— Ой, Ирка, какая же ты красивая на этих свадебных фото! — воскликнула Ксения, листая семейный альбом своей коллеги.
— Наша Ирина Владимировна и сейчас ничуть не изменилась, — произнесла Светлана Борисовна и, поджав губы, не преминула язвительно добавить, — на ее ножки заглядываются все без исключения старшеклассники в нашей школе!
Светлана Борисовна крайне неодобрительно относилась к тому, когда кто-то из ее коллег учителей позволял себе надеть юбку чуть выше, чем по щиколотку. А Ирина Владимировна, у которой ноги и впрямь были как у молодой девчонки, изредка позволяла себе носить платья, едва прикрывающие ее красивые коленки.
Гостеприимная хозяйка, что принимала сегодня у себя в квартире своих сослуживиц, так же как и ее коллеги, работала в общеобразовательной школе номер 18 и преподавала там уроки музыки.
Когда-то давно молоденькая Ира мечтала стать известной пианисткой или даже композитором. Ведь в ее голове ноты сами собой складывались в мелодии, никому доселе неизвестные, и Ирина грезила поделиться своим творчеством со всем миром. Но ей не суждено было воплотить собственные грезы в жизнь, и музыка, что рождалась внутри нее, так и осталась звучать только в ее сердце. Так уж вышло, что жизнь Иры была совсем обычной, такой как у многих. Она рано вышла замуж и с тех пор жила заботами о своей семье. Ира никогда ни о чем не жалела. Ей нравилось быть матерью и женой. Она была хорошей хозяйкой, любила свою работу и своих учеников. Вот только в последнее время все чаще ее сердце сжималось от беспричинной тоски, и Ира не могла понять, отчего так происходит.
Тот вечер, когда Ирина пригласила в дом своих коллег, стал переломным в ее жизни и в какой-то степени объяснил эти приступы хандры. Творческие личности всегда предчувствуют беду, что стоит у ворот их дома, вот и Ирина, услышав телефонный звонок, поступивший на ее телефон с незнакомого номера, сжалась в комок еще до того, как взяла трубку.
— Алло, — ответила Ирина немного охрипшим от волнения голосом.
— Добрый вечер! — проговорил в ответ слащавый женский голос. — Давай знакомиться, что ли?
— Простите, а вы кто?
— Я? Я любовница твоего мужа!
— Извините, что вы сказали?
— Что ты все извиняешься? У тебя со слухом проблемы?
Ирина заметила, что ее гостьи все до единой замолчали и, навострив уши, прислушиваются к ее разговору. Первой мыслью ее было отключиться и сказать, будто звонивший ошибся номером. Но что, если та женщина снова начнет названивать?
— Девочки, я сейчас вернусь.
Ира вышла из комнаты и, укрывшись в ванной, спросила:
— Девушка, вы все еще тут?
— А как же! Я звоню тебе по делу, а не просто поболтать.
— По какому делу?
— А разве непонятно? У нас с тобой общая проблема, и решать ее нужно сообща.
— Вы уверены, что вы правильно набрали номер? — задала вопрос Ирина. Внутри нее промелькнула тень надежды на то, что надуманные ею неприятности сейчас же исчезнут как предрассветный сон.
— Я уверена. Давай я сразу тебе все объясню. Мы с Григорием встречаемся уже более полугода. Ситуация эта мне уже порядком поднадоела, и я справедливо полагаю, что и ты не захочешь оставить все как есть. Я права?
— Вы сейчас откуда звоните? — сама не понимая зачем, спросила Ирина.
Женщина на другом конце провода усмехнулась.
— Да. Ты все верно поняла. Твой муж ни в какой не в командировке. Мы с ним в гостиничном номере, проводим время вместе. Гриша отлучился до магазина, у меня закончилось шампанское, вот я и решила воспользоваться моментом и переговорить с тобой.
Сердце Ирины на долю секунды замерло в груди, когда она осознала реальность происходящего. В последнее время Гриша все чаще стал уезжать в командировки на выходные, объясняя это тем, что у них на фирме не хватает сотрудников.
— Эй, ты там? — прозвучал голос соперницы. — Времени у нас немного, Гриша скоро вернется, поэтому давай так. Во-первых, хочу, чтобы ты знала, я настроена серьезно. Если ты решишь, будто у нас с твоим мужем обычная интрижка, которую можно будет простить и пережить, то это не так! Я сразу поняла то, что мы с Гришей созданы друг для друга. Я всю жизнь ждала такого, как он, и ни за что не упущу своего счастья.
