Наследство короля и обманутые союзники
Когда в 1783 году в Париже подписывали мирный договор, завершивший Американскую революцию, в зале не было ни одного индейского вождя. Британские джентльмены в напудренных париках и американские республиканцы в строгих сюртуках делили континент, как пирог, совершенно забыв спросить мнения тех, кто на этой земле жил испокон веков. Король Георг III, скрепя сердце, уступил своим бывшим колониям огромную территорию к западу от Аппалачей — так называемую Северо-Западную территорию, плодородные земли вокруг Великих озёр и в долине реки Огайо. Для индейских племён — шауни, майами, делаваров, гуронов, — которые только что сражались за британскую корону, это было сродни удару в спину. «Англия продала индейцев Конгрессу», — с горечью констатировал влиятельный вождь мохоков Джозеф Брант. Вчерашние союзники, обещавшие защиту и вечную дружбу, одним росчерком пера отдали их охотничьи угодья и родные деревни врагу.
Молодые Соединённые Штаты, едва оправившись от войны, были банкротом. Казна пуста, долги огромны, а солдаты требуют жалованья. И тут перед отцами-основателями забрезжила спасительная идея: продать новоприобретённые земли на Западе. Конгресс, недолго думая, объявил, что все индейские земли теперь принадлежат США по «праву завоевания». Земельные спекулянты и безземельные переселенцы, как саранча, ринулись за Аппалачи, скупая участки и основывая поселения. Индейцам же предлагали подписать договоры, по сути, являвшиеся актами о капитуляции. Американские комиссары действовали по принципу «разделяй и властвуй», заключая сделки с отдельными, зачастую не имевшими на то полномочий вождями, а потом объявляли, что договор подписан от имени всего племени.
Индейцы терпели недолго. В 1785 году в форте Детройт, всё ещё находившемся под контролем англичан, вожди крупнейших племён региона создали Западную индейскую конфедерацию. Это был самый амбициозный паниндейский союз в истории Северной Америки. От Великих озёр до Теннесси племена, веками враждовавшие друг с другом, объединились перед лицом общей угрозы. Их позиция была проста и непреклонна: река Огайо является границей между США и индейскими землями, и ни один акр земли к северу от неё не может быть продан без согласия всей Конфедерации. В декабре 1786 года они направили в Конгресс письмо, где вежливо, но твёрдо объявляли все предыдущие договоры недействительными. Американцы это послание проигнорировали. Вместо переговоров они отправили в Кентукки карательные отряды. Генерал Бенджамин Логан в 1786 году разорил несколько деревень шауни, населённых в основном женщинами и детьми, поскольку воины ушли на зимнюю охоту. Жизнь старого вождя Молунты, который ранее подписал с американцами мирный договор, трагически оборвалась от руки одного из ополченцев. Так началась война, которую позже назовут Северо-Западной индейской войной, — жестокая, бескомпромиссная борьба за землю, в которой не было места уступкам.
Необученная армия и унижение генералов
Первые годы войны превратились для молодой американской республики в череду унижений. Армия США в то время представляла собой жалкое зрелище. Отцы-основатели, напуганные примерами европейских монархий, панически боялись «постоянной армии», видя в ней угрозу свободе. Поэтому вооружённые силы состояли из одного-единственного полка — Первого американского, численностью менее тысячи человек. Основную ставку делали на ополчение — милицию, собираемую в каждом штате. Это были фермеры и горожане, которые брались за оружие лишь в случае крайней нужды, не имели ни дисциплины, ни нормальной подготовки.
В 1790 году президент Джордж Вашингтон решил положить конец индейским набегам и отправил на территорию племени майами карательную экспедицию под командованием генерала Джозайи Хармара. Его армия насчитывала около 1450 человек, но лишь 320 из них были регулярными солдатами, остальные — плохо вооружённые и ещё хуже обученные ополченцы из Кентукки и Пенсильвании. Индейская конфедерация, возглавляемая военным вождём шауни Синей Курткой и гениальным стратегом из племени майами по имени Маленькая Черепаха, собрала около тысячи воинов. Они не стали вступать в открытый бой. Они позволили Хармару сжечь их главную деревню Кекионгу, а затем, когда американцы, разделившись на несколько отрядов, прочёсывали окрестности, заманили их в ловушку. В двух ожесточённых стычках индейцы наголову разбили отряды Хармара. Американцы потеряли 183 человека убитыми и пропавшими без вести, индейцы — около 40. Экспедиция, призванная «проучить» индейцев, обернулась позорным бегством и стала «национальным конфузом».
