Алина медленно вдохнула аромат сандалового благовония, растворяющегося в тёплом воздухе кабинета. Мягкий свет настольной лампы создавал ту самую атмосферу доверия, которая была так необходима для работы с клиентами. За окном уже сгущались сумерки — последний приём всегда казался самым долгим, особенно когда хотелось поскорее домой.
Она положила руку на живот, где под сердцем билась новая жизнь. Утренний визит к врачу окончательно подтвердил её догадки — тест на ХГЧ оказался положительным. Артём так долго мечтал стать отцом. Как же он обрадуется, когда она расскажет ему сегодня вечером! Может быть, откроют наконец то шампанское, которое он привёз из командировки и которое они всё не могли найти повод выпить.
Лёгкое головокружение напомнило о себе — побочный эффект первого триместра. Алина прикрыла глаза, мысленно представляя, как через несколько месяцев их квартира наполнится детским смехом.
Стук в дверь вернул её к реальности.
— Проходите, Вероника.
В кабинет вошла хрупкая девушка лет двадцати пяти, с красными от слёз глазами и нервно сжатыми кулаками. Её беременность была заметна даже под просторным свитером — седьмой месяц, если Алина помнила правильно.
— Добро пожаловать. Присаживайтесь поудобнее, — мягко произнесла Алина, включая режим психолога. — На прошлом приёме мы говорили о том, что вам стоит открыться вашему молодому человеку. Удалось ли поговорить с ним откровенно?
Вероника опустилась в кресло, словно груз на её плечах стал ещё тяжелее.
— Да, я поговорила с Артёмом, — её голос дрожал. — Но он... он говорит, что пока не готов к браку. Просит подождать ещё немного. А сколько ещё ждать? Ребёнок родится через два месяца!
Алина почувствовала, как внутри что-то сжалось. Артём — не редкое имя. Простое совпадение, не более.
— Вероника, расскажите мне честно — чего именно вы ждёте от этих отношений?
— Я... — девушка всхлипнула. — Я думала, что когда скажу ему о беременности, он сразу сделает предложение. Что мы поженимся, будем счастливой семьёй. Но вместо этого он стал каким-то отстранённым, будто боится чего-то.
— А что если он действительно не готов к такой ответственности?
— Нет! — резко выпалила Вероника. — Он просто запутался. Я знаю, что он любит меня. Он говорил об этом. Но теперь... теперь я боюсь, что останусь одна с ребёнком. Может быть, мне стоило... отказаться от беременности?
Алина наклонилась вперёд, выбирая слова.
— Вероника, материнство — это не способ удержать мужчину рядом. Ребёнок не должен становиться заложником ваших отношений. Если вы решили его сохранить, значит, где-то глубоко внутри вы готовы взять на себя эту ответственность.
— Но я так боюсь одиночества...
Внезапно резко зазвонил телефон Вероники. Девушка извиняюще взглянула на Алину и, увидев имя на экране, сбросила вызов.
— Простите, это он звонил. Наверное, хочет узнать, где я, — Вероника положила телефон на журнальный столик экраном вверх.
Алина машинально бросила взгляд на заставку и почувствовала, как мир вокруг неё начал медленно рушиться. На фотографии улыбающаяся Вероника обнимала высокого мужчину с тёмными волосами и знакомыми карими глазами. Того самого мужчину, который ещё утром целовал Алину на прощание и говорил, что скучает по ней в командировках.
Артём. Её Артём.
Время словно остановилось. Алина чувствовала, как холодная волна поднимается откуда-то из глубины живота и заливает всё тело ледяной тьмой. Но руки не дрожали, голос остался ровным — годы практики научили её держать лицо даже в самых сложных ситуациях.
— Вероника, — произнесла она с профессиональной мягкостью, — а можно поинтересоваться, как давно вы с вашим молодым человеком вместе?
— Около года. Мы познакомились в том кафе рядом с его работой. Он так красиво ухаживал... — в глазах девушки появился тёплый свет воспоминаний. — Говорил, что я особенная, не похожа на других. Что с такой женщиной, как я, он готов свернуть горы.
