Пятьдесят лет на земле... И ноль в кармане. Не нуль, а именно ноль, круглая, идеальная пустота. Михаил вышел из суда, сжав в кулаке справку о разводе. Две бывшие жены поделили все, включая его веру в себя. Оставили ему только потертый рюкзак и свободу, о которой он не просил.
Вокзал стал его домом. Он научился различать людей по стуку каблуков и спать сидя. Мир сжался до размеров скамейки под номером семь. Он был призраком, которого все видят, но никто не замечает. До тех пор, пока не встретил ЕЁ.
Анна работала в ночной булочной. Ей было двадцать два, и в ее глазах жила весна, которой Михаил не видел десятилетиями. А самое главное, она не видела в нем бомжа. Она видела человека. Сначала просто подала бесплатный кофе, потом улыбку. А затем спросила:
— Что вы читаете?
В его рюкзаке, кроме носков, лежал потрепанный томик Бродского.
Это стало их ритуалом. Ночные разговоры о книгах, о музыке, о том, как пахнет дождь в разных городах. Она не спасала его. Она просто с ним разговаривала. Он — седой, пропахший ветром и тоской мужчина, и она — девочка с мудрыми глазами старушки. Они нашли друг друга в точке абсолютного одиночества.
Михаил сразу предупредил Анну:
— У меня ничего нет. Даже прошлого.
Она с улыбкой ответила:
— Зато у тебя есть настоящее.
Они расписались в том же здании, где Михаил получал развод. И шел он туда не банкротом, а самым богатым человеком на свете. Женщина в строгом костюме протянула им бархатные коробочки. Михаил уже готов был увидеть в ее глазах жалость или вопрос, но Анна просто улыбнулась:
— Спасибо, но свои есть.
Она вынула из кармана два тонких золотистых обручальных кольца, самых простых, гладких, без единой насечки. И два красных шерстяных шнурочка, опаленных на концах, чтобы не растрепались.
— Дай руку, - потребовала она.
Михаил протянул свою, пальцы худые, потемневшие от жизни, с выступающими суставами. Она продела шнурок в колечко, завязав его на безымянном пальце на два узла. Колечко повисло на веревочке, легкое, почти невесомое.
— А теперь ты мне,- протянула она ему руку.
Он повторил ее манипуляции, стараясь завязать покрепче. Чиновница посмотрела на их руки, на эти смешные, трогательные символы, и рассмеялась. Не над ними, а вместе с ними...
Сейчас они живут в крошечной комнатке в общежитии. У них один стул и два стакана. Но по утрам она варит кофе, а он читает ей вслух стихи. Анна смеется его шуткам, а Михаил учится заново удивляться миру ее глазами.
Ему пятьдесят. Его жены стали богаче. А он стал счастливее. Иногда, чтобы все обрести, нужно действительно все потерять. И встретить ту, для кого твое главное богатство не в паспорте, а в душе.