Слушая эти слова, Ирина почувствовала легкое головокружение и ухватилась за край ванны. В тот же момент из-за двери донесся голос одной из ее сослуживиц.
— Ира, у тебя там все хорошо? Мы немного волнуемся.
— Да-да. Простите, я сейчас выйду, — ответила Ирина, продолжая прижимать к уху телефон.
— Слушай, давай завтра созвонимся, ладно? — неожиданно изменившимся тоном проговорила ее собеседница, после чего в трубке послышались короткие гудки.
Еще несколько секунд Ирина продолжала слушать бесконечный противный писк, доносившийся из телефонной трубки. Потом она машинально поднялась и открыла дверь ванной комнаты.
— Ты чего? Что случилось? — набросились на нее коллеги.
— Ничего. Все в порядке. Просто немного кружится голова. Устала, наверное, — принялась оправдываться Ира.
— Ты действительно очень бледная. А кто тебе звонил? — спросила Наталья Леонидовна, преподаватель английского.
— Двоюродная сестра Гриши. У нее неприятности, — на ходу выдумала Ирина.
Врать она не любила, и поэтому получалось это у нее из рук вон плохо. Ирина тут же покраснела и опустила в пол глаза.
— Давайте уже по домам, девушки, — проговорила Светлана Борисовна. — Хотя завтра и выходной, но после нашей работы, чем дольше отдыхаешь, тем целее нервы.
После того как Ирина закрыла за гостями дверь, первой ее мыслью было связаться с мужем и выяснить, что бы мог означать тот звонок? Но сил у нее совсем не осталось даже на то, чтобы по своему обыкновению написать сообщения детям. Поинтересоваться у сына Никиты, во сколько он планирует вернуться сегодня домой, а у дочери Кати, что жила и училась в столице, спросить, как прошел ее день. Вместо всего этого Ирина легла в постель и мгновенно заснула.
Ей снилось, как она шла по проселочной дороге. На ногах у нее были белые босоножки, и Ира наблюдала за тем, как светлые кожаные ремешки на них покрываются песчаной пылью. Она проснулась с мыслью о том, что Гриша будет недоволен тем, что она так испачкала новую обувь. Вспомнив о муже, Ирина припомнила и вчерашний телефонный разговор с незнакомкой, которая, кстати говоря, так и не представилась. Ира зажмурилась. Хотелось сбежать от реальности обратно на ту пыльную дорогу. «Надо было снять те дурацкие босоножки!» — не к месту подумала она.
Только спустя два часа, окончив все привычные утренние дела, Ирина решилась написать мужу.
— Как у тебя дела? Как проходит командировка? — спросила Ира в своем сообщении.
Ответ пришел на удивление быстро.
— Все нормально. Сегодня вечером выезжаю назад. Приеду рано, часов в семь утра, приготовь завтрак, если не сложно, — обыденным тоном ответил муж.
Ира потрясла головой. «А может, мне все это приснилось?» — промелькнуло у нее в голове.
Как бы желая опровергнуть эту успокоительную мысль, следом за сообщением Гриши пришло послание от Ксюши, самой молоденькой из коллег Ирины, с которой у них с того момента, как Ксения пришла работать в школу, сложились приятельские отношения.
— Ира, у тебя все хорошо? — писала Ксения.
— Пока не знаю, Ксюш, — честно ответила Ирина. — Давай попозже я тебя наберу, ладно?
— Ок, — пришел короткий ответ.
Ирина потерла виски. Затем открыла список недавних звонков и, лишь на долю секунды испытав сомнение, написала вчерашнему абоненту такое сообщение: «Свяжитесь со мной, когда у вас будет возможность».
