часть 29 предыдущая глава
Юрка не закрывал глаза, порою и рот, он успевал только поворачивать голову вслед за убегающими видами за стёклами дедушкиной машины. Равнины, горы, города, совсем небольшие, но для ребёнка, который в свои 8 лет никуда не выезжал из села, кроме райцентра. Любой городок казался мегаполисом. И он всё время спрашивал у деда, как называется тот или иной город. Потом стал внимательнее читать знаки на дороге и сообщать деду, куда они въезжают, как называет та или иная река, ручей, канал. Ему было интересно всё. Когда картины за стеклом подолгу были однообразными, он смотрел на деда. Хмурый всё время, смотрит только прямо, щурится, иногда причмокивает. Нос большой, но ровный, колючий подбородок от лёгкой небритости. Такой же смуглый, как и Юрка. Руки огромные.
Юрику этот малоразговорчивый, сосредоточенный взрослый дядька казался самым добрым, самым хорошим.
- Если у меня деда такой, то, какая же бабушка? - думал ребёнок. Представлял её себе, как в мультиках или книжках: в белом платочке на голове, завязанном под подбородком, смуглое, морщинистое лицо, длинное платье и белый передник поверх него. Светлые глаза, добрая улыбка, ласковые, тёплые руки.
Юрка не заметил, как уснул под вечер, хотя обещал не спать всю дорогу. До конца! Но поездка Семёна затянулась в этот раз, ночью сломалась машина. Внук сладко спал в тёплой машине, а дед делал своего верного коня. В итоге приехали они не после полуночи, как обещал Семён внуку, а утром к десяти. Семён дико уставший, похожий на безумную сову потому, что глаз не сомкнул больше суток. Внук хоть и поспал хорошо, но смотрел на бабушку точно так же. Совсем она не старая. Платье у неё не длинное, а приталенный халат с пояском, шлёпки красивые, мама Юры в таких только в район ездила, а бабушка Вера с огорода шла.
Короткая стрижка, каштановые волосы, светлая кожа, тёмные глаза, не выражающее ни одной эмоции. Руки в бока и пристальный взгляд на него, на Юру.
Семён сразу пошёл спать, а бабушка разглядывала внука у машины за двором.
- Ну? Знаешь, кто я?
- Бабушка Вера. Асалям... - наклонив голову, он хотел поприветствовать её. - Здравствуйте.
- То-то же! Ты вот эти словечки сразу забудь в этом доме, - указала она на красивые, голубые ворота позади себя. - Пойдём, что ли. Семён сказал, вы сломались?
- Да, я не помогал дедушке ремонтировать, - расстроено оправдывался Юра, - я уснул, а он меня даже не разбудил. Я бы фонарик подержал. Я много что умею, - он шёл за бабушкой во двор. - Мы дяде Имину помогали мотоцикл разбирать.
Какой двор! - озирался по сторонам Юра. Забетонированный, закрыт крышей от солнца и дождя, от соседей закрыт не только высоким забором, но виноградом, вьющимися цветами. Будка для собаки есть, Юра хотел заглянуть в неё, но бабушка сразу сказала:
- Нет там никого! Раньше думали завести, чтобы гавкала хоть одна живая душа во дворе, потом, как-то забыли. Пойдём! Сейчас я тебя накормлю, потом баню истоплю, отмою.
- Я не грязный, - сухими руками Юра протёр свой острый подбородок.
- Кто ж тебе ботинки в такую жару нацепил? - качала головой бабушка Вера. - Неужели другой обуви не нашлось? Я же столько отправляла.
- Мама заставила надеть, - шмыгнул носом Юра.
- Иди сначала умойся и высморкайся, - заметила это бабуля. Она проводила его в ванную. - Вот мыло, - она показала на туалетное, но взглянув на руки мальчика, достала хозяйственное. - Лучше это.
Юра рассматривал ванную в белом и голубом кафеле и слушал бабушку.
- А потом ко мне, на кухню.
- Хорошо, - кивнул он.
Вера цепким взглядом посмотрела на его макушку и виски.
- Нету! - улыбнулся ей Юра.
Боже! - мелькнуло в голове у бабушки, - как же он похож на своего папашу! Такой же лопоухий.
- Кого нет?
- Вшей нету. Мать пока не пускала нас на речку.
- У вас и речка там есть?
- Да, мелкая такая.
- И мама вас одних отпускает?
- Она вообще не отпускает, - краснея, честно отвечал мальчишка. - Мы сами убегаем, а она потом папе жалуется.
- А отец небось лупит потом, как сидоровых коз?
Юрка уставился на бабушку Веру. Он не понял фразу про коз, впервые услышал. И как может папа лупить? Кого? Его или коз?
- Отец бьёт? - выразилась яснее и громче Вера.
Юрка быстро-быстро замотал головой с выпученными глазами.
- Что? Никогда? А, ну да, его же дома совсем не бывает.
- Даха много бывает дома.
