Утро встретило меня холодным ливнем и я, сделав лёгкую пробежку по двору и хорошенечко взбодрившись, решила провести практику в своём сарае-хранилище, потому что в книге говорилось что её можно проводить и в доме, это всё равно лучше чем вообще не проводить, и вскоре уже привычно тянула корни в землю, и макушку в космос, держа спину и шею максимально прямой, и как бы подтягивая себя вверх за волосы. Вспомнив, что прочитала в своём Гримуаре - что если крутишься против часовой стрелки - то уходит седина, я покрутилась побольше в эту сторону, чем по часовой, хотя седины не наблюдалось, но я решила покрутиться на будущеё, и, попрыгала в прямом смысле этого слова, стуча пятками себе по нижней части спины. Ну, раз сегодня у меня была укороченная практика, то можно внести разнообразие.
На завтрак мы собрались втроём на моей кухне и за неспешными разговорами умяли полную сковороду омлета с броколли и помидорами, а затем переместились в гостиную и стали обсуждать - что надо будет сделать в первую очередь когда немного подсохнет - ливень уже прекратился, но заниматься хозяйственными делами на улице пока не хотелось.
Пока мы пришли к общему мнению, пока всё-таки засобирались на улицу, пришло сообщение, что наш вчерашний заказ прибыл в пункт назначения и мы с Машей отложили наведение порядка на свободное время и стали собираться в дорогу.
Оставив за главную бабАню и нацепив на себя тёплые вещи, (Маше-таки пришлось пощеголять в одежде юности бабАни) мы, повозившись немного с мини-трактором (причём, возилась в основном Маша, так как я в принципе не знала с какой стороны к нему подходить) смогли, наконец, разобраться с его управлением и, осторожно погрузившись в него, гордо выехали из гаража.
Закрыв гараж на замок, я снова запрыгнула на подножку трактора и затем залезла в кабину, очень надеясь, что трактор не перевернётся на ухабах, хотя Маша и заверила меня, что ему это не грозит и вообще - он, практически вездеход.
До остановки мы добрались быстро, а там уже оставили наш мини-трактор "на нашей стороне улицы", перешли дорогу и стали ждать автобус. Ждать нам долго не пришлось, потому что время было практически дневное, поэтому проходящих автобусов было много. Посидев на остановке пять минут мы ещё десять минут потратили на дорогу, и вскоре уже заходили в пункт выдачи заказов.
На нас с Машей всю дорогу посматривали как на асоциальных элементов, поэтому ни смотреть ни мерить нам уже ничего не хотелось, и мы, набив прихваченные с собой огромные пакеты вещами, быстро похватали их во все четыре руки и двинулись назад. Хорошо, что остановка была рядом и автобус обратно пришёл ещё быстрее чем в ту сторону, и мы, не успев как следует покраснеть под взглядами соседних пассажиров, радостно вывалились на своей остановке.
Спешно запихивая вещи в кабину своего мини-трактора, мы даже не сразу обратили внимание на девушку, сидящую на остановке. Уже практически покидая это место, я случайно кинула на неё взгляд и поняла - что там не всё нормально.
Во-первых - девушка была без верхней одежды, а точнее - в халате и тапочках, во-вторых - она тряслась как осиновый лист в ураган. Вдобавок у неё в руках был свёрток из старого одеяла, который она прижимала покрепче к себе и который походил на ребёнка. Через плечо девушки была перекинута только небольшая сумка. Хотя мне хватило бы и во-первых, всё остальное только добавило мне решимости:
- Вам куда-то срочно надо уехать? - спросила я её, выглядывая автобус.
Девушка отчаянно покачала головой и я приняла решение: - Вставайте, поедете к нам, а дальше разберёмся. Схватив девушку за руку я поняла - что та не только холодная, а уже просто ледяная и держится, можно сказать, из своих последних сил.
Набросив на девушку свою куртку, я повела её к нашему транспорту и помогла залезть вовнутрь, подержав малыша и аккуратно передав его ей, когда она залезла в кабину. С одной стороны - у руля - была Маша, с другой стороны к девушке прижималась я, и мы с Машей сами чуть не стали вздрагивать от её "вибраций". Девушку колотило так, что она даже не могла разговаривать. Захлопнув поскорее дверцы мы понеслись вперёд, не обращая внимания на потоптанные покупки, которые мы скинули под ноги, чтобы побыстрее разместиться на сидении внутри.
Приехав к дому, мы с Машей помогли спуститься девушке с ребёнком из трактора, и Маша стала загонять трактор в гараж, а я повела новых гостей скорее в свой дом. Девушка действовала на автомате, поэтому даже, кажется, не понимала, что происходит вокруг, но нам это было только на руку.
