Этот день я провела у мамочки, которая приболела. При её, не совсем здоровом сердце, скакнуло давление. Вызывали врача, бегала за лекарствами, приготовила еду. За этими хлопотами притупилась собственное недомогание – нервно-психическое.
Когда мама заснула, я принялась копаться в её нарядах и нашла! То самое платье, которое, как я предполагала, подойдет мне для моей аферы. Многослойное платье в стиле бохо, насыщенного бежевого цвета с ярко синими и серыми мазками. Платье это необычайно стройнило мать, мне же оно нужно было для зрительного увеличения объема и конспирации.
Я аккуратно сложила его в свой мешок и отправилась домой, написав маме записку, что ушла к себе, и зайду завтра.
Шла по вечернему городу, где уже зажглись фонари, акцентирующие его монументальность и загадочность. Но было не до романтики. Меня разъедало бешенство и жажда отмщения.
Всего лишь несколько дней прошло, но они провели мощный водораздел: до и после. Из беззаботно порхающей пташки я вдруг превратилась в земноводное, гадюку, либо в какую другую ядовитую змею. Меня бросили! Меня? И кто? Тот человек, который стелился возле моих ног и умолял быть его? Который обещал все блага рая вкупе с материальными ценностями?!?
Три дня назад Ден сказал мне, что хочет пожить отдельно. Вернее, у мамы. У него некий кризис и надо подумать… Взбешенная, я ответила, что у меня тоже кризис, и я тоже хочу побыть одна, хотя, может, и не одна! Не ожидавший такого отпора, Ден выскочил за дверь, и попытался громко ею хлопнуть напоследок, но каким-то образом (всегда был неуклюжим, там, где надо), прищемил себе палец, взвыл, и так, воя, выскочил на улицу.
Я немного позлорадствовала, после чего, наконец, уяснив суть произошедшего, сникла.
…Когда-то, в бытность свою школьницей, я несколько лет занималась бальными танцами. Мечтала о призах и победах. Они были, правда, на местном уровне, но главное, о чем я тогда не думала, это то, что я научилась плавно двигаться, как лебедушка, величаво, с горделивой посадкой головы. Танцевала я тоже хорошо, а уж в компании дилетантов мигом привлекала внимание к себе. Именно так я и обратила внимание Дена. Как он мне потом говорил (когда мы уже жили):
- Увидел и потом покрылся от вожделения.
Дена я почти любила, но сейчас я четко это поняла, что отношения наши были построены исключительно на гормонах, не более того...
О чем говорить, если, кроме злости и обиды, в душе ничего нет?
Вечером того же дня, в довесок к моим страданиям и подозрениям, я получила СМС с фоткой, где какая-то девица, видимо, желающая закрепить любовный успех, прислала мне идиллически – эротическую картинку, где она с моим Деном нежится в постельке. Вот тебе и одиночество и раздумье! Из одной постели в другую!
Первое, что я почувствовала в этот момент: хочу отмщения! В этой интриге я хочу быть победителем! И больше ничего! К черту страдания, к черту любовь, главное – дать понять изменщику, что он сильно ошибся, променяв меня на другую.
Раздувая ноздри, и горя праведным гневом, я позвонила лучшей подружке – Гулечке.
- Можешь приехать? Прямо сейчас? Вопрос жизни и смерти!
Поняв, что я не вру, и дело действительно серьезное, она, правда, нехотя, но согласилась.
Была она у меня уже через полчаса. Я кинулась открывать дверь, и очень удивилась, когда увидела рядом с ней Равиля, её парня.
- Ты же знаешь, он меня так поздно никуда одну не отпускает. Нет, он не ревнует – беспокоится. – Увидев мое недоумение, сказала Гуля, - не беспокойся: диван и телевизор - и мальчик нам не мешает. Человек, как ты знаешь, надежный и проверенный.
Равиль, поздоровавшись и оглядевшись, просочился в гостиную, и вскоре мы про него забыли.
Сами же мы, за беседой, нервно дефилировали с кухни, на балкон, с балкона – в спальню, и так, по кругу.
Когда я рассказала о своих проблемах Гуле, та не сильно удивилась и резонно заметила:
- Думаю, ты не особо страдаешь? Что-то я особой любви между вами не замечала.
- Прекрати! – Возмутилась я, - Ден мне очень нравился! Очень! Возможно, любовь вскоре бы и случилась!
- Ну, не случилась же! – Иронично отреагировала на мои возмущения Гуля, и добавила глубокомысленно, подняв кверху большой палец, - но наказать гада надо, чтобы неповадно было!
- Повадно – неповадно, он мне на фиг уже не нужен, вот только гадость какую-нибудь подстроить изменщику очень хочется! Да, кстати, ты эту мерзавку не знаешь, случайно? – Я показала фото парочки в неглиже.
Гуля, без удивления, серьезно рассмотрела фотографию и задумчиво сказала:
- Вроде знаю. Она, по-моему, в том корпусе, где и твой, работает. Завтра уточню. Ей, думаю, тоже надо за подлость отомстить. Так что будем делать?
Мы вышли на балкон. Покурили. Вернулись в гостиную.
- Что б, ему, заразе, мало не показалось! – в сердцах, наконец, сказала я.
- Так, - поджала губы Гулька, проникнувшись моими переживаниями, - тащи ручку и бумагу.
- Зачем? – удивилась я.
- Конспект составлять будем. Строго по пунктам.
Я вытащила ручку и тетрадку. Гулька деловито, раскрыла её, и написала большими буквами: план.
- Что, прям, по плану? По пунктам?
Гуля возвела глаза к потолку, а потом написала:
- Номер первый: физические страдания. Номер второй: страдания морально – этические. Номер третий: психические страдания.
Повернулась ко мне и спросила:
- Достаточно?
- А ты можешь эти три пункта разъяснить? Я что-то не очень понимаю.
- Первый пункт – самый легкий. Я уже придумала. Слабительное ему куда-нибудь подсыпем, чтобы жизнь медом не казалась.
Мы начали ржать, да так, что прибежал удивленный Равиль и спросил, все ли у нас в порядке? Мы отправили его обратно на диван, поклявшись, что настроение отличное и здоровье – тоже.
В возбужденном состоянии, мы снова вышли на балкон.
Наконец. и мне, пришла в голову первая умная мысль:
- Он минералку с собой на работу носит. С газом. Покупает только «Волжанку». И в обед они всем коллективом уходят в столовую на первом этаже. Кабинет, как правило, не запирают.
- Отлично! – Потерла руки довольная Гулька, - Надо только что-то придумать такое, чтобы следов не оставлять.
Канал "Рассказы. О любви и не только":
Автор Ирина Сычева.