- Это что ещё за слово?!
- Отец, - виновато исправился Юра, - даже не кричит на нас.
Вера недоверчиво взглянула на внука и вышла, чтобы уже он привёл себя в порядок. Сильно разнились воспоминания в её голове о маленьком Юре с мальчишкой в ванной. Разговаривает хорошо, без акцента, значит, не опоздали они с Семёном. Худой, прямо до костей, это она его ещё не раздела! На вид вроде здоровый. Цыпки на руках, под ногтями немыто. Пахнет от него молоком или псиной, или всем вместе. А может, просто не мылся давно? Там же никаких условий, - думала Вера, накрывая на стол. Накрывала, как к празднику - всё подряд выставляла. Пусть внук расскажет или покажет что любит покушать, а что не переносит.
А ел Юрка всё! Прямо сметал со стола. Дома поесть не успел нормально, собирался же в дорогу, переволновался. Бутерброды с козьим сыром и зеленью, что положила с собой мать, провалились в его плоское брюхо с вечера, он их даже не почувствовал. А утром дедушка уже не останавливался, даже чтобы достать сумку с припасами из багажника. Голодный был Юра и стесняться не умел своего голода, ел от души и с удовольствием, тем более бабушка не говорила как мама: сначала первое, потом второе. Она просто сидела и смотрела на него, пододвигая ближе тарелки, блюдца и пиалы с разными блюдами.
- Изголодался, - качала она головой. Юра ей поддакивал. - Ну, ешь, ешь! - её рука сама потянулась погладить его по волосам. Она уже почти коснулась его тёмно-русых, прямых как паки волос, но убрала руку. Брезгливо скривилась и убрала. После бани натискает.
Но не натискала. Заставила тереться как следует мочалкой и мылом, потом больно стригла ногти на ногах и руках, по самую кожу на пальцах. Юра жмурился и отворачивался, чтобы не завыть от боли. А потом начала его переодевать, наряжать, как девчонку. То одно заставит надеть, посмотрит, отправляет переодеться. То другое. После третьего комплекта одежды, всё рубашечки в рубчик, шортики узкие и майки белоснежные, Юра надулся и сказал, что не будет носить такое.
- У меня своя одежда есть! Деда проснётся, я заберу из багажника.
- Её надо сначала всю перестирать, прокипятить, а потом уж носить.
Юра, вскинув бровь, смотрел на бабушку. Что это она? Думает, он грязные вещи с собой взял?
- Ладно, не косись на меня. Ходи пока в этом, - махнула на него рукой Вера, когда он был в спортивных штанах и девчачьей майке. Рисунок на майке был яркий, такие только девчонки носят. - Дай деду выспаться, а то сейчас начнётся.
- Что начнётся?
- Знакомые к нему приедут вечером. К нему часто приезжают. Но ты смотри, - бабушка приложила палец к губам. - Никому ни слово.
- А почему не слово? Что они делают?
- Да ничего. Про машины говорят, бензин берут у дедушки твоего. Иди погуляй во дворе, за дом сходи, там огород, теплица. В гараж не заглядывай! И в баню не суйся, там печка ещё горячая. А мне убрать тут надо.
Бабушка Вера поднялась и стала убирать посуду в раковину у окна. И тут у них вода есть, - подумал Юра, наблюдая за ней. Он решил помочь, подать ей грязную посуду. Он маме никогда не помогал дома, а тут захотелось. Хотел показать, насколько он самостоятельный, он всё умеет и только рад помочь. Но бабушка ему не разрешила.
Следующая глава уже опубликована в моём телеграм с рассказами ✍
- Иди во двор, погуляй. Со двора не ходи! - крикнула она ему, когда внук уже вышел на крыльцо.
Скучно было Юре, во дворе ничего интересного. Огород у него и дома есть. Будка для собаки и та пустая, везде бетон, клумбы без единого сорняка, скамейка как для стариков со спинкой. Гараж, но туда нельзя, а там, наверное, самое интересное.
Нет! За двором! Вот где было весело. Детские голоса, лай собак, смех. Сначала один, потом другой. Юрка выглянул в щель между калиткой и воротами: дети небольшими группками возвращались из школы. Мяч! Вон те в футбольной форме, в настоящей! Пинают по очереди мяч на дороге. Один из них кинул, и потом забыл портфель в кустах у дома напротив. Они уходили, а Юрке так хотелось выбежать и крикнуть: портфель забыли!
Он провернул ключ в замке на калитке, выбежал за двор к самой дороге и зычно крикнул вдогонку футболистам:
- Эй вы!
Мальчики остановились, обернулись на него. Он махал им рукой, мол, вернитесь и показывал куда-то в сторону.
- Портфель забыли!
Бросив второй портфель у другого двора, пацаны побежали к новенькому по улице. Одновременно с ними бесшумно появилась и бабушка Вера.
- Я кому сказала, со двора не выходить?! - она схватила и выкрутила ухо Юрке.