Ответа пришлось ждать довольно долго, почти полдня. За это время Ирина успела несколько раз изменить свое мнение о вчерашнем инциденте. Иногда ей казалось, будто все это глупый розыгрыш или чья-то попытка отомстить за что-либо. Потом Ирина принималась размышлять обо всем случившемся со всей серьезностью, и тогда ее била мелкая дрожь. Как бы ей не хотелось признавать это, но женщина уже осознавала — она и раньше предполагала нечто подобное. Беспокойство, что поселилось внутри нее в последнее время, было не безосновательным. Все те неуловимые мелочи в поведении ее мужа теперь казались очевидными фактами, указывающими на его измену. Гриша никогда не умел проявлять свои чувства, и за годы семейной жизни Ирина уже успела привыкнуть к некоторой его холодности. Но в последние месяцы от мужа прямо-таки веяло ледяным безразличием. Любая попытка Иры поговорить с ним о чем-либо, например, проявить интерес к его делам или рассказать о чем-то своем, тут же натыкалась на насупленный взор Григория. Потому-то Ирина и не лезла к мужу ни с разговорами, ни с ласками. Вообще старалась не трогать его. Однако ей казалось, что Гриша просто устал от жизни, что часто случается с мужчинами в его возрасте. Теперь же перед лицом Ирины было совершенно иное объяснение его угрюмому настроению. Гриша устал не от жизни. Он устал от нее! От своей жены и от всего, что их связывало.
Как это часто бывает в те моменты, когда человек останавливается на распутье собственной судьбы, он начинает переосмысливать всю свою жизнь, все то, что происходило с ним ранее. Вот и Ирина оставшееся время до приезда мужа провела, копаясь в своем прошлом и в самой себе. Чаще всего ей казалось, будто она все делала неправильно. Недостаточно сил приложила для того, чтобы муж видел только ее и не замечал других. Дойдя в этих суждениях до точки, Ира неожиданно для самой себя воскликнула: «Стоп!». Все она делала так! Так как нужно! Она отдавала своей семье всю себя без остатка. Никогда ни на что не жаловалась и ничего не просила. Даже в те времена, когда Гриша почти два года не мог найти себе работу, и она была единственным кормильцем в семье. Муж, впавший в депрессию и проводивший все свое время на диване перед телевизором, не услышал ни одной жалобы от своей жены. И ни одного упрека в свой адрес. А ведь Ирине тогда было всего тридцать лет. Ей хотелось и выглядеть так, чтобы не было стыдно появиться в стенах школы, где она работала. Ей хотелось бы отправить дочку вместе с классом на экскурсию в Санкт-Петербург, куда Катя мечтала поехать. И купить сыну новый телефон, о котором он говорил целыми днями. Но вместо жалоб Ирина вечерами мыла полы в офисном здании напротив дома, потому что там платили очень хорошо. А в выходные дни занималась репетиторством, обучая соседского мальчика игре на фортепиано, приобретенном его родителями для своего отпрыска. О собственном инструменте, что, вероятно, позволило бы Ирине брать и других учеников, она могла только мечтать.
Переосмысливая свою семейную жизнь, женщине припомнилось и то, как когда их дети были маленькими и болели, муж всякий раз на это время перебирался к своей матери. Чтобы высыпаться по ночам — как объяснял свои действия Гриша. Затем, словно удар под дых, Ирине явилось еще одно откровение. Полгода назад от сердечного приступа скоропостижно скончался ее отец. Ира тогда очень нуждалась в поддержке мужа! Еще и потому, что за два года до этого она потеряла и свою маму. Но Ирина не только не получила должного сочувствия от своего мужа. Гриша вовсе не смог присутствовать на похоронах, уехав в срочную командировку.
А что, если командировки лишь предлог для встреч с любовницей, то, что же это получается? Ира впервые после того звонка расплакалась, и именно в этот момент ей на телефон поступило новое сообщение с того же номера, что звонил накануне. На этот раз предполагаемая любовница Гриши представилась, назвавшись Лизой, и предложила встретиться, не указав, однако, ни места, ни времени. Сказала, что позже еще раз свяжется с Ириной. Ира в ответ согласилась на все ее условия. Она еще не понимала, что ожидает ее впереди и как сложится разговор с самим виновником переполоха. Но и прятать голову в песок, особенно в случае, если Гриша начнет все отрицать, не имело никакого смысла. И потом, Ире было чуточку любопытно узнать, как выглядит эта женщина, по утверждениям которой Гриша уже целых полгода изменяет Ирине с ней.
На следующее утро Ирина поднялась в пять тридцать утра, чтобы приготовить завтрак мужу. Оладьи на кефире, как он любил, и яйца с беконом. Стрелки на циферблате часов приблизились к семи тридцати, когда Гриша, наконец, вошел в квартиру, открыв дверь своим ключом.
— Вроде бы выходной, а в городе пробки, — недовольно проворчал он, скидывая ботинки. Бросив беглый взгляд на жену, Гриша спросил, — завтрак готов?
Ирина кивнула и тихим голосом проговорила:
— Я бы хотела поговорить с тобой кое о чем.
