньше… - начинает она.
И открывает глаза.
Она растерянно моргает. Как будто только что пришла в себя.
Смущенно улыбается и отводит взгляд. Ей как будто неловко за излишнюю откровенность.
И она поворачивается ко мне спиной. Что ж, я не против. Я всеми палубами ледокола “за”!
Вот только Юлька какая-то подозрительно притихшая. А ощущение неловкости как будто нарастает.
Такое бывает, когда переспишь с малознакомым человеком. Например, снимешь девчонку в клубе, притащищь ее домой, у вас страсть и все дела… А утром не хочется смотреть ей в глаза.
Но у нас-то все не так!
Мы с Лягушкой знакомы уже… второй день.
А по ощущениям - целую вечность. Причем это ощущение возникло у меня через час после знакомства.
- Значит, я лучше всех? - пытаюсь я вернуть предыдущее настроение Юльки.
Она же не договорила свой последний комплимент!
- Ну, вроде того, - бурчит она, уткнувшись куда-то в подушку. И добавляет: - Почти.
- Почти?!
- Если не считать одного… дровосека.
- Кого?!
- Или лесника. А, может, просто дикаря из джунглей.
Да она прикалывается!
Я лучше всех.
Она сама только что это шептала.
- Да я шучу! - смеется Юлька. - Просто боюсь, что зазнаешься...
Уф. Она шутит.
Лично я могу сказать, что нечто подобное у меня было только однажды. С синеволосой синеглазой Мальвиной. Совершенно безбашенной девчонкой.
От тоски по которой я давно излечился.
Не знаю, с чего я ее вообще сейчас вспоминаю… Это дурной тон, кстати! Вспоминать бывших в такой момент.
Да и не была она моей девушкой. Поэтому бывшей ее трудно назвать.
Просто безумная ультрамариновая комета, внезапно влетевшая в мою жизнь и так же внезапно из нее исчезнувшая.
У Юли, кстати, тоже синие глаза… И очень красивые волосы цвета темного шоколада. Длинные, как я люблю.
Она такая хрупкая, кажется, ее талию я мог бы обхватить одной рукой. Ее тонкие щиколотки - произведение искусства. А изящные запястья и нежные пальчики созданы для поцелуев.
Кстати, у нее есть и другие места, притягивающие мои губы…
- Я есть хочу, - внезапно выпаливает эта неземная принцесса.
- Точно. Мы же собирались на обед.
Продолжение следует...