Юная Вероника влюбилась так, что никого кроме Василия не видела. Она как раз поступила после 8 класса в училище. Василий был постарше, тоже был студентом, только института. Они влюбились друг в друга с первого взгляда. Встречались два года, и произошло то, что произошло: Вероника оказалась беременна, а восемнадцати лет еще не исполнилось. Василий в то время уехал куда-то со стройотрядом, писем не писал, как-то закрутился.
- Рожать что ли собралась? – строго спросила мама. – Он даже не пишет. Сейчас приедет и скажет «прощай», и куда ты пойдешь? Восемнадцати нет, еще учишься. Нам на шею посадишь?
- Мама, надо дождаться Васю, мы вместе решим.
- Кога он приедет, у тебя все сроки пройдут, и уже ничего нельзя будет сделать.
Вероника поддалась на уговоры мамы, и маленькая часть ее была уничтожена.
Василий приехал загорелый, счастливый. Вероника призналась, что сделала, Василий ругался:
- Ты чего? Мы бы поженились, я бы всего добился.
- Вася, ты еще учишься, я не работаю, тоже учусь, как бы мы жили? На чьи деньги?
- Выкрутились. Но да ладно, что сделано, то сделано,
Последствия для Вероники были серьезные: детей она больше никогда не могла иметь. Эти слова стали приговором, холодным душем для нее.:
- Э то я во всем виновата, - рыдала Вероника. – надо было не слушать никого, а теперь никогда не будет у меня малыша. Я сама все испортила в своей жизни.
Вероника рассказала Василию обо всем, тот нахмурился и замолчал, даже не успокаивал, добрых слов не говорил, просто молча переваривал эту новость. По его реакции Вероника поняла, что надо делать.
- Никакой свадьбы не будет, за тебя я замуж не пойду.
Она собрала вещи и уехала к тетке в другой город, запретив родителям говорить кому бы то ни было, где она. Расставание было болезненным, словно рвали живую ткань. Вероника очень переживала, но решение было принято.
Там она устроилась на работу, получила общежитие, тихо жила и работала. Она знала, что через год Василий женился, девушка была славная, хорошая, мужа любила, сына ему родила.
Вернулась Вероника спустя три года после отъезда, приехала в отпуск к родителям, да решила остаться:
- Все успокоились, Василий женат, так что могу жить дома. Все же тут мама и папа, квартира, а там общежитие, все чужие.
Вероника жила по графику: дом- работа- дом. Ни с кем не встречалась, на свидания не ходила. Мама качала головой:
- Все сохнешь по своему Василию.
Но ничего против не говорила, чувствовала вину, что дочке жизнь сломала.
- Родила бы, вырастили, - плакала она, - но уже не вернешь. Что я натворила, испортила дочке жизнь.
Веронике казалось, что она словно оказалась в каком-то застывшем мире после расставания с Василием, не жила, а существовала. Дышала, ходила, ела, работала, даже улыбалась, а внутри было мертвое царство.
Сыну Василия исполнился год. Хорошенький мальчик был копией папы, обожаем бабушкой и всеми родными.
Василий увидел Веронику случайно, издалека, но подходить не стал. Сердце у него болезненно сжалось.
С тех пор у него появился вечерний ритуал. Вечерами, когда его жена и маленький сын уже спали, он тихо выходил из дома и шел к дому Вероники. Он не звонил, не стучал, ничего не говорил, даже не показывался, а просто стоял на улице, в тени деревьев, и смотрел на свет в окнах ее квартиры и представлял: она, возможно, читает книгу или просто сидит у окна, погруженная в свои мысли. Он наблюдал за ее жизнью издалека, она была так близко и так недоступна.
Жена Василия, конечно, узнала об этом, но молчала, делала вид, что все хорошо, что она не видит тоскливый взгляд мужа, его молчание и плохое настроение. Она знала, что он ее не любит, маме тихо жаловалась:
- Пусть не любит, пусть сохнет по той, моей любви на двоих хватит. У нас есть сын, никуда он от меня не денется.
А Василий все четче понимал: или он будет рядом с Вероникой, или он уйдет из жизни.
Было лето, родители Вероники уехали в отпуск, они всегда уезжали в одно и то же время в деревню к бабушке. Она была дома одна.
И тут, ночью, она услышала тихий, но настойчивый стук в дверь, сердце ее испуганно забилось.
- Кто там? – спросила она.
- Вероника, это я, открой, - услышала она такой родной и любимый голос Василия.
Вероника распахнула дверь, на пороге стоял Василий: бледный, какой-то поникший, с чемоданом, словно куда-то уезжал. Он стоял, молча, глядя на неё с выражением, которое она так хорошо помнила – смесь боли, решимости и чего-то ещё, чего она не могла определить.
- Можно я войду? – хрипло спросил он.
Вероника молча отступила, пропуская его внутрь.
Василий вошел, поставил чемодан на пол, закрыл за собой дверь:
-Я к тебе, навсегда. Прогонишь меня, тогда и жить незачем. Не могу я без тебя, совсем не могу.
- У тебя семья.
- Разведусь, буду помогать, но жить так больше не могу.
Вероника шагнула к нему, Василия обнял любимую.
Весть о возвращении Василия к Веронике разнеслась по маленькому городку, как лесной пожар.
Сплетницы вовсю «чесали языками», знакомые любопытствовали, родственники разделились: кто-то встал на сторону Василия и Вероники, кто-то осуждал, там же ребенок. По городу поползли слухи, обрастая всё новыми и новыми подробностями, которые в своей основе были просто грязной клеветой. Веронику поливали грязью, обвиняли в том, что она увела мужа из семьи
Бабки обсуждали:
- Вот точно говорю, нарочно пришла к нему в чем мать родила, а он не устоял.
- Да как же она по городу-то так шла? – удивлялась другая бабушка.
- Так плащик накинула.
- Да что вы несете, - возмутилась третья. – Дома же у него жена и ребенок, как бы она такая к нему пошла.
- Тогда он к ней пришел, в плащике.
- Чушь несете, они встречались чуть ли не с детства. Это его Танька вмешалась в отношения, а не Вероника увела. В общем, сами разберутся. А то сидите, что-то придумываете.
Мать Василия, Ирина Петровна, еще достаточно молодая женщина, узнала об этом от невестки, которая рыдала после ухода мужа, и пришла в ярость. Она помчалась к Василию, чтобы поскандалить, вразумить и отвести Василия к жене, забрать у этой хищницы.
— Это позор! Как ты мог уйти от жены и сына к этой…
- Мама, еще слово, и ты меня больше никогда не увидишь. Я люблю Веронику. Всегда любил, и ты это прекрасно знала и знаешь. И у меня выбор: или жить с ней, или вообще не жить. Что выбрать?
Ирина Петровна как на стенку налетела, поджала губы, повернулась и ушла. Дома она, конечно, возмущалась, но ее муж, отец Василия, резко обрезал:
- А ты зачем с Таней к нему лезла? Ты же видела, что не любит он ее, что одна Вероника на уме. Нет: подпаивала, подкладывала, и чего добилась? Я не вмешивался, но считаю, что Василий прав, выбрал того, к кому сердце лежит. А тут… Есть внук, будем помогать, но неволить сына, чтобы жил с нелюбимой, я не буду и тебе не позволю. Пусть свои решения принимает сам.
Ирина Петровна замолчала, но злобу затаила, Веронику она тихо ненавидела.
Вероника слышала все эти сплетни, но лишь тяжело вздыхала.
- Пусть говорят, но от своего я больше не оступлюсь, слишком плохо мне без него.
В 1984 году они расписались, став официально мужем и женой.
Василий развелся с Татьяной, пережив и бурю слез, и шантаж, и манипуляции с ребенком. Он платил алименты, с сыном общался. Через три года Таня успокоилась и вышла замуж, к досаде свекрови, которая думала, что женщина всю жизнь будет страдать по Василию. Татьяна теперь спокойно отпускала сына и к мужу, и к бабушке. Чаще к бабушке, маме Василия, так как ребенку внушалось, что Вероника плохая и всякое такое. Мальчик рос с внутренним неприятием Вероники, а она и не настаивала на тесных отношениях.
Вероника, несмотря на всю эту враждебность, держалась с удивительным спокойствием. Она не вступала в перепалки, не пыталась оправдываться.
- Я не сделала ничего плохого, не соблазняла Василия, не уводила, он сам ко мне пришел.
Шли годы, свекровь все время нудела, какая Вероника не такая. Тут и время наступил такое, нестабильное, девяностые. Василий нервничал, менял работу, они пытались выжить, а тут еще и мама жужжит под ухо. Василий стал придираться к Веронике, ругаться. А та слушала, и слышала слова свекрови, ее интонацию. Терпеть она долго не стала, собрала вещи, выставила Василия из дома, а сама подала на развод.
- Ну и ладно, - крикнул Василий, - проживу.
Свекровь обрадовалась, к Татьяне сбегала:
- Собирай скорее вещи, Васька от Вероники ушел, она уже и на развод подала.
