Уазик-«буханка», пахнущий бензином, дешевым табаком и одиночеством, наконец, выбросил Анну на обочину, подняв тучи ржавой пыли. Водитель, угрюмый мужик, сказавший за весь путь не больше трех фраз, мотнул головой в сторону уходящей в чащу разбитой дороги: «Твоя Заря там. Счастливо оставаться». И резко тронул с места, будто боялся задержаться здесь даже на лишнюю секунду. Анна осталась одна, и на нее сразу же накатила оглушительная, абсолютная тишина, прерываемая лишь шелестом ветра в соснах да отдаленным стуком собственного сердца.
Дорога, больше похожая на ручей после ливня, вела ее между смыкающимися стенами леса. Воздух становился все прохладнее, пахнущим хвоей и влажным камнем. Через полчаса ходьбы деревья расступились, открыв жутковатое зрелище. Поселок Заря. Не город-призрак из романтичных блогерских репортажей, а место, из которого жизнь ушла стремительно и бесповоротно. Деревянные двухэтажные бараки с зияющими пустотой глазницами окон. Облупленные бетонные пятиэтажки, на которых кое-где еще висели перекошенные таблички с номерами. Ржавые скелеты детских качелей на заросшем бурьяном пустыре. И эта давящая, всепоглощающая тишина, которую не решался нарушить даже крик птицы.
Анна достала планшет, пытаясь сориентироваться по сканам старых карт. Ее целью была старая сейсмологическая вышка на окраине, где, по ее данным, должен был сохраниться ретранслятор. Она уже сделала несколько кадров на телефон, как вдруг тишину разрезал резкий, неожиданный звук — хруст гравия под колесами. Анна обернулась и замерла. Из-за угла полуразрушенного ДК медленно выкатился уставший видавший виды УАЗик с мигающей шашкой на крыше. Из машины вышел мужчина. Высокий, широкоплечий, в поношенной форме участкового. Его лицо, испещренное сеточкой морщин от солнца и ветра, не выражало ни гостеприимства, ни удивления — лишь холодную, настороженную усталость.
«Документы, — произнес он глуховатым, низким голосом, без предисловий. Его глаза, серые и пронзительные, будто сканировали ее насквозь, выискивая малейшую фальшь. — Вы явно заблудились, гражданка. Туристы здесь не ходят. Проезжайте дальше, до райцентра, километров семьдесят». Анна, стараясь сохранять спокойствие, протянула ему паспорт и служебное удостоверение с логотипом НИИ. «Я не турист, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Доктор Соколова. Провожу плановые геологические изыскания в этом районе».
Мужчина, представившийся шерифом Максимом Орловым, медленно, почти не глядя, изучил документы, но Анна заметила, как его пальцы слегка сжали обложку удостоверения, когда он прочитал название ее института. «Изыскания, — переспросил он, и в его голосе послышалась едва уловимая издевка. — Здесь изыскивать нечего. Поселок закрыт. Приказом губернатора. Санитарная зона. Так что ваши изыскания закончены, не успев начаться. Садитесь в машину, я отвезу вас обратно на тракт, поймаете попутку».
Его тон не допускал возражений. Но именно эта грубая, почти враждебная попытка выпроводить ее моментально разожгла в Анне азарт. Она почувствовала это — он что-то скрывает. Он не просто охраняет заброшенную территорию, он ее стережет. «Санитарная зона от чего? От грибка восемьдесят второго года? — парировала она, глядя ему прямо в глаза. — Мое задание санкционировано. И я его выполню. Мне нужен только доступ к вышке связи».
Орлов мрачно усмехнулся, окинув взглядом ее запыленную городскую одежду и неприспособленный для тайги рюкзак. «Вышка? Она давно упала. И связи здесь нет никакой. Только медведи да духи тех, кто здесь остался навсегда. Вам-то что здесь на самом деле нужно, доктор? — его голос стал тише, но в нем появилась steel твердость. — Любопытство до добра не доводит. Особенно в этих местах». В его словах прозвучало нечто большее, чем просто предупреждение. Это было пророчество. За его спиной, в мрачной панораме заброшенного поселка, угадывался остов копра — черной, безжизненной башни над шахтой №5. И Анне показалось, что на мгновение она почувствовала тот самый, едва уловимый гул, который и привел ее сюда. Он шел не из-под земли. Он исходил от самого этого места, от его истории, от этого молчаливого сторожа. И она поняла, что не уедет. Не может уехать. Теперь ее любопытство стало личным вызовом — и ему, и той тайне, что он так яростно охранял.
💗 Если эта история затронула что-то внутри — ставьте лайк и подписывайтесь на канал "Скрытая любовь". Каждое ваше сердечко — как шепот поддержки, вдохновляющий на новые главы о чувствах, которых боятся вслух. Спасибо, что читаете, чувствуете и остаетесь рядом.
📖 Все главы произведения ищите здесь:
👉 https://dzen.ru/id/683960c8fe08f728dca8ba91