Вашингтон был в ярости. Чтобы смыть позор поражения, на следующий, 1791 год, была организована новая, ещё более масштабная экспедиция. Командовать ей назначили Артура Сент-Клэра, губернатора Северо-Западной территории. Его армия была вдвое больше, чем у Хармара, — около 2300 человек. Но качество войск было ещё ниже. Это были новобранцы, набранные с городских улиц, многие из которых никогда не держали в руках ружья. Поход превратился в ад. Солдаты голодали, болели, дезертировали целыми отрядами. В ночь на 4 ноября 1791 года, когда измученная армия Сент-Клэра разбила лагерь на берегу реки Уобаш, на них обрушился объединённый отряд Маленькой Черепахи и Синей Куртки. Атака была внезапной и идеально скоординированной. Индейцы, стреляя из-за деревьев, в первую очередь выводили из строя офицеров и артиллеристов. Ополченцы, стоявшие в авангарде, бросились бежать, внеся панику в ряды регулярных войск. Беспощадное сражение продолжалось три часа. В итоге американцы были разгромлены полностью. Потери были чудовищными: из 920 человек, принявших бой, 632 были убиты и ещё 264 ранены. Индейцы потеряли всего 21 воина. Поражение Сент-Клэра до сих пор остаётся самой сокрушительной военной катастрофой в истории армии США в процентном соотношении. Молодая республика оказалась на грани краха. Армии у неё больше не было, а победившие индейцы, воодушевлённые успехом и подстрекаемые британцами, были готовы гнать американцев обратно за Аппалачи.
«Бешеный Энтони» и рождение Легиона
Поражение Сент-Клэра повергло Филадельфию, тогдашнюю столицу США, в шок и трепет. Конгресс инициировал первое в истории страны расследование действий исполнительной власти. Сент-Клэр был с позором уволен с военного поста, хотя и сохранил должность губернатора. Президент Вашингтон, столкнувшись с угрозой полного развала страны, понял, что полумерами и ополчением эту войну не выиграть. Нужно было создать новую, профессиональную армию. В марте 1792 года Конгресс, скрепя сердце, одобрил создание Легиона Соединённых Штатов — соединения численностью более 5000 человек. Это была уже не милиция, а полноценная армия, построенная по римскому образцу.
Командовать Легионом Вашингтон назначил генерала Энтони Уэйна, героя Войны за независимость, получившего прозвище «Бешеный Энтони» за свою отчаянную храбрость и буйный нрав. Уэйн был полной противоположностью бездарных Хармара и Сент-Клэра. Он был жёстким, требовательным и не терпящим дилетантства. Он разбил лагерь под Питтсбургом, который назвал Легионвилль, и начал муштровать своих новобранцев. Дисциплина была железной: за малейшую провинность следовало суровое взыскание, а дезертирство каралось без всякой пощады. Уэйн понимал, что индейцы — превосходные бойцы в лесу, и учил своих солдат сражаться по их правилам: действовать в рассыпном строю, использовать укрытия, виртуозно владеть штыком. Он потратил на подготовку больше года, доводя действия легионеров до автоматизма.
Пока Уэйн ковал свой меч, Вашингтон пытался выиграть время с помощью дипломатии. К индейцам отправляли послов с предложениями мира, но Конфедерация, опьянённая победами, была непреклонна: только граница по реке Огайо. В 1793 году состоялась большая мирная конференция, но она закончилась ничем. Индейцы требовали убрать все американские форты и поселения с их земель. Американцы, уже продавшие эти земли, отвечали, что это невозможно. Переговоры зашли в тупик. Британцы, всё ещё занимавшие форты на американской территории и тайно снабжавшие индейцев оружием, подливали масла в огонь. Лорд Дорчестер, губернатор Канады, в феврале 1794 года открыто заявил индейским вождям, что Англия скоро может оказаться в состоянии войны с США и тогда все утраченные земли будут им возвращены. Вдохновлённый этим, лейтенант-губернатор Канады Джон Симко построил новый британский форт Майами в самом сердце индейских земель, на реке Моми. Это был прямой вызов Соединённым Штатам. Война становилась неизбежной. Уэйн получил приказ, которого так долго ждал: наступать.
