- Нашел…
Христенко, судорожно кусая нижнюю губу, уставился на монитор.
На мониторе с размеренным жужжанием мигало алое пятнышко. Вокруг него сгущалась бескрайняя, слегка испещренная туманностями и галактиками тьма, обозначающая бездонные космические пространства. По бокам экрана роились столбиком цифры координат.
Несмотря на то, что Христенко произнес заветное слово почти одними губами, его услышали все. Несколько десятков ученых в миг затихли, глядя на него.
Путаясь в полах казенного халата, снося бумаги со столов коллег, через весь зал к нему прорывался начальник исследовательской группы Моисеев.
- Все точно? Это оно… эмм… Он? – Моисеев замер перед монитором в той же позе, что и Христенко. Не мигая, они оба смотрели на ритмично мерцающую на звёздной карте точку.
- Ошибки быть не может, - дрожащим голосом, будто не веря самому себе, сказал Христенко. – Алгоритм проверен сотни… тысячи раз!... Ручная и автоматизированная верификация… Несколько экспертиз… Независимые «слепые» проверки... Расчет корректен… Это Он!
- Выведи на центральный монитор! – скомандовал Моисеев. Гигантский во всю стену экран с картой космоса ожил – в середине его расцвел мерно пульсирующий аленький цветочек.
После долгой паузы Моисеев обернулся ко всем присутствующим.
- Друзья! – он запнулся в начале речи, пытаясь согнать воедино разбежавшиеся мысли. Несколько десятков пар глаз напряженно смотрели, глядя то на двух коллег у подножия центрального монитора, то на мерно вибрирующую алую метку посреди карты космического пространства.
- Друзья! Мне трудно подобрать слова, подходящие для этого момента… И хотя протокол требует от нас итоговой формальной верификации, я уже сейчас со всей ответственностью могу сказать, что мы сделали это… Мы нашли Его!
На слове «Его» голос Моисеева дрогнул, словно он засомневался, как уместнее назвать обнаруженное.
Но все поняли.
Зал взорвался аплодисментами и радостными криками. Десятки людей в белых халатах восторженно закричали, обнимая и благодаря друг друга.
***
Всеобщее ликование прервал звонок.
Коммуникатор, стилизованный под архаичный докосмической эпохи проводной телефон, стоящий на столе Моисеева, дребезжащим сигналом заставил ученных умолкнуть.
- Кхе, - хмыкнул начальник исследовательской группы, возвращаясь к своему столу. – Эти уже пронюхали… Шустрые, однако…
Моисеев поднял трубку одной рукой, другой рукой, повинуясь древнему инстинкту, стараясь распутать завитый в причудливую ломкую спираль провод, соединяющий изогнутую старомодную трубку с корпусом телефона.
- Моисеев. Слушаю.
На другом конце провода что-то несколько раз неприятно треснуло-щелкнуло, заставив поморщиться Моисеева. Будто что-то большое и грузное прорывалось сквозь таежный бурелом, чтобы дать ему ценные указания по этому телефону.
- Командующий 44-космической армией, генерал-полковник Царев, - голос доносился издалека, из чего Моисееву стало сразу понятно, что он на громкой связи и на той стороне еще множество непростых людей.
- Сергей Борисович, от лица штаба Главного центра разведки межгалактической обстановки, от всей нашей Державы и от себя лично хочу поблагодарить Вас и Ваших подопечных за выполнение поставленной задачи!
- Спасибо! Но результат предварительный. Мы сейчас проверяем…
- Сергей Борисович! Штаб не сомневается в бесспорном профессиональном уровне Вашей команды и в достигнутых результатах. У нас, к сожалению, не остается времени на формальности. Информация о Вашем открытии с минуты на минуту уже окажется в общем доступе. А затем – и у врагов нашей Державы!
- Это исключено! Все каналы защищены!
- Тем не менее! Штаб оценивает приоритетность Вашего открытия для вражеских разведок как высочайшую. За Вашей работой, Сергей Борисович, наблюдал весь мир! К вечеру текущего дня каждый гражданский в этом секторе вселенной будет знать о том, что Бог найден!
***
Генерал-полковник драматически прервался, мастерски позволяя Моисееву ощутить значимость момента.
- Мы предпочитаем несколько иной термин для нашей «находки»…
- Оставьте терминологию Вашим коллегам по академическому ремеслу. Мы тут в штабе беспокоимся о выживании человечества! Вы ведь понимаете, Сергей Борисович, чем это грозит всем нам? Нашей Державе?!
Моисеев не понимал.
- Через несколько часов все вражеские флотилии отправятся туда. Кто знает, что у них на уме! Поэтому мы обязаны их опередить.
