- О! У нас пополнение! – зашевелились сидевшие и лежавшие на скамейке вдоль стены.
Несколько молодых людей с кавказской внешностью обратились к Эдику на своем языке. Заметив, что он не отреагировал на их обращение, один из них подошел к нему и спросил по-русски:
- Ты почему не отвечаешь? Мы к тебе обратились.
- Я не понимаю, что вы сказали и на каком языке. Я русский.
В углу засмеялись:
- Э-э, совсем забыл, кто ты есть? Зачем отрекаешься от своих?
Эдик подошел к ним:
- Ребята, я действительно не знаю, на каком языке вы говорите, я ни от кого не отказываюсь, просто я – русский.
В это время к камере подошел крупный пожилой мужчина в сопровождении милиционера, который принимал Эдика от патрульных. Все кавказцы сразу встали, опустив головы. Мужчина что-то сказал им на своем языке, и они подошли к решетке.
- Алиев, Джафаров, Гусейнов, Мамедов, на выход! – сказал милиционер и открыл дверь.
Все четверо дружно двинулись к выходу. Увидев Эдика, мужчина спросил у милиционера, кто это. Тот ответил, что только что привезли, еще не успели оформить его. Мужчина достал кошелек, вынул оттуда несколько бумажек и махнул рукой Эдику, приглашая к выходу.
- Ну, чего ждешь? Ты свободен, - сказал милиционер, обратившись к юноше.
Ничего еще не понимая, Эдик вышел, мужчина что-то сказал ему, похлопал по плечу, подвигая к выходу. Когда все вышли, «освободитель» отвесил каждому по подзатыльнику, который все прияли как должное, стоя с опущенными головами. Один из них сказал мужчине, кивая на Эдика, что он не понимает по-ихнему.
- Ты не азербайджанец? – спросил мужчина.
- Нет, - ответил Эдик, - я русский.
- Ты чем занимаешься? Как сюда попал?
Эдик рассказал, что случилось с ним, что он учится в строительном колледже.
- Спортом занимаешься? Смотрю – ты выглядишь хорошо!
- Да, я мастер спорта по вольной борьбе.
- Вот видишь, не совсем ты русский, и спортом занимаешься таким, какой у нас очень распространен. Кто твой тренер?
Эдик сказал, что первым тренером у него был Марат Абдуллаевич Азизов, а теперь – Али Гусейнович.
-А, Али! Я знаю его. Увидишь – передавай привет от Ильхама – он поймет. А теперь иди по своим делам. Я думаю, мы еще увидимся.
Эдик поблагодарил мужчину и быстро направился к Любе.
Она уже была в общежитии и плакала, лежа на кровати. Когда ей сказали, что к ней пришел Эдик, она быстро оделась, выбежала к нему.
- Я так испугалась за тебя, - бросилась она к Эдику, но тут же остановилась, смутившись.
Эдик взял ее за руку:
- Видишь, все обошлось! А почему они к тебе привязались?
- Я стояла там, где мы договорились, тебя ждала, а они подъехали и стали говорить, что я жду каких-то клиентов, что меня нужно арестовать за это... ну, за проституцию. Представляешь? Потом сказали, что если я не хочу неприятностей, то должна поехать с ними.
Она заплакала, уткнувшись в грудь юноши. Эдик погладил ее по голове:
- Не плачь, все хорошо, больше не будем встречаться там, лучше в парке, возле фонтана, хорошо?
Девушка кивнула.
- Эдик, тебе пора, уже поздно, а то в общежитие не пустят, - проговорила она, отодвигаясь от него. – Иди, встретимся в субботу.
Эдик побежал к остановке троллейбуса, чтобы успеть к закрытию общежития.
... Наташа ждала Андрея, надев свой лучший голубой домашний халатик, распустив волнистые волосы по плечам. Когда Соня спустилась вниз, она критически оглядела мачеху, поджала губы: умеет все-таки она выглядеть!
- Соня, как дела в школе? – спросила Наташа.
- Нормально, - привычно ответила Соня.
- Сочинение проверили? Что сказали?
- Проверили, - сухо ответила Соня.- Сказали, что нормальное.
