В Туле туман — редкое явление. За год у нас обычно набегает один-два туманных утра в августе и пара в ноябре — когда тает свежевыпавший снег и воздух напитывается сыростью. Поэтому, как только в прогнозе вспыхивает заветное «туман», я откладываю все дела, беру фотоаппарат и ухожу гулять по городу.
В такую ночь город становится мягким и тихим. Фонари на набережной расплываются в туман, каменная кладка кремлёвских стен темнеет и будто дышит, а вода кругом превращается в идеальное зеркало: стоит присесть пониже — и башни с деревьями складываются в отражении в ещё одну, перевёрнутую Тулу.
В голове само собой заводится: «видели ночь, гуляли всю ночь до утра». Когда я был помоложе, это считалось нормой — гулять всю ночь с друзьями, под бесконечные разговоры до рассвета. Теперь у всех появились «дела», и такие прогулки я совершаю один.
И, честно говоря, в тумане одиночество не давит: город глушит звуки, становится камерным, почти личным.
У кремля туман работает театральным светом. Башни растворяются выше карниза, а фонари рисуют лучи, как софиты. У Вечного огня — свой цвет: огонь даёт тёплую подсветку, и монумент словно отлит из янтаря.
Колокольня собора то проступает из молока, то снова прячется; в арках висит холодный свет, а на мокрых листьях мерцают блики.
Музей оружия в тумане — почти инопланетная станция: светятся арки, купол растворён, а напротив — чёткий силуэт Никиты Демидова.
«Памятник Тещё» на перекрёстке блестит железным боком, а мимо тянутся световые хвосты первых автобусов.
Самое интересное — момент, когда пустой город просыпается. Сначала где-то внизу набережной шаркает первый автобус — туман вобрал звук и вернул глухим басом.
Потом светлеет небо: синее становится молочным, гаснет подсветка зданий, выключаются фонари. После этого фотоаппарат можно убирать в сумку: спектакль закончился, декорации разобрали.
Остаётся финальный ритуал. Иду за утренним кофе и шаурмой в палатку автовокзала. Становлюсь на краю площади, прихлёбываю кофе, закусываю шаурмой и смотрю, как солнце прорывается сквозь остатки тумана. Город окончательно просыпается и возвращается в дневной режим. А я — домой, отбирать кадры и ждать следующего редкого тульского тумана.
Больше фотографий Ильи Гарбузова смотрите по ссылке.