Пока я раздевала гостью, а Маша - малыша, бабАня уже кинулась топить баню. Ребёнок, как и его мама, был очень замёрзший и даже не плакал, а просто лежал как холодная, бледно-синяя кукла, с щёчками в красных пупырышках и корочках, и только тихонечко присвистывал при еле слышном дыхании. Внезапно он закашлялся и начал задыхаться. Внимательно глянув на него, мы с бабАней поняли - что не успеем даже довезти его до больницы. Пришлось всё снова брать в свои руки и разделиться.
Пока Маша поила девушку горячим бульоном, сцеженным из нашего супа, мы немного напоили малыша тёплой водой, растёрли ему грудь - чтобы он мог продышаться и махнули Маше чтобы она увела девушку из домика, пообещав, что присмотрим за малышом. Маша повела девушку в баню, пропарить её до нормального состояния, мне же предстояло разобраться с малышом.
Я сунула Маше зелье, которое сварила вчера утром, объяснила сколько капель капать и отправила их с девушкой в баню, а сама вернулась к малышу, возле которого "кудахтала" бабАня, растирая ему грудь, чтобы он мог дышать. Увидев, что я освободилась, бабАня тут же передала мне его на руки, чтобы я начала своё реанимaционное воздействие.
Взяв малыша на руки я почувствовала как они у меня наливаются тёплой энергией и в голову тут же пришла мысль - обряд перепекания. Проверив по книге свою догадку, я кивнула бабАне и мы занялись спасением крохи.
Помыв малыша в горячей, но не обжигающей воде, мы с бабАней аккуратно вытерли его и запеленали в тёплое одеяло, и я, оставив бабАню караулить, чтобы он не свалился с дивана, кинулась скорей на кухню, моя внутренняя баба Яга торопила меня, боясь опоздать.
Ржаная мука и тёплая вода уже появились на столе, и мне осталось только замесить густое тесто, раскатать его в огромный лаваш и позвать бабАню. БабАня тут же оказалась на кухне, держа в руках кроху с ещё более красными щёчками и хриплым дыханием. Распеленав малыша, мы быстро уложили его на стол в середину лаваша, и я, вспоминая нужные слова, стала заворачивать его в лаваш как начинку, проделав только отверстия для рта и носа.
Потом я взяла этот "лаваш" и понесла в комнату. Проверив рукой жар в печи и, убедившись что там уже всё прогорело, я положила малыша на печную лопату, которую мне протянула бабАня, крепко привязала его к ней поясом от халата его мамы и засунула в тёплую печь. Необходимые несколько секунд показались нам вечностью. Наконец, нужное время истекло и я открыла заслонку и вытащила лопату назад.
Аккуратно снимая покрывавший малыша запечённой корочкой лаваш, я опять шептала нужные слова, а бабАня собирала корочки в совок.
Когда я "распахнула" корочку на груди, малыш закричал и засучил ножками, сдирая с себя остальные корочки лаваша. Своих красных корочек на малыше больше не было, как и пупырышек.
- Ура! Получилось! - радостно вскрикнула бабАня и подхватила на руки малыша, которого я очищала от запечённой корочки, не обращая внимания на его возмущённые крики.
Пока бабАня одевала и нянчила спасённого мальчишечку, я метнулась к сумке его мамы, надеясь найти там хоть какую-нибудь еду для него. Распотрошив сумку девушки, я нашла только пол банки детской смеси, развела её заговорённой тёплой водой, а бабАня в это время аккуратно растирала жиром ступни малыша. Малыш был очень недоволен всем происходящим и гневно сучил ножками и ручками, лежа на диване, и голосом пытался объяснить нам - как мы его достали, но, как только его ротика коснулась соска с бутылочки со смесью, он перестал буянить и цепко ухватился одной рукой за бутылочку, второй - за палец бабАни.
- Какой бутуз! - восхищённо рассматривала его бабАня, пока я подстилала под тёплую байковую пелёнку под ним - непромокаемую клеёнку, а непосредственно под него - пакет со свёрнутой пелёнкой.
И вовремя. Как только малыш доел, у него начался обратный процесс. Выкинув в мусорку на улицу пакет и обмыв малыша в тёплой водичке и, мы закутали его в одеяло и обложили подушками. Дыхание у малыша было ровным и без различных всхлипов и свиста, так напугавших нас раньше.
- Перепекли! - радостно заметила бабАня, вытирая ладонью влажный лобик уснувшего малыша. - А как там мамка?
- Сейчас проверю! - правильно я поняла мысль бабАни и направилась в баню.