- Так и сказали? – улыбнулась Наташа. – А что поставили?
Соня задержала ответ, потом, усаживаясь на диван у телевизора, ответила:
- Пятерку.
- Молодец! Папа будет рад.
Соня удивленно посмотрела на Наташу: она серьезно хвалит ее или просто подшучивает над ней?
- А что ты удивляешься? – отвечая на ее немой вопрос, сказала Наташа.- Есть такие, что и переписать не могут без ошибок.
- Я не такая тупая! – возмущенно ответила Соня.
- Я знаю, ты умная девочка!
- А ты по всем предметам хорошо училась? – смягчившись, спросила Соня.
- По всем. У меня был хороший аттестат. Так что обращайся, - улыбнулась Наташа.
- А почему ты не поступила в институт?
- Я очень хотела стать парикмахером, поэтому и не поступала, хотя родители настаивали.
- Вот и я тоже хочу быть ветеринаром, а мне и бабушка, и папа не разрешают даже думать об этом. Папа хочет, чтобы я стала экономистом, а бабушка – врачом.
Наташе хотелось спросить, кем была ее мать, но она сдержалась.
- А я думаю, что человек должен заниматься тем, что ему нравится, - продолжала Соня.
- Я тоже так думаю, - согласилась Наташа. – Чтоб на работу идти с радостью, работать с удовольствием.
- Я тоже папе говорю: «Вот ты занимаешься тем, что тебе нравится. Почему я не могу так?». А он мне: «Я хочу тебя хорошо замуж отдать. А что я буду говорить, что моя дочка собак да кошек лечит?» А сам женился на парикмахерше!
Она мельком взглянула на Наташу: как отреагирует она на эти слова? Наташа прямо взглянула на Соню:
- А я считаю, что самое главное – любить человека, независимо от его профессии. А ты как думаешь? Или ты считаешь, что парикмахершу нельзя любить? Или ветеринара?
Соня смутилась. Она, конечно, хотела уколоть Наташу, но не рассчитывала на обратный укол. Наташа увидела смущение девочки, и ей стало жалко ее. Забили голову ребенка чем попало, да еще и мамаша сбежала, вот и стала она ежиком: сразу колючки выставляет.
- А еще бабушка говорит, что если любишь человека, то хочешь родить ребенка. А ты почему не рожаешь?
Наташа не ждала такого вопроса от девочки, но ответила вопросом:
- А ты хочешь брата или сестренку себе?
- Не знаю...
- Вот видишь, я ведь должна думать и о тебе тоже, правда?
Соня не ответила на этот вопрос, и в это время открылась дверь, и в комнату вошел Андрей. Соня бросилась к нему, повисла на шее. Наташа с улыбкой ждала, пока он поздоровается с дочкой. Потом подошла к нему, поцеловала. Андрей крепко обнял ее, прошептал на ухо:
- Я соскучился...
- С приездом, Андрей Александрович! – вошла в комнату Люба. – Когда будете ужинать?
- Я приведу себя в порядок, и будем. Рассказывайте, девочки, как вы жили без меня?
- Нормально! – ответила Соня, бросив взгляд на Наташу.
- Хорошо мы жили, - произнесла Наташа, тоже взглянув на Соню.
- А как вы смотрите на то, чтобы мы завтра все вместе поехали на пикник? – спросил Андрей.
- Я – за! – сказала Наташа. – А если погоды не будет?
- А мы поедем в такое место, где всегда хорошо, в любую погоду. Соня помнишь?
- Там, где лошади? – с радостью спросила девочка.
- Конечно!
- Я согласна! – захлопала в ладоши дочка.
- Только с утра мы должны заехать к Антонине Григорьевне, - напомнила Наташа.
- Конечно, - благодарно взглянул на нее Андрей.
Он пошел переодеваться, а Наташа и Соня остались в гостиной.
- Знаешь, там так здорово! Есть конюшня, а в ней лошади! Они такие! Мы там давно не были с папой. Тебе понравится!
Наташа кивнула. Она почувствовала, что сердце девочки начало оттаивать в отношении к ней.