- Если позволите, то мы не можем точно сказать, что произойдет в случае если кто-то физически окажется в той точке космического пространства… Мы лишь обнаружили ее, но то, что происходит там, абсолютно неизвестно.
- Вот и выясним! Сергей Борисович, помимо поздравлений, высшим руководством нашей Державы поручено мне довести до экипажа НИИ «Рассвет» приказ о необходимости срочной подготовки станции для полета к Богу!
Формулировка так себе, подумал Моисеев.
Распалившийся Царев продолжал чеканить распоряжения.
- На уточнение координат отведено полчаса с момента окончания данного сеанса связи. В течение часа члены штаба, руководство Державы, а также представители союзных и дружественных государственных и негосударственных образований прибудут на станцию для последующего отправления к Богу.
Моисеев снова поморщился, заслушивая приказ.
- В течение двух часов указанная делегация направится в обнаруженную точку космического пространства с целью упреждения возможных действий возможного противника. Сергей Борисович, прошу подтвердить получение настоящего приказа.
- Подтверждаю, - вздохнул Моисеев.
- Отлично! Тогда до встречи через час! Мы уже в пути, сынок! С Богом!
***
Моисеев положил неудобную трубку в пружинистые пазы. Витой провод так и не удалось распутать.
- Ну что там? – Христенко нарушил нависшую в зале тишину.
- Военные. Уже прознали все. Летят сюда. Вместе с высшей государственной элитой. Будут через час. А через два летим туда…
Ученные ахнули. По залу пошел ропот. Дескать, как так, что там делать, мы ж еще ничего не знаем об этом месте и не проще ли направить туда зонды…
- Это приказ, друзья. Не обсуждается. Так что решено. Поэтому давайте попробуем завершить формальную верификацию, максимально прозондировать тот сектор. Ну и прибраться на станции. летим к Богу через два часа.
***
Царев оказался прав.
Стоило включить трансляторы, как со всех щелей понеслось...
Информационные каналы всего обитаемого космоса разрывались от новостей о революционном открытии ученых НИИ «Рассвет».
«Бог снова жив!», - наперебой голосили информационные площадки. Новостные ленты взахлеб обсасывали новость. Экстренные выпуски новостей на тысяче языков спешили донести до сведения человечества сенсацию. Раздобытые каким-то неимоверным образом и, надо сказать, не самые удачные фото Моисеева и Христенко маячили в каждом втором новостном выпуске.
«Все позволено и теперь?» - вопрошали заголовки, модифицируя форму, но не суть давнего вопроса, стоящего перед человечеством еще с докосмических времен. Степенные философы в прямом эфире ринулись отвечать на него, пытаясь с новыми силами срастить лексически физику с метафизикой в свете вновь открывшихся обстоятельств.
«Шах и мат, атеисты!», - вещали с диванов межгалактических ток-шоу и подкастов приглашенные эксперты. В нескольких студиях даже дошло до рукоприкладства между представителями различных конфессий – вопросы корректного богословского толкования свершившегося научного факта, а также очередности очной встречи с объектом поклонения стали крайне животрепещущими.
Отдельные области обитаемой вселенной заволновались; кто-то пытался отрицать открытие; конкурирующие исследовательские группы предлагали не спешить с выводами и дождаться официальной информации.
«Важно, чтобы Бог не попал в руки врагов!» - твердили с экранов люди в погонах, накручивая патриотически настроенную аудиторию отборной государственной пропагандой. Военные даже из Бога пытаются смастерить оружие либо не позволить сделать это даже условному противнику.
«Завтра не надо идти в офис?» - неловко улыбаясь, отвечали на вопросы журналистов случайные уличные респонденты. Для них обнаруженный Бог был лишь очередным инфоповодом в одном ряду между матчем любимой команды и публичным разводом раздражающих всех селебрити.
Моисеев и Христенко курили у панорамного окна обзорного модуля, глядя на швартующиеся к станции многочисленные корабли. Парящие вокруг ученых дроны мгновенно впитывали табачный дым, не давая ему распространиться и превратить кого-либо из снующего вокруг персонала в пассивного курильщика, которые, как водится, страдают сильнее тех, кто сделал добровольный выбор в пользу саморазрушения.
Бесчисленные звездолеты, челноки, корабли наводнили пространство вокруг транс-космического научно-исследовательского института-станции «Рассвет», ожидая своей очереди на швартовку. Администрация станции уже поспешила в модуль официальных делегаций жать руки высшему руководству Державы, дружественных галактических сил, человеческих и нескольких нечеловеческих, государственных и не вполне государственных образований.