Я нашла девушек уже не в парилке, а в предбаннике. Там, завёрнутая в простынь и в шерстяной плед, в тепле, на диванчике, свернувшись в комочек, спала мама малыша, а Маша наводила порядок в парилке.
- Ну как она? - поинтересовалась я.
- Как ледышка была. Я её отпарила, помогла помыться, а потом она как заголосила. Рыдала - рыдала, у меня самой аж слёзы потекли. А потом я её напоила горячим чаем с твоим отваром и она уснула. Что делать будем?
- Здесь тепло, сейчас надо ей постелить нормально на диване и пусть спит. - предложила я, понимая, что сил тащить девушку в дом уже нет, а сама она вряд ли встанет.
Сходив в дом за пододеяльником, подушкой и одеялом, мы застелили диванчик, и, поворачивая девушку из стороны в сторону, подсунули под её голову подушку и укрыли гостью одеялом. Было очень тепло и я решила больше баню не протапливать, только если под утро. Всё равно мы сюда ещё несколько раз до утра придём, я в этом даже не сомневалась. Но на всякий случай, Маша осталась ночевать на соседнем диванчике.
Совместив обед с ужином, я быстренько сходила в душ и уснула едва дойдя до своей кровати. А часа через полтора у меня грозно потребовали новое питание и поменять пелёнку. Едва я выполнила все требования, как малыш снова уснул. В его питание я также добавила несколько капель своего отвара, названного мной "зельем жизни" за его качества, и малыш уснул уже практически до самого утра, хотя я не такого эффекта добивалась, но, видимо, измученный маленький организм, получив серьёзное восстановление, требовал больше сна для полного выздоровления.
Рано утром малыш снова потребовал уход за собой и я, по быстренькому одевшись, завернула его в одеяло и понесла в баню. Там было ещё тепло, хотя и уже не так жарко как вначале, но все строения у Анфисы были построены из таких материалов, которые очень долго держат тепло, поэтому я за это не волновалась, тем более, что после кормления малыша ночью, я приходила проверять баню и немного ещё подтопила, да и Маша ещё подбрасывала дровишек.
Повернув спящую маму малыша, я откинула одеяло, немного отвернула простынь, в которую она была завёрнута, вытащила свой палец изо рта малыша и тут же прислонила его к маминой кормушке. Малыш облегчённо вздохнул и довольно зачмокал. Когда он уже заканчивал чмокать и стал засыпать, проснулась его мама и чуть не завизжала:
- Вы что наделали? - зарыдала она.
- Цыц! - буркнула ей я. - Малыша не разбуди!
- Скорую надо! - подскочила она на ноги. - Надо в скорую! Ему нельзя молоко, у него несварение будет, у него кишочки больные, завороток будет, и он сильный аллергик, астматик, и у него непереносимость молока! Его нужно срочно спасать!
Сонная Маша подскочила и кинулась к двери.
- Да сядьте вы! Всё хорошо! - остановила я молодую мамашу и Машу, качая довольного мальчонку, который сладко посапывал и уже, похоже, снова испачкал пелёнку. - Вылечила я твоего малыша! И кишочки и аллергию с астмой, не видишь что ли? - поднесла я малыша к её лицу и она, забрав у меня своего сыночка, стала удивлённо его рассматривать. А что там рассматривать спящего здорового ребёночка - ни хрипов, ни свиста, ни завортка кишек, судя по запаху, ничего.
- Как так? - удивлённо посмотрела мама малыша на испачканные пелёнки. - Ему клизмы специальные ставили, кормили по ложечке и только специальной смесью, мы же, как он родился, месяц в больнице лежали, ему еду подбирали, не один раз в неонатальной реанимации спасали, пока нашли нужное. А тут.
- А тут, - показала я на комок на пелёнках - далеко, чтоб ты понимала, не ложечка! И он сам, без всяких клизм! Вставай давай, пойдём в ванную, а то мне теперь баню целый день проветривать, чем вы его только там кормили!
Молодая мамаша подхватила покрепче малыша и понеслась в дом, направляемая и подгоняемая мною. Я накинула на неё одеяло и придерживала сзади его на её плечах.
- Вот. - сказала я бабАне, встретившей нас на пороге.
- Очень хорошо! - обрадовалась та и, выхватив малыша у мамаши, понеслась к воде. - Настойки тащи свои от опрелостей! И для купания чего-нибудь возьми! - обернувшись, дала она указание мне и они с молодой мамашей заскочили в ванную.
- Пойдём, поможешь! - попросила я Машу, притащившую из бани назад спальные принадлежности, и мы, натянув на себя тёплую одежду, направились в мою сушилку-хранилище.
Автору на шоколадку:
https://dzen.ru/fentezi?donate=true
Продолжение 👇