За две тыщщи километров от дома у Ниваса застучал мотор. Выяснилось это утром, когда к месту нашей стоянки подъехали остальные участники кампании и мы четырьмя машинами выехали в сторону КПП в Титовке.
За две тыщщи километров папа почуял, что что-то пошло не так, прислал смс: "Как настроение?". Я честно ответила, что мы в лёгком ужасе, Нивас шалит, но всё равно едем, ведь с нами ещё три машины друзей, и это успокаивает.
Тем временем мы ехали по Долине Славы, которая раньше называлась Долиной Смерти из-за количества погибших в годы Великой Отечественной войны бойцов. Вообще здесь вся территория обильно полита кровью защитников Заполярья: здесь невероятное количество мемориалов, братских могил... Вот справа на высокой скале кто-то написал два слова "ПОМНИ ВОЙНУ". В рацию Борис Сергеич "Будулай", большой противник современной наскальной живописи, прокомментировал что-то вроде "редкое граффити, вызывающее уважение".
К военной теме мы будем возвращаться на протяжении всего путешествия, а пока проходим контрольно-пропускной пункт в Титовке. Здесь начинается приграничная территория, нужно заранее оформлять пропуска, льготникам и жителям Мурманской области посещения полуостровов Средний и Рыбачий - бесплатное, для остальных - 370 рублей в сутки (по данным на 2025 год).
Пограничники проверили наши бумажки, спросили, где планируем выезжать. Дима сказал, что хотим проехать по старой немецкой дороге и выбраться через Печенгу. Молодой парнишка замялся и сказал, что у нас вряд ли получится это сделать, но спорить не стал и послал "в будку к старшему" с паспортами, чтобы там записали наши данные.
Позже мы выяснили, в чём дело: старая немецкая дорога теперь в руках неких коммерсантов, которые строят там современный хайвей - то ли для последующей добычи полезных ископаемых, то ли к глэмпингу на побережье, где сутки проживания стоят 70 тысяч рублей, а заброска на вертолёте - в районе миллиона. Дима по этой немецкой дороге ездил 10 лет назад и рассказывал, что она до сих пор в идеальном состоянии, только мосты сгнили. Враги вообще намеревались остаться тут надолго: даже канатную дорогу для снабжения построили (до наших дней она не сохранилась, но энтузиасты воссоздали пару пролётов в Титовке). Кстати, хребет Муста-Тунтури - единственное место, где фашисты были остановлены в первые же дни войны. Нашим бойцам это далось очень страшной ценой.
Стоило ли сохранить старую немецкую дорогу, как памятник? Мы считаем, что да. Не как дань инженерной мысли врагов, а чтобы помнили войну.
После Титовки съезжаем с асфальта, травим колёса. Далее дорога вьётся вдоль реки Титовки, которая когда-то носила название Китовка и была напрямую связана с китобойным промыслом в месте ее впадения в Баренцево море. Где-то недалеко от устья течёт Пьяный ручей, у которого полагается "отметиться". Традиции нарушать нельзя, тормознули. Народ разлил по стопочкам коньяк, я подняла за предстоящий путь кружку с молоком - в этом году 10 лет, как не пью ничего крепче кофе и кваса.
Вот и перевал. Дорога через него - крутая, красивая, опасная. И оживлённая. Вот на встречке разложилась Шнива - останавливаемся, мужчины помогают инструментом. Вот прошла колонна огромных тягачей - военные.
На пике подъёма стоит железный крест с двумя иконами, за ним - несколько крошечных озёр в скалах, по берегам которых растёт пушица - болотное растение с белыми кисточками. А там, где должен виднеться полуостров Средний, только что была стена серого тумана. Вот она растаяла прямо на моих глазах. Нам туда.
Перед спуском на перешеек, ведущий на Средний, остановились у высоты "Яйцо".
- Давайте сходим к кресту, - предложил в рацию Дима. - Там такая надпись…
Высота "Яйцо". 1-5.10.1942 сводная рота морских пехотинцев СОР СФ под командованием А.Юневича вела здесь смертный бой с врагом. Путник… С этих скал кровь стекала ручейком в губу Кутовую… Вечная слава павшим. Дай Бог памяти живущим.
Забегая вперед скажу, что через несколько дней, перед тем, как выбраться на материк, мы сходим в музей обороны, там я буду реветь в три ручья от рассказа Юрия Александрович Кобякова о последнем бое отряда Юневича в 1943 году, и о единственном уцелевшем в этой бойне разведчике Александре Бакине. Выживший после ранения в бедро, после того, как отряд вызвал огонь на себя, после удара фашистского штыка в спину (добивали раненых), он дополз до полосы прилива, связал ремнём утлый плот из бревна и двух досок и три дня дрейфовал в ледяной морской воде, пока его не прибило к берегу, где бойца нашли свои. Всего этого я пока не знала, но от пронзительных слов на мемориальной табличке сдавило горло.
Ну а мы пересекаем перешеек (или волок - встарь здесь вроде как перетаскивали суда по суше) и уходим на Среднем налево.
Обед в очень красивом месте на берегу залива, рядом - водопад. Погода радует: ветрище, Солнце, кайф. Гуляю по берегу, собираю ракушки, любуюсь замысловатыми и очень красивыми лишайниками на камнях. Лишайники растут медленно, а живут - долго. Возможно именно этим - не одна сотня лет. Ещё нашла панцирь маленького крабика.
Следующая точка - памятник-ствол пушки, из которой (или такой же) был уничтожен первый немецкий корабль Северным флотом 22 июня 1941 года. На карте отмечен как "мемориал 221 береговой батареи капитана Поночевного и кладбище моряков". Захоронения бойцов - среди криволесья и пышных зарослей иван-чая. Большинство лежат под безымянными плитами, у некоторых надгробий есть даже таблички с фотографиями. Печальное и красивое место.
К вечеру забрались на гору, к послевоенным артиллерийским позициям (четыре заброшенные пушки, расположенные на небольшом удалении друг от друга) и заночевали на ручье, вытекающем из озера Питьевое. В светлой ночи ходили смотреть закат к пункту наблюдения и наведения артиллерии, по дороге собирали в тундре грибы. Краски на небе - невероятные. Материк слева казался синей стеной.
Начало путешествия здесь и здесь.