Лариса сидела в кадровом отделе, не веря своим ушам. После восьми лет работы в компании ее увольняли. Сокращение штата, кризис, оптимизация — стандартный набор оправданий, за которым скрывалась простая истина: ее заменили на более молодую сотрудницу с меньшей зарплатой.
— Мы выплачиваем компенсацию согласно трудовому кодексу, — монотонно говорила кадровичка, протягивая документы. — Две недели на сдачу дел.
Лариса механически подписывала бумаги, чувствуя, как все внутри деревенеет. В сорок два года остаться без работы — это катастрофа. Особенно в их городе, где вакансий для маркетологов практически нет.
"Как я скажу Михаилу?" — думала она, выходя из офиса с коробкой личных вещей. Муж и так постоянно жаловался на нехватку денег, хотя его зарплата инженера была вполне приличной. Просто у Михаила были дорогие хобби — рыбалка, охота, новые гаджеты.
Лариса села в машину и некоторое время просто сидела, держась за руль. Восемь лет в этой компании, от младшего специалиста до руководителя отдела маркетинга. Все рухнуло за полчаса.
Она достала телефон и хотела позвонить Михаилу, но передумала. Лучше сказать дома, при личной встрече. К тому же, он сейчас на важном совещании — вряд ли обрадуется звонку с такими новостями.
"Ничего, найду что-то еще", — попыталась она себя успокоить. Опыт есть, образование приличное, рекомендации хорошие. В конце концов, маркетологи нужны везде.
Домой Лариса приехала раньше обычного. Михаил еще был на работе, и она решила приготовить его любимый ужин, прежде чем рассказать новости. Может, хорошая еда смягчит удар.
Она достала из холодильника мясо для отбивных, начала чистить картошку. Привычные действия немного успокаивали, отвлекали от тревожных мыслей. За окном моросил мелкий дождь, и квартира казалась особенно уютной.
В семь вечера муж вернулся домой, уставший и раздраженный. Михаил работал главным инженером на заводе и часто приносил рабочие проблемы домой.
— Как дела? — спросил он, снимая ботинки и принюхиваясь к аппетитным запахам.
— Миша, нам нужно поговорить, — Лариса вытерла руки кухонным полотенцем. — Меня сегодня уволили.
Михаил замер с ботинком в руке, медленно поднял глаза на жену.
— Как уволили? За что?
— Сокращение. Компания оптимизирует расходы. Весь наш отдел расформировали.
— Блин, — он поставил ботинок и потер лицо руками. — И что теперь? Когда новую работу искать будешь?
— Завтра же начну. Резюме разошлю, в агентства обращусь. Думаю, до Нового года что-то найдется.
— Долго искать будешь?
— Не знаю. Надеюсь, месяца за два найду что-то подходящее.
Михаил прошел в гостиную, тяжело опустился в кресло. Лариса видела, как он мысленно пересчитывает семейный бюджет без ее зарплаты.
— Ладно, что уж теперь, — сказал он наконец. — Главное — быстро новое место найти. А то с одной моей зарплаты тяжеловато будет. Ипотека, коммуналка, машина...
Лариса кивнула, понимая его беспокойство. Ее зарплата составляла почти половину семейного бюджета. Без нее придется во многом себе отказывать.
— Может, пока я буду искать работу, сократим расходы? — предложила она. — Отложим покупку нового эхолота для рыбалки, поездку на турбазу в отпуске...
Михаил поморщился. Его хобби были для него святыми, и он не любил, когда их ставили под сомнение.
— Посмотрим, — буркнул он. — Главное — чтобы ты быстро работу нашла.
Лариса искала работу с утра до вечера. Рассылала резюме, ходила на собеседования, звонила бывшим коллегам. Но рынок труда оказался беспощадным — молодых специалистов брали охотнее, а опытным предлагали зарплату в два раза меньше прежней.
— Вы понимаете, что зарплата тридцать тысяч — это очень мало для маркетолога с таким опытом? — спрашивала она на очередном собеседовании.
— Понимаем, — отвечал работодатель. — Но таковы реалии рынка. Молодые специалисты согласны работать за меньшие деньги.
— Но у меня восьмилетний опыт, я могу принести компании гораздо больше пользы...
— Возможно. Но нам нужен человек, который будет расти вместе с компанией. А вы уже достигли своего потолка.