- Не пойдешь встречать начальство? – стряхивая пепел с старомодной бумажной сигареты, спросил Христенко Моисеева. Дрон плавно сманеврировал и перехватил падающий табачный прах в полете, не давая ему осесть на пол.
- Успеется… Там и так хватает встречающих, - пожал плечами Моисеев. – Да и к тому же не я виновник торжества, а ты.
- Да брось ты, - скромно отмахнулся Христенко.
- Я ведь без иронии. Именно Формула Христенко позволила человечеству саккумулировать и обработать многовековой массив знаний о веществе и поле, о пространстве и времени, о видах материи и гипотетических частицах, названия которым еще предстоит придумать. И все это собрать в безупречном математическом алгоритме, который и навел нас на «пуповину» Вселенной, на ее гравитационный и логический источник, ее точку отсчета. На то, что верующие называют Богом…
- Я просто выполнял свою работу…
- Ага-ага, очень смешно, - усмехнулся Моисеев. - Не скромничай. Вся наша группа лишь доводила до ума твой код. И вообще без денег от военных, так бы и сидели с тобой до сих пор на задворках Академии… Я вот только до сих пор не пойму – зачем эти исследования служивым?..
Космические суда все прибывали. Сигнальных маяков нарастающей вокруг станции флотилии стало настолько много, что в обзорном модуле было светло, как будто поблизости горел сверхгигант.
- Ты какой-то напряженный, расслабься. – Моисеев похлопал Христенко по плечу.
- Да не… Просто как будто бы, мы что-то упустили… Не надо нам спешить Туда.
- Согласен, но рано или поздно все Там будем. И коль представился шанс взглянуть на Него одним глазком еще при жизни, чего б не воспользоваться… Да и какой у нас выбор?
Вопрос повис в воздухе, который усилиями шуршащих дронов никак не успевал пропитаться ни сигаретным дымом, ни чем-либо еще.
За стайкой звездолетов, снующих перед пирсами станции-песчинки, космос закручивался в завораживающую поблескивающую бездну. Так до конца и не познанная песнь изначального творения неслышимыми вибрациями пробирала две замершие души, увлекая и гипнотизируя их своим неохватным величием. Хрупкие оболочки человеческого рацио легко поддавались этой беззвучной песне и таяли с каждым мигом тишины, засасывая и растворяя…
…Два человека так долго вглядывались в сердце этой безбрежности, что им начало чудиться, что где-то в манящей темной глубине ритмично подмигивает алый огонек…
- Координаты проверили? – хрипло нарушил тишину Моисеев.
- Ага. Все точно. Уже разослали флоту сопровождения…
- Что ж, - встряхнулся Моисеев, глянув на наручный коммуникатор. – Начальники собрались, просят нас. Идем. Пора отправляться к Нему.
***
Перед внушительными дверями зала торжественных приемов, ожидая допуска к начальственным телам, Христенко замешкался.
- Если вдруг Там… Если можно будет говорить с Ним, ты бы что сказал? – спросил он товарища.
Моисеев задумался.
- Даже не знаю… Думаешь, надо Ему что-то говорить? Он же вроде наперед знает все высказанное и невысказанное. Как думаешь?
Христенко помолчал.
- А я б извинился, наверное…
***
В этом модуле собралась толпа высших иерархов обитаемого космоса. Чиновники и монархи, генералы и диктаторы, актеры и писатели, ученые и главы корпораций – все собрались на «Рассвете» в порыве демонстрации официального приобщения к историческому событию и подспудного желания, по возможности, лично засвидетельствовать свое почтение кому положено.
Играла музыка. Дроны-официанты порхали между гостями с подносами, на которых искрилось янтарем шампанское.
Как только Моисеев и Христенко вошли в зал, в нем воцарилась тишина. Все обернулись на вошедших, и через секунду вместительный праздничный модуль наполнился до краев аплодисментами.
К капитанскому мостику было не протолкнуться, но перед двумя учеными, даже не сменившими рабочих халатов, расступились все высшие чины галактики. Словно две суперзвезды они прошествовали через разомкнувшуюся торжествующую VIP-толпу.
У мостика тяжеловесно сгруппировались наиболее солидно выглядящие люди в мундирах и костюмах. По сторонам они смотрели улыбаясь, ощупывая пространство холодными и темными взглядами. Один из них, пожилой военный с иссохшимся от груза лет и пережитого лицом, сделал шаг на встречу и по-отчески обнял за плечи поочередно и Моисеева, и Христенко, сопровождая объятия активными рукопожатиями.
- Сынок!... Сынок!... – тряс он за ладони ученых и хлопал по плечам.
