Я коллекционирую ежедневники. Зачем? В каждом из них — первые десять страниц, исписаны воодушевленным человеком, который верит, что именно сейчас, с этой новой обложки, начнется настоящая жизнь. А потом — девственно чистые листы. Кладбище несбывшихся намерений, так сказать. Но первые десять страниц действительно вхохновляют!
Сегодня я добавила в коллекцию еще один блокнот. Розовый, с надписью «Найди своего гуру». Подарок от моей подруги Ленки после того, как я в очередной раз прошла мотивационный тренинг, но так и не выполнила ни одного домашнего задания.
— Света, ты что, опять? — Ленка смотрит на меня с выражением человека, который обнаружил, что его ребенок снова ест песок в песочнице. — Тебе же нравился этот... как его?
— Михаил Алексеевич, — вздыхаю я. — Коуч-трансформатор, мастер медитативных практик и по совместительству бывший менеджер по продажам кухонной техники.
— Вот! Ты же говорила, что он потрясающий!
— Потрясающий, — соглашаюсь я. — Пока не начал утверждать, что может левитировать, если медитирует на голодный желудок.
Ленка смеется и пододвигает ко мне этот самый розовый блокнот:
— Держи. Я тут подумала... может, хватит искать гуру снаружи?
Моя история с поиском учителей жизни началась три года назад, когда я развелась с мужем и обнаружила, что понятия не имею, кто я такая без статуса «жена Андрея». Пустота внутри требовала заполнения, и я начала набивать ее мудростью других людей, как старый диван — поролоном.
- Сначала был Юрий Петрович — психолог с внушительной бородой и не менее внушительным списком регалий. Он научил меня «принимать свою тень» и писать письма внутреннему ребенку. В основном я писала этому ребенку, что он может перестать реветь по ночам из-за развода, но ребенок, кажется, был глуховат.
- Потом была Елена Викторовна — йога-инструктор с телом гимнастки и голосом диктора метро. Она убеждала меня, что мое тело — храм, но почему-то этот храм постоянно болел после ее занятий «для начинающих».
- Затем пошли коучи, тренеры личностного роста, мастера НЛП, тарологи, диетологи, астрологи... Каждый знал, как мне жить правильно. Каждый давал систему, которая «работает для всех». И каждый раз я верила, что вот оно — решение всех моих проблем.
А потом моя дочь, которой пятнадцать, и она мудрее меня раз в сто, сказала фразу, которая перевернула мой мир:
— Мам, а почему ты всем веришь, кроме себя?
Мы сидели на кухне. Я только что вернулась с тренинга по «раскрытию женской силы» и увлеченно рассказывала о новых практиках.
— В каком смысле? — я непонимающе уставилась на дочь.
— Ну смотри, — она отложила свой телефон, что уже само по себе было событием. — Когда этот твой Михаил говорит «делай так», ты делаешь. Когда бородатый дядька говорил «пиши письма», ты писала. А когда твоя собственная интуиция говорит «это фигня», ты ее игнорируешь.
Я открыла рот. Закрыла. Снова открыла. В этот момент я была поразительно похожа на рыбу, которую выбросило на берег философских откровений.
— С чего ты взяла, что моя интуиция это говорит? — наконец выдавила я.
Соня пожала плечами:
— Ты же сама рассказывала, как на первом занятии хотела уйти, потому что тебе показалось, что он немного... странный. Но осталась, потому что «вдруг это проверка»?
Я почувствовала, как краснеют уши. Действительно, каждый раз, когда внутренний голос говорил «беги отсюда», я заглушала его мантрами и аффирмациями.
— А в прошлом месяце, — продолжала Алиса, — ты чуть не купила курс по... как это называлось?
— «Активации денежного мышления», — пробормотала я.
— Вот! И остановилась только потому, что у тебя карта не сработала. А потом сказала, что это «знак свыше». А по-моему, это был знак от твоего здравого смысла, который чудом прорвался сквозь заграждения.
В тот вечер я долго не могла уснуть. Перебирала в памяти всех своих учителей и наставников. Что я на самом деле у них взяла? Что действительно помогло, а что было просто эффектной мишурой?
На следующее утро я достала все свои блокноты, тетради и конспекты. Разложила на полу в гостиной, к ужасу нашего кота Фунтика, который считал эту территорию исключительно своей.
— Мам, ты что, переезжаешь? — спросила Алиса, зайдя в комнату и увидев бумажный Армагеддон.
— Нет, я... провожу ревизию, — ответила я, сидя в центре этого хаоса.
Пролистывая страницы, я начала выписывать то, что действительно откликалось внутри. Не потому, что так сказал гуру, а потому что я на своем опыте убедилась — это работает. Для меня.
К вечеру у меня была тонкая тетрадка, исписанная моим собственным почерком. Моя собственная мудрость, выкристаллизованная из тонн информационного шума. Она оказалась удивительно простой.
Например: «Когда не знаешь, что делать, сделай паузу. Хотя бы на один вдох». Это я вынесла из медитативных практик, но переформулировала под себя.
Или: «Задавай себе вопрос – стану ли я счастливее, если сделаю это?» Это мой фильтр для принятия решений, работающий куда лучше, чем сложные матрицы Эйзенхауэра, которые я никогда не могла освоить.
На днях Соня застала меня за странным занятием — я танцевала на кухне под старый хит Бритни Спирс. Просто потому, что хотелось. «Мама,ты классная!», — сказала она, а я поняла — это лучший комплимент в моей жизни.
Розовый блокнот от Ленки я все-таки начала заполнять. Только надпись «Найди своего гуру» я заклеила и написала на обложке: «Я слышу себя». Не то чтобы я совсем отказалась от книг и курсов. Просто теперь я захожу на них как в библиотеку — беру то, что мне подходит, и спокойно оставляю остальное другим читателям.
У учителей стоит учиться ремеслу, но искусству жить можно научиться только у самой себя. И это, пожалуй, самый сложный и самый важный урок, который я усвоила. Причём не в теории, а на собственной шкуре, исписанной следами от чужих указаний, как делать правильно.
ЧИТАЮТ СЕЙЧАС