23 августа завершилась грандиозная Курская битва: противостояние двух режимов, идеологий, тактик и – передовых военных технологий. Впервые с начала войны вооружение Красной армии уже ни в чём не уступало, а в отдельных аспектах даже превосходило боевую мощь вермахта. Понять и объяснить советское техническое чудо мы попытаемся в этой статье.
Первым выстрелом
На зрителя фронтально наезжает чёрный «Тигр». Танкисты останавливают машину и покидают её. Камера смещается, показывая на полигоне советский танк. Выстрел. В башне «Тигра» зияет сквозная дыра от снаряда. Гитлер, лично наблюдающий за испытанием, негодует:
«Отлично! Первым выстрелом… И это наш новейший танк?» Затем мы видим совещание главнокомандующих, где фюрер продолжает гневаться: «Русский противотанковый снаряд пробивает лобовую броню „Тигра“! И вы хотите сейчас наступать? Я не могу рисковать. Немедленно возвратить все „Тигры“ на заводы и поставить дополнительную броню».
Это первые минуты легендарной киноэпопеи Юрия Озерова «Освобождение». Серия о Курской битве «Огненная дуга» неслучайно начинается с технических нюансов. После Сталинградского побоища психологическое преимущество перешло на сторону Красной армии. Вермахт не мог остаться без своего главного козыря – технически совершенного вооружения. Фюреру срочно нужна была победа, сопоставимая с триумфами 41–42 гг.
Наш земляк, уроженец Макеевки, Святослав Рыбас, почётный член Академии военных наук, в «ЖЗЛ Сталин» подчёркивал завышенные ставки вермахта на успех в Курской битве:
«Германское командование сосредоточило здесь такие силы, которые в случае успеха позволили бы опрокинуть время в 1941 год. Было собрано 63 % всех самолётов (2000) и 70 % всех танков (2700) германского фронта в России. Кроме того, новые немецкие танки „Тигр“ и „Пантера“ были сильнее аналогичных советских машин. Одна танковая дивизия приходилась на четыре километра фронта. Ещё нигде вермахт не сосредоточивал на ограниченном пространстве столько наступательной мощи».
СКРЫТЫЕ ТАЛАНТЫ
«3 августа 1943 г. подбито и уничтожено его взводом 5 автомашин с боеприпасами противника, выведено из строя до 10 автомашин противника. 4 августа 1943 г. его взвод вёл огонь прямой наводкой по трём танкам „Тигр“, которые мешали продвижению наших танков на высоте 240,5. Деятельность немецких танков была подавлена». Это строки из наградного листа нашего земляка, участника легендарного сражения под Прохоровкой, Георгия Андреевича Правдиченко.
В 2009 г. мне посчастливилось лично познакомиться с героем и взять у него интервью. Помню, как Георгий Андреевич искренне удивлялся одному обстоятельству. А именно, вдруг проявившимся способностям:
«Я троечник по математике в школе, обучаясь в авиационной школе и артучилище, успешно решал упражнения по расчёту на бомбометание и подготовку данных для ведения артиллерийского огня».
От себя добавлю, что Георгий Андреевич был гуманитарием: в 1951 году с отличием окончил исторический факультет Сталинского педагогического института, а к моменту нашего знакомства работал в ДонНУЭТ проректором по вечернему и заочному обучению.
Думаю, этот частный случай показателен. В критической ситуации войны наши люди не впали в депрессию и апатию, а проявили скрытые таланты и способности. Это касается и наших изобретателей, «подковавших» таких героев, как Правдиченко, отличным вооружением.
Если бы не ваши танки…
Так Георгий Андреевич вспоминал бой под Прохоровкой:
«Первый, и самый драматичный, страшный бой, в котором я принял участие в должности командира 1-го огневого взвода 3-й батареи 1000-го истребительно-противотанкового артиллерийского полка, было сражение под Прохоровкой 12 июля 1943 г. Это был ад, самый настоящий ад, поскольку в открытом бою с нашей и немецкой стороны принимали участие около двух тысяч танков и самоходных орудий. Несмотря на то, что была ясная, солнечная погода, к середине дня стало темно от дыма горевших танков, пыли от разрывающихся снарядов и авиационных бомб. У немцев были первоклассные танки и самоходки: „Тигр“, „Пантера“, „Фердинанд“, но наши Т-34 были превосходными и доказали своё преимущество и в этом сражении, и на последующих этапах войны. Уже в первые дни после окончания войны в Австрии я услышал от бывшего немецкого танкиста такое: „Если бы не ваши танки Т-34, вы бы не победили“».
