История знает слишком много примеров, когда лёгкомысленное отношение к сигналам Пхеньяна заканчивалось куда более громкими последствиями, чем хотелось бы в Сеуле или Вашингтоне.
19 августа южнокорейская армия решила сыграть в опасную игру: более десяти раз открыла предупредительный огонь из крупнокалиберного пулемёта в сторону военнослужащих КНДР. Те занимались, прямо скажем, куда более прозаическим делом: строили заграждения у южной пограничной линии. Не наступали, не устраивали демонстраций силы, а возводили то, что Пхеньян называет «вечными укреплениями» — символом окончательного разделения и гарантией, что внезапная эскалация не превратит границу в проходной двор.
Самое любопытное, что ещё задолго до этого армия КНДР дважды официально уведомляла американских военных, контролирующих южнокорейские силы, о строительных работах — 25 июня и 18 июля. Американская сторона, в свою очередь, по дипломатическому обыкновению, кивнула, заявив, что приняла информацию к сведению. Даже отметила, что всё это «разумные меры по снижению напряжённости». Казалось бы, идеальная формула: мы строим на своей земле, вы спокойно наблюдаете. Но нет — спустя месяц Сеул решил сыграть в мускулы.
Пулемётные очереди, радиопомехи, угрозы из громкоговорителей — всё это больше напоминает подростковую демонстрацию силы, чем поведение армии, якобы стремящейся к миру. Причём масштабы «шоу» только растут: если раньше пропагандистское вещание звучало с пары постов, то теперь его слышат уже целые дивизии — 3-я, 6-я, 15-я и 28-я. Содержание этих речёвок предсказуемо: «будем стрелять», — пишет ЦТАК.
Возникает вопрос: зачем Сеул столь настойчиво дразнит соседа, прекрасно понимая, что тот на угрозы отвечает не словами, а делами? Тем более что всё это происходит параллельно с крупными совместными учениями США и РК, которые Пхеньян рассматривает как прямую репетицию вторжения. Получается двойная провокация: сначала имитация войны, потом реальные выстрелы по строителям.
Справедливости ради, КНДР никогда не скрывала, что её политика на южной границе проста до банальности: чем выше забор, тем меньше соблазнов у соседа проверить его на прочность. Заграждения — это не угроза, а страховка. Но Сеул предпочитает интерпретировать их как вызов, удобный предлог для новых демонстраций силы.
В этой истории ирония заключается в том, что Пхеньян действовал максимально открыто: предупредил, согласовал, показал добрую волю. Американские хозяева кивнули. Но Сеул сделал вид, что не слышал. Зато выстрелы раздались отчётливо — и именно они едва не сорвали шаткий баланс у границы.
Сегодня Корейская Народная Армия в очередной раз напоминает: если юг продолжит воспринимать каждую строительную инициативу как предлог для стрельбы, то вся ответственность за последствия ляжет на плечи тех, кто первым нажал на спусковой крючок. И здесь стоит вспомнить старую восточную мудрость: если кореец сказал «не подходи», лучше не проверять, насколько серьёзен его тон.
Теперь вопрос к вам, читатели: как думаете — это Сеул просто играет в политический театр под американским зонтиком или же действительно готов рискнуть, проверяя предел терпения соседа?