По голосу Моисеев понял, что это Царев.
- Здравствуйте, - скромно отвечали ученые.За Царевым к ним подходили все собравшиеся у мостика персоны, периодически отточенными жестами предлагая им обернуться на густо парящие вокруг мостика PR-дроны для фото.
- Ну что ж, - положил на плечи ученым широкие ладони улыбающийся высокий мужчина, буквально физически излучающий волны абсолютного административного всевластия. Все остальные присутствующие остались на почтительном расстоянии от него.
Глава Державы.
Человек, лишь слегка уступающий могуществом Тому, кто был обретен лишь несколько часов назад после тысячелетий поисков.
Музыка стихла. Толпа смотрела и ждала.
- Здравствуйте…
- Расслабьтесь, друзья, мы же все-таки празднуем, - провибрировал он тихо, но услышал весь модуль. Завуалированная команда была немедленно приведена в исполнение. Снова заиграла музыка (оказывается это был живой оркестр, кто только умудрился привезти с собой живой оркестр?!), светские беседы снова загудели застилающим фоном.
- Друзья мои, - Глава мягко подвел Моисеева и Христенко к панорамному окну модуля. За прозрачной перегородкой раскинулось пространство космоса.
- Я не могу передать словами, насколько вы впечатлили и меня, и все человечество.
Он вгляделся в окно и вселенную за ним. Что-то человеческое, мечтательное промелькнуло в его взгляде. Руки, лежащие на плечах ученых, словно чуть подобрались, слегка прижимая их к себе.
- Что скажете Ему, когда прибудем? – хитро улыбнулся Глава Державы, оглядев ученых.
Христенко вздрогнул. Моисеев, заметив это, пришел на выручку товарищу:
- Христенко вон извиниться за беспокойство хочет.
- А ты?
- А я не знаю, что спрашивать, - простодушно пожал плечами Моисеев.
- Любопытно, - снова улыбнулся Глава Державы.
На голографический стеновой монитор кто-то догадался вывести карту космоса с мерцающей бордовой координатой Бога на ней. Кто-то радостно ринулся делать свои фото на ее фоне.
- Что бы спросили Вы? – набрался смелости Христенко, обратившись к Главе Державы.
Тот улыбнулся еще шире и снова уставился в бездну. Где-то в ней его ждал Бог.
- Ну что? Все готовы? Отправляемся? – громыхнул он нас весь модуль вместо ответа. Зал снова взорвался аплодисментами. Шампанское лилось рекой. Музыка звучала. Космолет НИИ «Рассвет» пришел в движение, пережевывая двигателями космос и готовясь к прыжку по заданным координатам.
***
НИИ «Рассвет» выпрыгнул из транзитного измерения, колыхнув пространство вокруг, и очутился в точно такой же темной пустоте, как и несколько земных секунд назад. Разве что звезды вокруг были другими.
Через несколько мгновений вблизи «Рассвета» из ниоткуда начали вылупляться многочисленные звездные корабли всего человечества и не только его… Действительно, о «находке Моисеева-Христенко» стало известно очень быстро даже далеко за пределами Державы. Конкурирующие силы со всех уголков вселенной поспешили в ее узловую точку. Несколько известных наций направили поблескивающие металлом и щетинящиеся орудиями и антеннами флотилии. Опознавательные маркеры некоторых из них никак не поддавались дешифровке. С десяток менее гуманоидных рас прислали свои космолеты, похожие то на астероиды, то на куски бесформенной плоти, то на помесь исполинских муравейников с ульями. Плыли в вакууме гигантских размеров существа, напоминающие земных китов и кальмаров, служащие передвижными домами для нескольких цивилизаций.Поодаль группировались в замысловатые узоры пучки яркого света тех форм разумной жизни, кто в своей эволюции научился обходиться без телесных оков.
- Мать честная! – бормотал Царев, отдавая команды на изготовку всех орудий через дронов-адьютантов. Генералы на капитанском мостике напряженно засуетились, готовясь к большой драке. – Кого только ни принесло! Разведка не подтверждает идентификацию и половины объектов! Мы понятия не имеем, кто это такие!
Глава Державы сохранял спокойствие, все еще придерживая за плечи Моисеева и Христенко, не обращая внимания на забегавших вокруг военных. Он смотрел прямо вперед, на то, что находилось прямо перед ним, за стеклом иллюминатора. На расстоянии буквально одной астрономической единицы, окруженное взвесью лучащейся космической пыли, в невесомости, слегка искажая видимое пространство своей тяжестью, висело нечто.
- Это Он? – улыбаясь спросил он ученых. В глазах Главы Державы разгорались странные огни.