- А-а-а-ай! - перекосило его на одну сторону, а пацаны стали смеяться над ним, указывая пальцами. - А ну,-ка быстро во двор!
С первых часов пребывания у бабушки с дедом Юра узнал, что она не добрая - бабушка строгая и её надо слушаться. Иначе... Сидел Юрка во дворе на скамейке со спинкой и держался за ухо, и думал, как опозорился перед местными, над ним теперь будут смеяться всё лето, а ещё ему было больно. Горело ухо, казалось оба, потом пощипывало, а потом он забыл о том, что случилось. Дедушка проснулся и вышел к нему. Вот главный Юркин друг на это лето.
Но дедушку уже ждала машина за двором, потом он закрылся в гараже с незнакомым Юре мужчиной, и бабушка позвала внука в дом, показать, как они живут.
Красиво, богато, мебели, посуды много, телевизор, магнитофон, ковры мягкие и чистые, а значит, никаких кошек тут не было и нет. И не разрешат завести. Одна надежда — на конуру во дворе. На неё Юра и погладывал в окно сквозь накрахмаленный тюль. А потом бабушка показала его комнату. Его! Для него одного.
- Тут выросла твоя мама! - с гордостью заявляла Вера. - Правда, мы многое тут переделали, гобелен повесили, тебе нравится? - спрашивала она у внука, показывая на картину на стене. Юрка пожимал плечами. - Дедушке твоему подарили на юбилей. Ну, располагайся, Семён принесёт твои вещи.
- Я с ним! - пытался вырваться Юра, но бабушка стояла в дверях и не пускала его.
- Ты бы осмотрелся, разложил вещи, а потом на улицу... И... со двора! без моего или дедушкино разрешения ни ногой! Понял? Тут много машин. Это тебе не твой аул.
Тепло было в доме, на улице уже практически лето, но рядом с бабушкой у Юрки кожа покрывалась пупырышками, и волоски поднимались вверх. Разговаривала она с ним, как строгая учительница, как с маленьким, как с дурачком и невеждой.
- Ну, что Юрец! - вошёл к нему дед с сумками. - Я смотрю, уже и в баньке попарился?
Внук быстро взглянул на бабушку. Дедушка тоже на неё посмотрел, но смеясь, кажется, он понял, кто надраил до блеска загорелого внука.
- Ну, чего расселся, пошли! Поможешь мне машину разгрузить.
Юрка с удовольствием выбежал из этой чудесной комнаты, со своим маленьким телевизором, гобеленом на стене и атласным покрывалом на постели. Вот бы дедушка никуда не уезжал и никто к нему не приезжал. Юра сообразил, бабушкины запреты может перекрыть только дед. Всё как у него дома: мужчина в доме главный!
Но уже через два дня Юра понял, что сильно ошибался. Дед у него, конечно, замечательный. Они и щенка сговорились завести.
- Да я сам столько раз хотел, а то как-то пусто во дворе. На заправку подкидывали трижды щенят, но Вера была против. Запаха она не любит, шерсти по двору не хочет, и убирать... Но, если ты, - дедушка взъерошил внуку волосы, - будешь ухаживать за щенком? Привезу тебе с работы, завтра же!
Юра на всё был согласен.
Но на следующий день дедушка не поехал на работу, бабушка попросила его поменяться с кем-нибудь, а им надо в больницу.
- Да зачем?! - психовал Семён.
- Ты его видел?
Юра, сидя в своей чудесной комнатке вполне понимал, о ком они говорят.
- Там и сколиоз, и глисты, и рахит...
- Вера!
- Да, да! Там и с зубами проблемы, с малых лет недоедает.
- Вера! - прикрикнул дедушка.
Юра вздрогнул. И к этому ему надо было привыкать, бабушка с дедушкой могли громко ругаться, прямо орать друг на друга, что для дикого ребёнка из аула было непривычно, особенно когда женщина повышала голос и оскорбляла мужчину, мужа!
Как бы они не спорили, но было так, как скажет бабушка. По крайней мере, такое впечатление сложилось у ребёнка. Утром следующего дня, вместо того... а что ему тут делать? - подумал Юра, сидя перед врачебным кабинетом в очереди, а бабушка с кем-то спорила, что она занимала раньше, просто отходила в регистратуру карточку завести внуку.
Первую неделю на чужбине Юра почти каждый день ездил в город и послушно ходил с бабушкой по врачам, чтобы ему заглядывали в рот, в глаза, в уши, в ж... Играющих детей по своей улице он видел либо через окно дедушкиной машины, либо со стороны, шагая за бабушкой от автобусной остановки домой. И на него смотрели дети, он же новенький. Ему хотелось побежать к ним, познакомиться, попинать мяч, подраться и проучить тех, кто смеялся над ним в первый день, когда бабушка выкрутила ему ухо. Но он отворачивался от ребят и, глядя на бабушкину спину, послушно шёл за ней.
продолжение ___________