Алина кивнула, чувствуя, как что-то холодное и твёрдое оседает в груди вместо сердца.
— И он... он свободен? Я имею в виду, не был ли женат ранее?
— Нет, что вы! Артём говорил, что пока не встретил ту единственную, с которой хотел бы связать свою жизнь. А теперь встретил — это я, — Вероника улыбнулась сквозь слёзы.
В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь тихим шипением аромапалочки. Алина смотрела на эту молодую, наивную девушку и понимала, что сейчас должна сделать выбор между профессиональной этикой и человеческой болью.
— Вероника, — голос психолога звучал ровно, но в нём появились стальные нотки, — мне кажется, вам стоит серьёзно поговорить с вашим Артёмом. Выяснить, что он от вас скрывает. Потому что мужчина, который действительно любит и готов к семье, не ведёт себя подобным образом.
— Но он же говорит, что любит...
— Слова и поступки — разные вещи. — Алина медленно поднялась с кресла. — Вероника, я вынуждена прервать наш сеанс. Плохо себя чувствую.
— Но вы же даже не дали мне совет! Что делать с ребёнком, если он не женится?
Алина остановилась у двери, обернулась. На её лице не дрожал ни один мускул.
— Подумайте как следует — готовы ли вы растить ребёнка в одиночестве, подарив ему свою любовь, а не ненависть из-за того, что ваши надежды не оправдались. Только честный ответ на этот вопрос поможет вам принять правильное решение.
Дорога домой пролетела как в тумане. Алина сидела в такси, глядя на мелькающие за окном огни, и чувствовала себя так, словно наблюдает за чужой жизнью. Где-то глубоко внутри бушевал ураган эмоций — боль, ярость, отчаяние, — но поверхность оставалась зеркально гладкой. Профессиональная привычка сдерживать чувства сейчас оказалась как нельзя кстати.
Ключи дрожали в замке. Артём встретил её в прихожей с улыбкой.
— Лина! Наконец-то. Я соскучился. Как дела в...
— Мне нужно с тобой поговорить, — перебила его Алина, проходя в гостиную.
Что-то в её тоне заставило мужчину насторожиться.
— Случилось что-то?
Алина села на диван, сложив руки на коленях. Артём опустился рядом, но она отстранилась.
— Расскажи мне про Веронику.
Лицо Артёма мгновенно побледнело. Несколько секунд он молчал, видимо, лихорадочно соображая, как выкрутиться. Потом плечи поникли.
— Откуда ты знаешь?
— Не важно. Важно другое — как долго это продолжается?
— Лина, я могу всё объяснить...
— Как долго, Артём?
— Около года, — признался он тихо. — Но это ничего не значит! Это была просто... слабость. Увлечение. Я запутался, понимаешь?
Алина смотрела на мужчину, с которым прожила пять лет, и не узнавала его. Неужели она так ошибалась в нём?
— А ребёнок?
— Я не уверен, что он мой. Мы с тобой столько времени пытались завести детей, а тут... — он провёл рукой по волосам. — Всё слишком подозрительно. Я хотел дождаться родов, сделать тест ДНК.
— И что потом?
— Потом... Лина, я люблю тебя. Только тебя! Если даже ребёнок мой, я готов платить алименты, но жениться на ней? Никогда. Я не хочу терять тебя.
Алина встала с дивана и подошла к окну. За стеклом горели огни их района — того самого, где они планировали растить детей, стареть вместе. Теперь эти планы превратились в осколки.
— Артём, ты понимаешь, о чём говоришь? — голос её оставался спокойным, но в нём появились ледяные нотки. — Ты целый год лгал мне. Жил на две семьи. Обещал девушке жениться. И теперь думаешь, что можно всё исправить красивыми словами о любви?
— Лина, прошу тебя...
— Нет. — Она обернулась, и Артём увидел в её глазах что-то такое, что заставило его замолчать. — Я не собираюсь прощать предательство. И не собираюсь оставаться с мужчиной, который считает возможным играть чувствами двух женщин одновременно.
— Ты хочешь развестись? — в голосе Артёма звучал неподдельный ужас.