"Достигла потолка в сорок два года", — с горечью думала Лариса, выходя из очередного офиса. Получается, она уже старая для карьерного роста, но еще не достигла того возраста, когда опыт ценится больше амбиций.
— Опять отказ? — спрашивал Михаил каждый вечер, и с каждым днем в его голосе звучало все больше раздражения.
— Пока да. Но я не сдаюсь. Завтра еще на два собеседования пойду.
— А может, не такая уж ты и незаменимая, если везде отказывают? — однажды заметил он за ужином.
Лариса болезненно восприняла эти слова. Она и сама начинала сомневаться в своей профессиональной ценности после череды отказов. Каждое "мы свяжемся с вами" звучало как приговор.
Особенно тяжело давались собеседования в крупных компаниях, где она видела молодых, амбициозных кандидатов. Они готовы были работать за копейки, лишь бы получить место. А ей нужна была нормальная зарплата — на ипотеку, на жизнь.
— Может, стоит рассмотреть варианты в других городах? — предложила она Михаилу. — В Москве или Питере больше возможностей.
— И что, мне работу бросать? Семью разрушать? — возмутился он. — Нет уж, ищи здесь. Работа есть, просто ты слишком перебираешь.
— Я не перебираю. Просто хочу найти что-то достойное.
— Достойное — это когда можешь выбирать. А когда нужны деньги, берут то, что дают.
Через месяц поисков Михаил стал более прямолинейным в своих претензиях.
— Лар, может, стоит согласиться на любую работу? Хотя бы продавцом. Деньги нужны.
— Продавцом платят двадцать тысяч. Это меньше, чем мы тратим на продукты.
— Но это лучше, чем ничего. А то ты сидишь дома, как на отдыхе.
— На отдыхе? — Лариса не поверила своим ушам. — Я каждый день ищу работу! Встаю в семь утра, изучаю вакансии, пишу сопроводительные письма...
— По интернету сидишь. Это не работа.
— А что я должна делать? Работодатели сейчас все через интернет ищут сотрудников!
— Не знаю. Но результата нет. Значит, что-то делаешь не так.
"Он что, издевается?" — подумала Лариса. Михаил прекрасно знал, что поиск работы — это стресс и тяжелый труд. Но почему-то считал, что если она не получает за это зарплату, значит, бездельничает.
К концу второго месяца у Лариса начались проблемы со сном. Она лежала ночами, прокручивая в голове неудачные собеседования, обдумывая новые варианты поиска. Утром просыпалась разбитой, с трудом заставляла себя встать с кровати.
Особенно тяжело было после очередного отказа. "Вы нам не подходите", "мы нашли более подходящего кандидата", "спасибо за интерес к нашей компании" — эти фразы звучали в голове как заезженная пластинка.
— Ты опять не спала? — Михаил смотрел на жену с раздражением. — От твоего ворочания всю ночь уснуть не мог.
— Извини, я не специально. Нервы сдают.
— Может, к врачу сходишь? Таблетки какие-нибудь пропишет для сна.
Лариса кивнула, но к врачу не пошла. Она понимала, что дело не в бессоннице, а в том, что с каждым днем ей все труднее было заставлять себя что-либо делать.
Раньше она была энергичной, целеустремленной. Могла весь день провести на ногах, решая рабочие вопросы, а вечером еще успевать готовить, убирать, заниматься домашними делами. Теперь даже поход в магазин казался непосильной задачей.
— Лар, а ты точно ищешь работу? — спросил Михаил, заметив, что жена второй день не выходит из дома.
— Ищу. Резюме обновляла, на сайтах вакансии смотрела.
— А на собеседования не ходишь?
— Не приглашают пока.
— Странно. Раньше каждый день куда-то ездила.
— Раньше было больше подходящих вакансий.
Михаил посмотрел на жену подозрительно, но спорить не стал. А Лариса чувствовала себя виноватой. Действительно, последнюю неделю она почти ничего не делала для поиска работы. Просто не могла заставить себя.
Вакансии просматривала вполглаза, резюме отправляла механически. Мотивация куда-то исчезла, заменившись апатией и безнадежностью. "Зачем стараться, если все равно откажут?" — думала она.