Битва технологий
В 43-м современнейшее «вундерваффе» свозилось на курские поля. В числе новинок, которые должны были гарантировать успех: Pz.Kpfw.VI «Тигр». Пушка 88-мм доставала наши танки за 2 км. А «твердолобость» в 100 мм делала неэффективным прямое попадание. Далее: получившая крещение огнём Pz.Kpfw.V «Пантера». Манёвренная и одновременно крепкая, с мощной 75-мм пушкой, позволяющей выпускать 5–8 снарядов в минуту. Ещё один новобранец: САУ «Фердинант». Тяжеловеса в 65 тонн и с 200 мм лобовой брони не мог пробить ни один советский танк.
Что всем этим броненосцам мог противопоставить Союз?
Не вдогонку, а на обгон
«Работать не вдогонку, а на обгон! В конструировании использовать не аналог, а тенденцию! Внедрить такой новый танк, который был бы длительное время перспективным и не требовал существенных изменений, неизбежно усложняющих производство». По этому рецепту конструктора Михаила Кошкина и был создан легендарный Т-34.
Советские инженеры не стали копировать вражескую технику. Они попытались создать универсальный танк, который соединит мощь с манёвренностью, высокую прочность – с минимальным весом, надёжность – со скоростью производства. Не обошлось и без новаторства: в частности, для защиты от снарядов разработали наклонную броню.
Да, лобовых атак ни с «Тигром», ни с «Пантерой» более лёгкий Т-34 не выдерживал. В скорострельности тоже проигрывал. Приходилось атаковать «зверинец» вермахта группами, с флангов, сбивая гусеницы и используя своё преимущество в манёвренности. Сыграла роль и ремонтопригодность: более сложные машины вермахта ломались гораздо чаще надёжных Т-34. Не будем забывать и плюс простоты производства: против 130 «Тигров» и 190 «Пантер» Союз смог выставить около 2000 Т-34 (70 % всех советских танков в Курской битве). Другие многочисленные машины, такие как Pz.III, в качестве заметно уступали советским.
В итоге за 50 дней ожесточённых боёв вермахт потерял около 70 % своих танков. Не помог и неповоротливый титан «Фердинанд», на которого всё-таки нашлась управа – САУ-152, прозванная «Зверобоем». Её 152-мм гаубица пробивала «твёрдый лоб» немецкого оппонента. Правда, «Зверобоев» было немного, всего 24 машины, и осколочно-фугасных снарядов им в полной мере не хватало.
Небо – наше
Победе на земле способствовала и победа в небе. Здесь тоже не обошлось без дебютов. Люфтваффе применило передовой истребитель «фокке-вульф» FW-190. Но его триумфальное появление омрачил наш Ла-5. Кстати, именно на этой машине начал отчёт сбитых самолётов будущий маршал авиации Иван Кожедуб. После Курской битвы на фюзеляже его истребителя красовались 15 звёзд. В скобках заметим, что к 43-му легендарный Ла-5 прошёл ускоренную «переподготовку». Пересаженный на более мощный двигатель и вооружённый двумя 20-мм пушками, он в скорости и боевой мощи не уступал лучшим представителям люфтваффе.
Начало Победы
Красная армия освободила Орёл и Белгород. Более 100 тысяч красноармейцев были награждены орденами и медалями, в том числе 231 воин получил звание Героя Советского Союза. Курская битва поставила крест на наступательных амбициях нацистов. На Востоке представители высшей расы столкнулись не с варварами, а с соперником, который ни физически, ни интеллектуально – ни в чём не уступал «белокурым бестиям». И на каждое «вундерваффе» находил свой достойный ответ.
Артём Маслов