— Именно этого я и хочу.
— Но Лина! Мы же... мы так долго вместе! Ты не можешь просто взять и всё бросить!
Алина едва сдержала смех. Как легко обвинять её в том, что первым сделал он сам.
— Не могу? А ты мог лгать мне целый год? Мог заводить отношения с другой женщиной? — Она подошла к шкафу и достала сумку. — Кто я без тебя, говоришь? А кто ты без порядочности, Артём? Без чести? Без элементарного уважения к женщине, которая тебя любила?
Она начала складывать вещи, каждое движение выверенное и спокойное. Артём смотрел на неё с растущим ужасом.
— Лина, остановись! Давай обсудим! Я сделаю всё, что ты скажешь!
— Ты уже всё сделал.
Через полчаса Алина стояла в дверях квартиры с двумя сумками в руках. Артём за-ступил ей дорогу.
— Лина, я не отпущу тебя. Не после стольких лет. Я изменюсь, клянусь!
— Отойди, Артём.
Что-то в её тоне заставило его посторониться. Алина переступила порог и не оглянулась.
Следующие месяцы пролетели в водовороте юридических процедур и обустройства новой жизни. Алина вернулась в свою старую студию — небольшую, но уютную квартиру, которую покинула после свадьбы. Здесь, среди знакомых стен и своих книг, она постепенно приходила в себя.
Развод прошёл на удивление быстро. Артём, видимо, понял, что сопротивляться бесполезно, и не стал чинить препятствий. Он лишь несколько раз пытался связаться с ней, но Алина была непреклонна.
Только когда все документы были подписаны, она решилась на последний разговор.
— Артём, мне нужно тебе кое-что сказать.
Он примчался через полчаса после её звонка, с надеждой во взгляде.
— Я беременна, — сказала Алина без предисловий.
Артём застыл, словно получив удар.
— Почему ты не сказала раньше? Я бы... Лина, я бы никогда не дал тебе развод!
— Именно поэтому я и молчала. Моё решение не должно было зависеть от этого.
— Но теперь же всё меняется! У нас будет ребёнок!
— У меня будет ребёнок, — поправила его Алина. — Ты можешь быть отцом, если докажешь, что достоин этого. Но между нами всё кончено, Артём. Навсегда.
Несколько месяцев спустя до Алины дошли новости: после рождения ребёнка Артём всё-таки решился на тест ДНК. Результат оказался отрицательным — малыш был не от него. Вероника умоляла дать их отношениям ещё один шанс, клялась в любви, но Артём исчез из её жизни так же внезапно, как когда-то появился. Девушка осталась одна с сыном, столкнувшись с тем самым одиночеством, которого так боялась.
А Артём тем временем метался между раскаянием и попытками вернуть утраченное. Он засыпал Алину сообщениями, появлялся у её дома, клялся, что изменился. Но она была непреклонна — некоторые предательства не прощаются, как бы искренне ни раскаивался виновник.
Малышка Алиса спала в своей кроватке, раскинув крошечные ручки. Алина стояла рядом, слушая её тихое дыхание и чувствуя такое спокойствие, которого не знала уже очень давно.
За окном светило весеннее солнце. Скоро прогулка в парке, потом кормление, а вечером — работа. Жизнь обрела новый ритм, новый смысл. Она больше не чувствовала себя половинкой, ждущей дополнения. Она была целой.
В прихожей раздался тихий стук. Артём пришёл навестить дочь, как делал это дважды в неделю последние полгода. Алина открыла дверь, впустила его и молча прошла на кухню — готовить ужин для себя и Алисы.
Она слышала, как он разговаривает с малышкой, рассказывает ей сказки. Хорошо, что у дочери есть отец. Но Алина больше не нуждалась в муже — она научилась быть счастливой сама.
В зеркале напротив отразилась женщина с ясными глазами и спокойным лицом. Та самая женщина, которая когда-то советовала клиентке быть готовой растить ребёнка в одиночестве. Тогда это были просто профессиональные слова. Теперь — жизненный опыт.
И она не жалела ни о чём.