Дома дела тоже стали даваться с трудом. Раньше Лариса была образцовой хозяйкой — квартира всегда блестела чистотой, ужин готовился к приходу мужа, белье стиралось и гладилось вовремя. Теперь она с трудом заставляла себя помыть посуду или пропылесосить.
— Что за бардак? — возмущался Михаил, видя немытую посуду в раковине. — Ты же дома целый день сидишь!
— Извини, не успела. Резюме отправляла.
— Сколько времени нужно, чтобы тарелки помыть? Пять минут!
— Я сделаю сейчас.
— Не надо сейчас. Надо было раньше делать.
Лариса молчала, понимая, что Михаил прав. Но объяснить, почему такие простые дела стали казаться непосильными, она не могла. Сама не понимала, что с ней происходит.
К третьему месяцу безработицы ситуация ухудшилась. Лариса не могла заставить себя встать с кровати до обеда, а вечером — приготовить нормальный ужин. Простые бытовые дела казались непосильными.
— Лар, что с тобой? — Михаил вернулся с работы и обнаружил жену в том же халате, в котором она была утром. — Ты что, весь день в кровати провела?
— Плохо себя чувствую, — пробормотала Лариса.
— Температура есть?
— Нет, просто... усталость какая-то.
— Усталость? — Михаил нахмурился. — От чего усталость? Ты же ничего не делаешь!
Эти слова больно резанули слух. "Ничего не делаю" — получается, три месяца поисков работы, десятки собеседований, сотни отправленных резюме — это ничего?
— Я ищу работу...
— Какую работу? Когда ты последний раз резюме отправляла? На собеседование ходила?
Лариса задумалась. Действительно, последние две недели она практически ничего не делала. Просто лежала, смотрела в потолок, листала социальные сети.
— Понятно, — Михаил покачал головой. — Расслабилась. Привыкла на моей шее сидеть.
— Это не так...
— А как? Три месяца дома сидишь, работу не ищешь, по дому ничего не делаешь. Даже ужин не приготовила!
— Миша, мне плохо. Я думаю, у меня депрессия.
— Депрессия? — он фыркнул. — Что за модное словечко? Раньше это называлось ленью.
— Это не лень! Я не могу заставить себя ничего делать!
— Не можешь или не хочешь?
Лариса посмотрела на мужа и поняла, что он искренне не понимает разницы. Для него депрессия — это выдумка ленивых людей, которые не хотят работать.
— Миша, это болезнь. Мне нужна помощь.
— Помощь? Какая помощь? Идти работать — вот тебе помощь!
— А если я не смогу нормально работать в таком состоянии?
— Тогда заставь себя! Люди же как-то справляются!
"Он не понимает", — с отчаянием поняла Лариса. Для Михаила проблемы существовали только физические — боль, температура, травмы. Душевные страдания он считал блажью.
На следующий день Лариса все-таки сходила к врачу. Участковый терапевт выслушала ее жалобы — бессонница, апатия, потеря интереса к жизни, неспособность концентрироваться — и направила к психотерапевту.
— У вас классические симптомы депрессивного расстройства, — объяснил врач-психотерапевт, изучив результаты тестов. — Это серьезное заболевание, которое развилось на фоне хронического стресса от потери работы.
— И что делать?
— Комплексное лечение. Антидепрессанты для восстановления биохимического баланса в мозге, и психотерапия для работы с негативными установками и стратегиями преодоления стресса.
— Сколько это займет времени?
— Минимум полгода. Но результат будет уже через месяц приема препаратов.
Лариса получила рецепт на лекарства и справку о диагнозе. Наконец-то у ее состояния появилось название, и это немного успокаивало. Она не ленивая, не слабовольная — она больна.
Михаил скептически посмотрел на документы, когда она показала их дома.
— Сколько это лечение стоит? — спросил он первым делом.
— Таблетки — три тысячи в месяц. Психотерапевт — две тысячи за сеанс.
— Два раза в неделю? Это же шестнадцать тысяч в месяц! — Михаил возмутился. — У нас таких денег нет!
— Миша, это лечение. Без него я не смогу вернуться к нормальной жизни.
— Знаешь что, хватит выдумывать! — он отбросил справку. — Никакой у тебя депрессии нет! Просто не хочешь работать и ищешь оправдания!
— Врач подтвердил диагноз!
— Врачи сейчас что угодно напишут за деньги. Особенно этих психологов развелось — на любую ерунду диагноз навесят.