Битва у поваленных деревьев и запертые ворота
Летом 1794 года «Бешеный Энтони» Уэйн двинул свой Легион в самое сердце индейских земель. Он действовал медленно, методично, как каток. В отличие от своих предшественников, он не разделял силы и уделял огромное внимание разведке и охране конвоев. По пути он строил форты, создавая цепь опорных пунктов. В конце июня индейцы, собрав армию в 1200 воинов, атаковали один из таких форпостов — форт Рекавери, построенный на месте разгрома Сент-Клэра. Но на этот раз их ждал сюрприз. Легионеры Уэйна не побежали. Они встретили атакующих шквальным огнём из ружей и артиллерии и отбили все атаки. Неудача под фортом Рекавери посеяла раздор в стане Конфедерации. Воины из племён оджибве, оттава и потаватоми, составлявшие почти половину армии, обвинили шауни в недостаточной поддержке и ушли домой. Союз начал трещать по швам.
Решающее сражение произошло 20 августа 1794 года. Синяя Куртка и Маленькая Черепаха, под началом которого теперь было не более 1500 воинов, устроили засаду в месте, которое казалось идеальным для обороны. Это был участок леса, где недавний торнадо повалил сотни деревьев, создав естественный и почти непроходимый завал. Это место вошло в историю как Фоллен-Тимберс («поваленные деревья»). Индейцы и их союзники, около 70 канадских ополченцев, переодетых индейцами, залегли среди бурелома, ожидая подхода американцев. Но Уэйн, благодаря своим разведчикам, знал о засаде. Он атаковал немедленно, не дав индейцам опомниться. Легионеры, обученные действовать в лесу, пошли в штыковую атаку. Одновременно с флангов ударила кавалерия. Бой длился чуть больше часа. Индейцы, привыкшие к тому, что американцы паникуют и бегут, были ошеломлены яростным натиском. Их строй был сломлен, и они обратились в бегство.
Разбитые воины бросились к спасительным стенам британского форта Майами, расположенного неподалёку. Они были уверены, что их союзники-англичане откроют ворота и защитят их. Но их ждало последнее, самое горькое разочарование. Майор Уильям Кэмпбелл, комендант форта, приказал держать ворота запертыми. Великобритания в тот момент уже вела переговоры с США (которые завершились подписанием Договора Джея) и не хотела ввязываться в войну из-за своих индейских «союзников». Уэйн подвёл свой Легион к стенам форта и три дня демонстративно разорял индейские деревни и поля на глазах у британского гарнизона. Англичане не сделали ни одного выстрела. Для индейцев это был конец. Их разбили в бою, а те, кому они верили, предали их в самый решающий момент. Конфедерация была сломлена.
Зелёный договор и цена мира
После битвы у поваленных деревьев сопротивление индейцев было сломлено. Голодные, деморализованные и покинутые своими британскими покровителями, вожди Конфедерации были вынуждены пойти на переговоры. Летом 1795 года в форте Гринвилл генерал Уэйн продиктовал им условия мира. Подписанный 3 августа Гринвилльский договор стал финальной точкой в десятилетней войне. Индейцы были вынуждены уступить Соединённым Штатам огромные территории, включая большую часть современного Огайо, и признать суверенитет США над всей Северо-Западной территорией. Взамен они получили единовременную выплату товарами на сумму 20 000 долларов и обещание ежегодных выплат на 9 500 долларов. Это была цена их поражения. В качестве гарантии выполнения договора индейцы отдали десять вождей в заложники.
В том же году США и Великобритания подписали Договор Джея, по которому британцы наконец обязались вывести свои войска из фортов на американской территории. Эпоха британского влияния в регионе закончилась. Для индейцев это означало, что они остались один на один с молодой, агрессивной и жадной до земли республикой. Гринвилльский договор открыл шлюзы для массовой миграции белых поселенцев. Земли, ставшие ареной стольких битв, начали стремительно застраиваться фермами и городами. В 1803 году Огайо стал 17-м штатом США.
Война имела катастрофические последствия для коренного населения. Она разрушила их экономику, подорвала традиционный уклад жизни и привела к потере независимости. Западная конфедерация, некогда грозная сила, распалась. Хотя мир, установленный Гринвилльским договором, продлился более пятнадцати лет, он был лишь передышкой. Конфликт не был разрешён, а лишь отложен. Всего через несколько лет на историческую сцену выйдет новый великий вождь, Текумсе, который предпримет последнюю отчаянную попытку объединить племена и остановить американскую экспансию. Но это будет уже совсем другая история. Северо-Западная индейская война, первая война, которую вели Соединённые Штаты как независимое государство, определила их будущее. Она была выиграна дорогой ценой — ценой тысяч жизней и ценой разрушения целого мира, мира коренных американцев, которые отчаянно сражались за свою землю, но проиграли неумолимому ходу истории.