— …Первое, что сделала свекровь, когда нас с сыном привезли из роддома, это схватила меня за волосы и потащила в ванную. Заперлась там и чуть ли не душа начала, типа, чьего ребенка я на ее сына повесить пытаюсь..
— …Терпеть не могу, когда свекровь в гости приезжает. Уже тринадцать лет доказывает моему мужу, что его дети не его дети…
— Моя мама почему-то решила, что жена дочь родила не от меня, начала кричать, что она похожа на всех соседей, а на нашу породу — ничем. Жена взбесилась, сказала, что экспертизу она сделать готова, и если экспертиза подтвердит, что это моя дочь, то пусть мать на нас квартиру переписывает. Мать согласилась… квартиру потом переписывать отказалась. Вот уже семь лет с нами не разговаривает…
Как вам истории? И это я всего три кратенько изложил. А вчера, проглядывая личные сообщения да комментарии к публикациям, штук двадцать похожих, просто в разной интерпретации, нашёл.
И задумался: что ж это за феномен такой? Почему любящие и мудрые женщины выкидывают такие пердимонокли, направленные, по сути, на разрушение семьи своего сына?
Почему, видя новорождённого внука, выдаёт что-то типа: «А что-то он совсем на нашего Ваню не похож! Смотри, носик картошкой, а у Вани орлиный!».
Далее, по мере роста ребёнка, диагностика продолжается. «У нас в роду все рано начинали ходить, а этот всё ползает!», «Карие глаза? Странно… У дяди Пети из Забугорска, правда, были карие, но это же несерьёзно!». Любая черта, не совпадающая с семейным мифом о том, что род Романовых-Ивановых происходит напрямую от древнегреческих богов, тщательно фиксируется и ложится в копилку «улик».
Нет, я слышал версию диванных антропологов, что этот механизм был жизненно необходим в пещерные времена. Задача старшей женщины племени состояла в том, чтобы не дать соплеменникам растрачивать мамонтятину на детей сомнительного происхождения. «Этот не наш, у него волос меньше на 15%!» — кричала пра-свекровь, и племя вздыхало, отбирало у ребёнка кусок мамонта и шло рисовать наскальные картины.
Возможно, они правы…
С тех пор прошли тысячи лет, мамонты вымерли, а инстинкт — остался. Теперь он направлен не на сохранение пищи, а на сохранение… внимания собственного сына. Ревность — великий двигатель прогресса и родительских сомнений.
А лечение такой ревности… может, и вправду, экспертиза да потом компенсацию требовать?
Хотя… если верить тем, кто в такую ситуацию попадал, порой и свекрови от экспертизы отказываются. Чтобы не вылез в родословной тот самый дядя Петя из Забугорска, пожалуй… в роли дедушки.