— Подожди с разговорами. Я страшно голодный!
После завтрака Гриша ушел в ванную и долгое время не выходил оттуда, так что Ирина уже успела сотню раз мысленно прокрутить в голове предстоящий разговор.
— Ну что ты там хотела? — недовольно спросил Григорий, появившись в кухонном проеме.
Мгновенно позабыв все заготовленные фразы, Ирина выпалила:
— Я знаю про твою Лизу.
Гриша на несколько секунд замер с мокрым полотенцем в руках. Невозможно было догадаться, что именно он почувствовал в тот момент. На его лице не дрогнул ни один мускул, и взгляд оставался таким же равнодушным, как и прежде.
— И давно ты знаешь? — спросил он, бросив полотенце на стул.
— Недавно, — немного охрипшим голосом произнесла Ирина и, прочистив горло, пояснила, — вчера она сама мне позвонила.
— Сучка! — покачав головой и улыбнувшись при этом собственным мыслям, произнес Григорий. — Ладно. Она права. Лиза, я имею в виду. Так влюбилась, что не мыслит жизни без меня. Имей в виду, просить прощения я не стану. Взрослые люди, решим все по-взрослому.
— Что решим?
— Разве не ясно? Наш брак давным-давно изжил себя. Мне с тобой даже поговорить не о чем, не говоря уже о том, чтобы… В общем, не хотелось бы объяснять тебе то, что и без того понятно. Нам с тобой уже немало лет, и жить, мучая друг друга, я не вижу никакого смысла. Не знаю, как тебе, а мне бы хотелось провести остаток жизни более приятным образом.
Земля ушла из-под ног Ирины еще в тот момент, когда ее муж не стал ничего отрицать. Сейчас же женщина силилась не упасть в обморок прямо перед лицом своего внезапно ставшего чужим супруга.
— Только давай без истерик, хорошо? — проговорил Гриша, вероятно, разглядев на лице Ирины часть тех эмоций, что она сейчас испытывала.
— Постараюсь, — выдавила из себя Ира и поспешно вышла из кухни.
Женщине страшно не хотелось, чтобы муж стал свидетелем рыданий, душивших ее.
Ира заперлась в ванной и, включив воду, принялась изо всех сил тереть лицо руками. Происходящее казалось кошмарным сном, от которого она никак не могла проснуться. Они с мужем прожили вместе более двадцати лет, и Ирина никак не могла воспринять то, что он сейчас с такой легкостью говорит подобные вещи! А что скажут дети?! Как им вообще рассказать обо всем?! Губы Ирины задрожали, из горла вырвался тяжелый всхлип.
— Ира, ты там чего удумала? — раздался за дверью голос Григория.
«Не дождешься!» — со злостью подумала Ирина и открыла дверь. Слезы на ее глазах почему-то моментально высохли. Женщина посмотрела в глаза изменнику и усмехнулась.
— Чего? Чему ты улыбаешься? — удивленно спросил муж Ирины.
— Радуюсь за тебя! Совет вам да любовь, живите счастливо!
Ирина покинула свое убежище и, пройдя мимо ошарашенного мужа, вернулась на кухню. Там она как ни в чем не бывало, плеснула в свою чашку кофе и удалилась в спальню. Собственное спокойствие немало удивляло и Ирину, но ей не хотелось думать об этом. Вообще не хотелось ни о чем думать. Разум сам собой переключился в режим отрешенности, и Ира решила прогуляться.
Уже у самой двери, когда Ирина, проигнорировав вопрос мужа о том, куда она идет, накинула пальто, ей позвонила ее коллега Ксения и сообщила ужасную весть. У одного из учеников их школы, к которому Ирина Владимировна всегда крайне хорошо относилась, в автокатастрофе погибли родители.
Смерть, даже не таких уж близких человеку людей, всегда вызывает внутри него самую горькую печаль. Собственные проблемы на фоне смерти кажутся уже совершенно ничего не стоящими. Так и Ира тут же позабыла обо всем, что у нее самой происходило в жизни, и сломя голову, помчалась по адресу, где проживал несчастный осиротевший мальчик. Она и сама не понимала, куда и, зачем едет. Не размышляла Ирина и том, чем сможет помочь Арсению, как звали одного из ее любимых учеников, потерявшего сразу обоих родителей, в его беде. Но провидение уже крепко ухватило Иру за ее хрупкое запястье и повело вперед, навстречу совершенно новой жизни…
Юферева С.