— Это не психолог, а врач-психотерапевт. С медицинским образованием.
— Какая разница? Все они одинаковые. Наживаются на людских слабостях.
Лариса чувствовала, как внутри нарастает отчаяние. Самый близкий человек не только не поддерживал ее, но и обвинял в притворстве.
— Значит, ты мне не веришь?
— Не верю в твою депрессию. Верю в то, что ты разленилась и не хочешь работать.
— И что ты предлагаешь?
Михаил помолчал, а потом посмотрел на жену серьезно.
— Даю тебе две недели. Либо выходишь на любую работу, либо... либо нам стоит пересмотреть наши отношения.
— То есть? — Лариса не поверила своим ушам.
— То есть, мне не нужна жена, которая не работает и не помогает семье. Которая сидит дома и жалуется на выдуманные болезни.
— Миша, мы десять лет вместе...
— И первые семь лет ты была нормальной женой. Работала, зарабатывала, делила со мной ответственность. А сейчас ты стала обузой.
— Обузой? — голос Лариса дрожал.
— А как еще назвать человека, который не работает, не ищет работу, но требует денег на дорогое лечение выдуманной болезни?
— Это не выдуманная болезнь!
— Для меня — выдуманная. И я не собираюсь ее спонсировать.
Лариса побежала в спальню и заперлась. Слезы лились ручьем — от обиды, от безысходности, от понимания того, что ей не на кого положиться. Человек, с которым она прожила десять лет, считал ее симулянткой.
"Может, он прав?" — закралась предательская мысль. "Может, я действительно просто ленивая? Может, никакой депрессии нет, а есть только нежелание напрягаться?"
Но потом она вспомнила слова врача, почитала информацию в интернете. Симптомы совпадали полностью. Это была настоящая болезнь, а не выдумка.
На следующий день Лариса на последние деньги купила антидепрессанты и начала их принимать. Врач предупреждал, что эффект будет не сразу, но через неделю она почувствовала небольшое улучшение. Вставать с кровати стало легче, появилось желание что-то делать.
Она попыталась возобновить поиск работы, но Михаил относился к ее усилиям скептически.
— Опять в интернете сидишь? — говорил он, видя ее за компьютером.
— Работу ищу. Как ты просил.
— Ищешь или делаешь вид?
— Ищу по-настоящему. Сегодня уже пять резюме отправила.
— Посмотрим, будет ли результат.
Но результата не было. После трехмесячного перерыва в поисках найти работу стало еще сложнее. К тому же, лекарства помогали, но полностью проблему не решали. Концентрация внимания была снижена, энергии хватало ненадолго.
Михаил же интерпретировал это по-своему.
— Видишь? Опять ничего не получается. Потому что не хочешь по-настоящему.
— Хочу! Просто рынок труда сложный...
— Для тех, кто ищет отговорки — сложный. А кто хочет работать — находит.
Лариса пыталась объяснить, что после долгого перерыва работодатели относятся подозрительно, что в ее возрасте найти достойную работу непросто. Но Михаил не хотел слушать объяснения.
— Знаешь что, — сказал он однажды за ужином, — я больше не могу это терпеть. Ты превратилась в совершенно другого человека. Вечно жалуешься, ничего не делаешь, только о своих проблемах думаешь.
— Миша, я болею...
— Ты больна эгоизмом! Тебе плевать на мои проблемы, на то, что я один тяну всю семью! Ты думаешь только о себе!
— Это неправда! Я понимаю, как тебе тяжело...
— Ничего ты не понимаешь! Если бы понимала, давно бы на любую работу устроилась! Хоть уборщицей, хоть сторожем!
— Уборщицей платят пятнадцать тысяч. Даже на проезд не хватит.
— Зато не будешь дома сидеть и жаловаться!
Понимая, что ситуация критическая, Лариса решила пойти на компромисс. Она устроилась продавцом в небольшой магазин одежды. Зарплата была смешная — двадцать тысяч плюс процент с продаж, который редко превышал пять тысяч. Но это была хоть какая-то работа.
— Ну наконец-то! — обрадовался Михаил. — Видишь, когда захотела — сразу нашла.
— Я и раньше хотела. Просто не было подходящих вариантов.
— Были. Ты только носом воротила.
Лариса промолчала. Спорить было бесполезно. Главное — кризис в семье миновал, муж снова стал с ней разговаривать нормально.
Но работа продавцом оказалась настоящим испытанием. Восемь часов на ногах, постоянное общение с покупателями, необходимость улыбаться и быть вежливой даже с самыми неприятными клиентами. В ее состоянии это было почти невыносимо.
К концу первой недели она валилась с ног от усталости. Дома сил не оставалось вообще ни на что — только добраться до кровати и лежать.
— Что опять киснешь? — спрашивал Михаил. — Работу же нашла.
— Очень тяжело. Я не привыкла к такой нагрузке.
— Ничего, привыкнешь. Первое время всегда тяжело.
Но Лариса не привыкала. Наоборот, с каждым днем становилось хуже. Постоянный стресс от работы усугублял депрессию. Таблетки помогали мало, а на психотерапевта денег не было.
Через месяц она поняла, что больше не выдержит.
— Миша, я не могу больше работать продавцом, — сказала она мужу. — Это не моя сфера, я не справляюсь.
— Как не справляешься? Что там сложного — стоять и продавать?
— Это только кажется просто. На самом деле нужны определенные навыки, стрессоустойчивость...
— Которых у тебя нет, — констатировал Михаил. — Значит, ты больше ни на что не способна?
— Способна. Но не на такую работу. Мне нужно что-то по специальности, связанное с маркетингом.
— А такую работу ты искать не хочешь.
— Хочу! Но ее нет!
— Есть. Просто не там ищешь.
— Где тогда?
— Не знаю. Это твоя проблема.
Лариса поняла, что попала в замкнутый круг. Работа не по специальности усугубляла ее состояние, а работы по специальности не было. Михаил же видел только одно — она опять начала жаловаться.
— Знаешь что, — сказал Михаил через неделю, — я принял решение. Нам нужно расходиться.
— Из-за работы?
— Из-за того, что ты стала совершенно другим человеком. Постоянно жалуешься, ничем не довольна, вечно ищешь проблемы.
— Миша, у меня депрессия...
— Опять эта депрессия! — взорвался он. — Сколько можно этим прикрываться! Да, тебе не везет с работой. Ну и что? Все через это проходят!
— Не все. И не все болеют депрессией.
— Потому что не все ищут себе оправдания! Нормальные люди берут себя в руки и решают проблемы!
— Я пытаюсь решать! Лечусь, работаю...
— Лечишься от выдуманной болезни таблетками-пустышками! Работаешь спустя рукава и постоянно жалуешься!
— Значит, депрессия — это повод меня бросить? — тихо спросила Лариса.
— Не депрессия, а твое нежелание бороться с трудностями, — ответил Михаил. — Раньше у тебя были проблемы — ты их решала. Сейчас появились проблемы — ты легла и сдалась.
— Я не сдалась! Я больна!
— Ты больна ленью и жалостью к себе!
— И еще одно, — добавил Михаил. — Я не собираюсь тебя содержать. Если не можешь нормально работать — начинай искать другое жилье.
— Квартира оформлена на нас двоих.
— Тогда продадим и разделим. Мне нужны деньги на нормальную жизнь, а не на содержание лентяйки.
— Лентяйки? — Лариса почувствовала, как к горлу подступают слезы.
— А кто ты еще? Здоровая женщина сорока двух лет, которая не работает уже четыре месяца и не хочет работать! Которая придумала себе модную болезнь, чтобы оправдать безделье!
— Я не придумала! Врач поставил диагноз!
— Врач за деньги напишет что угодно! А я своими глазами вижу — лежишь целыми днями, жалуешься, ничего не делаешь!
— Потому что не могу! Ты не понимаешь, каково это — когда у тебя нет сил даже встать с кровати!
— Понимаю. Это называется ленью. А лень лечится принуждением, а не таблетками.
— Михаил, я десять лет была тебе хорошей женой. Поддерживала тебя, когда у тебя были проблемы на работе, ухаживала, когда ты болел. А теперь, когда я попала в трудную ситуацию, ты меня бросаешь?
— Я не бросаю. Я просто не хочу жить с человеком, который не хочет помогать семье.
— А ты хочешь помочь мне? — спросила Лариса. — Хоть раз за эти месяцы ты поддержал меня? Сказал, что все будет хорошо? Или только критиковал и упрекал?
Михаил помолчал, явно не ожидая такого вопроса.
— Я работаю на двоих, — наконец сказал он. — Это и есть моя поддержка.
— Это не поддержка, а обязанность. Мужа. А поддержка — это когда веришь жене, помогаешь ей справиться с болезнью, а не обвиняешь в притворстве.
— Хорошо, — сказал Михаил после долгой паузы. — Допустим, у тебя действительно депрессия. И что? Я должен всю жизнь содержать больную жену?
— До тех пор, пока она не поправится. Как в случае с любой другой болезнью.
— Другие болезни лечатся. А твоя может длиться годами.
— Может. А может, пройти через полгода, если заниматься лечением серьезно.
— На которое у нас нет денег.
— Потому что ты считаешь его ненужным!
Лариса поняла, что разговор бесполезен. Михаил не хотел понимать ее состояние, не верил в существование депрессии. Для него она просто стала неудобной женой, которая не приносит денег в семью.
— Хорошо, — сказала она. — Я поняла твою позицию.
— И что будешь делать?
— Лечиться. На свои сбережения. И искать работу, когда смогу.
— А жить где будешь?
— У мамы. Пока не встану на ноги.
Михаил кивнул, видимо, облегченный тем, что не придется выгонять жену силой.
— Может, это и к лучшему, — сказал он. — Нам нужна пауза. Подумаем оба.
"Какая пауза?" — горько подумала Лариса. Он уже все решил. Больная жена ему не нужна. Нужна здоровая, работающая, приносящая доход.
На следующий день она собрала вещи и переехала к матери. Пожилая женщина встретила дочь с пониманием.
— Не переживай, — говорила она, обнимая Ларису. — Мужчины не понимают таких вещей. Думают, если боли не видно, значит, ее нет.
— Мама, может, он прав? Может, я действительно ленивая?
— Глупости. Я тебя всю жизнь знаю. Ленивых людей в сорок два года не увольняют с хороших должностей. Ленивые люди не доводят проекты до успеха, не получают премии.
— Тогда почему он мне не верит?
— Потому что не хочет верить. Ему удобно считать тебя виноватой. Тогда не нужно брать на себя ответственность за семью в трудное время.
Мать оказалась права. Через месяц Михаил подал на развод, ссылаясь на "непреодолимые разногласия". Квартиру продали, деньги разделили пополам.
Лариса на свою долю сняла небольшую студию и продолжила лечение. Постепенно состояние улучшалось. Через четыре месяца терапии она смогла вернуться к полноценному поиску работы.
Через полгода лечения Лариса почувствовала себя гораздо лучше. Антидепрессанты помогли восстановить эмоциональное равновесие, а психотерапия — разобраться в своих чувствах и планах на будущее.
Она нашла работу — правда, с зарплатой меньше прежней, но это был прогресс. Должность маркетолога в небольшой IT-компании оказалась интересной и перспективной.
Михаил звонил несколько раз, предлагал "попробовать снова". Но Лариса отказалась. Человек, который бросил ее в самый тяжелый период жизни, не заслуживал второго шанса.
— Лар, ну подумай, — уговаривал он. — Мы же десять лет вместе прожили! И потом, у тебя депрессии больше нет.
— Нет, Миша. Но есть понимание того, кто ты есть на самом деле.
— Я не плохой человек. Просто не понимал, что с тобой происходило.
— Ты не хотел понимать. Большая разница.
— Все люди ошибаются...
— Не все бросают больных жен, — спокойно ответила Лариса. — Настоящие мужья поддерживают своих женщин в трудные времена. А ты предпочел найти оправдания, чтобы сбежать от ответственности.
— Это несправедливо...
— Нет, это справедливо. Ты показал свое истинное лицо. Когда было легко — ты был рядом. Когда стало трудно — ты сбежал.
— До свидания, Михаил.
Она положила трубку и улыбнулась. Депрессия прошла, а вот иллюзии насчет бывшего мужа — навсегда. И это было к лучшему.
Теперь Лариса знала, что может положиться только на себя. У нее была интересная работа, хорошие отношения с матерью, понимание собственной ценности. А главное — она больше никогда не позволит кому-то обесценивать ее чувства и называть болезнь ленью.
Жизнь продолжалась. И она была готова жить ее на своих условиях, рядом с людьми, которые умеют поддерживать в трудные времена, а не искать виноватых.