Татьяна посмотрела на бывшую свекровь как на сумасшедшую:
- Ирина Петровна, зачем мне это? У меня муж, дочь растет от второго брака.
- Так Василий свободен, а у тебя любовь, сойдетесь опять, сын же.
- В прошлом все, я мужа люблю, уходить не собираюсь, да и дочь у меня тоже есть.
— Вот подрастет у тебя сын…
- Уж точно, в личную жизнь сына лезть не буду, а если полюбит кого, приму, потому что это его выбор. И не ходите ко мне больше. Антошку я к вам буду отпускать, но в свою жизнь лезть не позволю.
Ирина Петровна вернулась домой вся разочарованная, а дома муж Василию мозги вправлял:
- И как без жены-то, хорошо?
- Другую найду.
- Уже уходил, понравилось?
- А чего она…
- Так чего она сделала-то?
- Порядка нет, готовит не так, котлеты пережарила, - с каждым обвинением голос Василия становился тише. – Папа, я ду*ак.
- Абсолютный. Маму наслушался? Так она к Таньке побежала, чтобы вас опять свести. У нее же мечта, чтобы вы вместе жили, а внучок под боком был.
- Танька давно замужем.
- Маму не переубедишь, уперлась.
- Что мне делать, папа?
- Взрослый мужик, а как ребенок. Иди, мирись, извинись, и мать не слушай, это твоя жена, ты ее защищать должен, а ты позволил матери в ваши отношения влезть и разрушить их. Или ты разлюбил Веронику?
- Не разлюбил, одна она мне нужна.
- И ты все еще тут?
Не сразу, но они помирились. Суд принял решение о расторжении брака в 1994 году, но в ЗАГС регистрировать развод они не пошли, помирились. Василий купил квартиру, маленькую, однокомнатную, и они переехали подальше ото всех, Ирину Петровну в гости никогда не приглашали.
Жизнь шла своим чередом, Вероника и Василий жили долго и счастливо, но в 2024 году Василия не стало. Возраст взял свое.
Наследство осталось немалое: два стареньких автомобиля, три квартиры. Наследников было трое: Ирина Петровна (мать Василия), сын Антон, и Вероника, жена.
Ирина Петровна отказалась от наследства в пользу Антона. Вероника везде выделила супружескую долю, а в остальном делили по закону.
Антон вышел в суд с иском:
- Прошу исключить Веронику из числа наследников. Они развелись по суду в 1994 году, вот копия решения, я запрос отправлял и получил. Они в разводе. Она не жена. А квартиры приобретались после развода: в 1994, 2000 и 2009 годах. Она ни на что не имеет право. Только в одной квартире у нее половина, которая в 200 году приобретена, они ее пополам приватизировали.
Вероника возражала:
- Я жена Василия и была ею до последнего дня. Мы и приватизировали жилье, как супруги, и во всех документах он до последнего дня указывал меня, как жену.
Суд в иске Антону отказал:
- Брак не расторгнут. Тут действовал старый Кодекс о браке и семье РСФСР, по которому расторжение брака надо было регистрировать в органах ЗАГС, а пока не зарегистрировано, развод считается не состоявшимся.
…На момент расторжения брака между Вероникой и Василием в судебном порядке, брак считался расторгнутым в силу статьи 40 КоБС РСФСР только с момента регистрации развода в органах ЗАГС.
…При этом суд исходил из того, что на дату смерти Василия брак между Василием и Вероникой прекращен не был, в связи с чем спорное имущество приобретено в период брака, Вероника, как пережившая супруга, является наследником первой очереди и имеет право наследования спорного имущества.
Антон злился, оспорил это решение, но жалобы остались без удовлетворения.
- Зачем вам все это? Детей нет, могли бы отказаться.
Вероника хмыкнула:
- А должна прикрыться простынкой и ползти в дом престарелых, чтобы все тебе досталось? Нет, мы с Василием наживали, так что давай, смиряй свой гонор, посчитаем, сколько по деньгам твоя доля, прикинем, какую-то квартиру запишем на тебя при условии отказа от остальных долей. Будем проводить мену.
- Да мне все равно все достанется.
- Не достанется. Свои доли после отца ты унаследовал, а на остальное я сделала завещание на племянницу, она меня и дохаживает. Так что давай, решай, что да как. Ты и так без жилья не останешься, на тебя уже квартира Ирины Петровны переписана.
*Имена взяты произвольно, совпадения событий случайно. Юридическая часть взята из:
Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 06.03.2025 N 88-6322/2025