- Полагаю, что да… - хрипло ответил Христенко, завороженный зрелищем.
Объект, похожий на слоистый брусок антрацита, матово поблескивал миллионами граней в свете окрестных светил, слегка пульсируя.
- Темное сердце Вселенной, - подобрал приемлемую метафору Моисеев для ритмичного сокращающегося, будто дышащего гигантского куска угля. С каждой такой вибрацией из-под черных чешуек выбивались протуберанцы светящейся пыли, скапливающейся в искрящиеся туманности, а космос вокруг покрывался рябью и начинал колыхаться, словно озерцо от брошенного чьей-то немыслимой рукой булыжника.
Флотилии вероятно всех разумных форм жизни Вселенной замерли на почтительном расстоянии от объекта, который, согласно гипотезе человеческих ученых, был Богом. Каждая цивилизация пыталась судорожно соотнести свои давние представления о Нем с тем, что явилось им воочию.
- Зонды! – прозвучало где-то за спинами ученых голосом Царева. В следующий миг человеческие корабли исторгнули мириады космических дронов-наблюдателей, устремившиеся к черному объекту впереди. Искусственный интеллект «Рассвета» в прямом эфире выводил на экран модуля результаты обработки массива данных с дронов. До физического контакта с Богом оставались считанные мгновения…
Слово почувствовав приближение назойливой техно-мошкары, огромный кусок угля замер и подобрался, перестав источать светящуюся пыль. В следующий миг матово черные пластины его поверхности пришли в движение, словно под ними зашевелилось могучее тело. Еще через мгновение картинка на экранах пропала, все снова уставились в окна модуля.
- Потеря сигнала! Зонды выведены из строя! Все!
Беспокойство военных никак не отражалось на Главе Державы. Он продолжал улыбаться, не сводя глаз с темного объекта.
- Как вы думаете, друзья, Он нас слышит? – обратился он к ученым.
- Сложно сказать однозначно, - произнес Христенко и кивнул в окно. – Но Он в любом случае уже знает, что мы здесь.
Бог продолжал шевелиться. Черные грани поверхности наползали одна на другую. Его пульсация стала неравномерной, а выбросы светящейся пыли – чаще, постепенно окутывая черный астероид сплошным облаком.
- Он будто пытается выбраться из кокона, - сказал Моисеев. И действительно, объект стал отрывисто подрагивать, менять ось вращения и углы наклона. Отдельные участки его поверхности бугрились холмами, которые словно волны переползали с места на место. По черной поверхности вдруг поползли светящиеся паутинки трещин. Отдельные куски антрацитовой поверхности начали ломаться и откалываться от объекта, оставляя целые разломы и обнажая чешуйчатые внутренности.
В одном из таких разломов вдруг мелькнуло исполинское насекомое око, вперившееся в потревоживших его пришельцев ворсистым взглядом без проблеска даже млекопитающего протосознания. Так гусеница или червь смотрит на мир, выбирая куда ползти и что съесть, при этом не осознавая, что такое «ползти» и «съесть».
Космос завибрировал, пространство вокруг поплыло, пришло в движение. «Рассвет» качнуло, будто утлое суденышко на разыгравшихся внезапно волнах, и понесло навстречу существу вместе со всей прибывшей флотилией, словно помогая Богу получше разглядеть незваных гостей.
В модуле повисла тишина.
- Невероятно! – прошептал восхищенно Христенко. - Оно форматирует пространственно-временные характеристики под себя!
Цари и генералы, присутствующие в модуле, стали опасливо роптать и жаться к стенам, пытаясь незаметно пробраться к выходам. Флотилии разумных существ нарушили стройные порядки, превратившись в кучу щепок, затягиваемых в водоворот.
- Орудия на изготовку! – кричал Царев дронам-адьютантам.
Бог между тем продолжал сбрасывать с себя крошащийся кокон. Осколки черной скорлупы отлетали от него массивными астероидами и устремлялись в космос. Появился еще один огромный глаз. И еще один. И еще…
- Невероятно! – как заведенный продолжал Христенко. Побледневший Моисеев стоял рядом. Только Глава Державы сохранял спокойствие и продолжал улыбаться.
- Отче? – то ли поздоровался, то ли взмолился он. Еще через мгновение, стряхнув остатки кокона, существо окончательно повернулось к гостям вытянутой как у аллигатора многоглазой мордой. Чешуйчатое подобие головы всемогущего существа разразилось угловатым провалом алой пасти, в которой еще через миг сгинула вся космическая армада.
Автор: Антон Затонский
Источник: https://litclubbs.ru/writers/9020-obretenie.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: