Почему я с детства мечтал заниматься каратэ? Потому что мне казалось, судя по рассказам, что овладев каратэ, можно превратиться в сверхчеловека. Меня с детства тянуло в мистику, и хотелось обладать различными сверхспособностями. Поэтому и йогой по книжке начал заниматься с 8-го класса.
А когда заболел каратэ в девятом классе, то для меня это была не техника драки, а магические движения, от которых я тащился, и всё тело наливалось необычной силой. Без понимания моих целей, не понять почему я всю жизнь занимался каратэ, и продолжаю тренировки в настоящее время.
Каждое утро я бегал по парку Лефортово по пол часа. Тренировался каратэ под крышей спорткомплекса, где теперь я знал, что там тренирует Касьянов. Три раза в неделю ездили к Володе на тренировки.
Опять маленький полуподвальный зал. Прибавилось несколько мужиков. Одного мы прозвали "террористом". Мужик работал водолазом, чистил канализацию. Всё время показывал нам разное самодельное оружие. Что там нунчаку. Железный шар на длинной цепи, который он метал, и быстро возвращал в руку. Рассказывал как в драке вырубил гада броском прямо в лоб.
Террорист был помешан на каче, и рассказывал мне, что главное - регулярно кушать. Иначе мышцы расти не будут. Полная противоположность мне, качаться, и есть по минимализму. Всегда он носил с собой хотя бы банку макаронов с тушонкой, и ел даже в метро, если пришло время по графику приёма пищи.
Как-то после тренировки, Руслан подбил меня приколоться, и поспорить с террористом кто больше раз отожмется на брусьях. Поспорили. На деньги. Сколько не помню. Мужик отжался 20 раз, и пыхтя смотрел на меня как победитель. А я выложился по полной, и выжал чисто 40 раз.
В то время на тренировках Володя учил не обращать внимания на зрителей, и особенно на негативную реакцию от людей. Каждый по очереди выходил исполнять какое-нибудь Ката, а группа ржала, и критиковала.
Едем с ребятами в метро, обсуждая прошедшую тренировку. Я сказал, что легко могу исполнить любое ката в метро. Поспорили на рубль. Пацаны сбросились мелочью. Вышли на очередной станции.
- какое Ката? - спросил я.
- Хейан Годан. - сказали мне парни. Тогда это было самое высшее ката, из того что мы учили.
Я начал. Меня остановили парни, и попросили дождаться когда приедет очередной поезд, и из него начнут выходить люди. Дождались. Я начал. С полной концентрацией, с криками. Народ как вода, плавно обтекал место исполнения Ката. Свой честный рубль я забрал.
Весной, когда стало тепло, Володя приводил на тренировки в парк двух своих дочек, которые занимались спортивной гимнастикой. Девочки были нашими инструкторами по акробатике. Колесо, рандат, фляк вперёд, и другие акробатические элементы. Мужикам это всё тяжело давалось, а для нас это всё было привычным с борцовских тренировок.
Невысокий качок, тренер девочек, тоже ходил на тренировки по каратэ. Как-то после тренировки я взялся подать ему его сумку, а она тяжеленная, словно набитая камнями. Акробат пожаловался, что начал полнеть, и чтобы сжигать калории носит в сумке две гири по 5 кг, чтобы и ходьба была нагрузкой.
Весной в спорткомплекс в парке Лефортово Тадеуш Касьянов проводил соревнования по каратэ. Правда назвались они, типа Первенства Московского Военные Округа по рукопашному бою. Конечно я с Русиком были лишь зрителями, поскольку в соревнованиях принимали участие только красные и коричневые пояса.
Толпа суровых мужиков, и совсем не много молодых ребят. Допуск на соревнования - тамэсивари. Разбить две доски, одну рукой, вторую ногой. У каждого участника по три доски, на случай одной неудачной попытки. На этом этапе отсеялось несколько ребят. Не разбитые доски я тихо стырил. А затем в общаге их разбил. Это был мой первый опыт тамэсивари.
Ровестник нашего Володи и тезка, Володя Сергеев, был единственным кого я знал из участников соревнований. Я с Русланом прозвали его "аморфный", поскольку тело было гладким как у тюленя, а стоило ему напрячься, сразу появлялся рельеф мышц.
Впервые я увидел Сергеева в зале Касьянова, и он на меня произвёл неизгладимое впечатление. Мужик застыл с ударом йоко-гери направленным в потолок, и вращал ступню, разминая голеностоп.
Аморфный разбил две толстенные доски, толщиной в 6 см. У остальных доски были 3 - 4 см толщиной. Три весовые категории. Не помню, но примерно до 70 кд, до 90 кг, и выше. Сергеев весил наверное 85 кг, и стал чемпионом в своей весовой категории.
Помню только что было много разбитых и сломанных носов, и бились не особо сдерживая свои удары.
Запомнился только финал соревнований, когда Володя Сергеев бился с мужиком, который весил больше 100 кг, в абсолбтной весовой категории. Высокий Володя с грудой мышц и жира казался пацаном рядом с огромным и тяжёлым противником.
Аморфный как Брюс Ли раздергивал противника ударами передней ногой, и издавал странные звуки, как Брюс в своих фильмах. Не завалил мамонта, но победил по очкам. Не предполагал тогда, что через 9 лет буду очень близко общаться с Сергеевым, и он будет готовить меня к экзамену на чёрный пояс Сэне.
Раз в неделю я с Русиком ездили на лекции к Федоренко. Солитоны, стоячие волны, и всё это связано с мембранами клеток, и много чего непонятного. Но суть всех лекций была понятна. А главное что я понял, что биофизика занимается изучением мозга, и резервов человеческой психики. Вот какие знания были мне нужны. И зачем нужна мне атомная энергетика?
В то время сблизился с Димой, который и привёл нас на лекции. Звали мы его Валентиныч. Так и буду его называть, что бы не путать в рассказе с школьным другом Димычем. Валентиныч познакомил меня с целителем, экстрасенсом Михаилом Израилевичем. Рассказ о встрече, повлиявшей на мою судьбу.
На майские праздники я с Русиком махнули на четыре дня в Питер. Бродили по незнакомому красивому городу. Как-то сидели на скамейке у Исаакиевского собора, и меня накрыло чувством перелома линии судьбы.
Когда вернулись, мне нужно было работать над чертежом моего проекта. Я стоял, и смотрел на исчерченный лист ватмана, и понял, что больше не буду чертить никогда. Решение уйти из Бауманки созрело бесповоротно. Чертёж скатал в трубочку, и выбросил в мусоропровод.
Мои идеи будущего, связанного с каратэ и биофзикой захватили и Руслана. Мы поехали с ним в МГУ на кафедру биофизики. Очень приятные учёные, с которыми мы пообщались, сказали нам, что без московской прописки нам в МГУ не попасть.
Кафедра биофизики была ещё в Медицинском институте. Мы съездили туда, и поговорили с деканом кафедры. Он сказал, что мы можем перевестись из Бауманки на 2-й курс меда.
Вау! Круто! Здорово! Весенняя сессия. Мы не стали сдавать экзамены. Зачем? Так мы наивно думали. Написали заявление об уходе, чем вызвали шок у куратора группы, и у преподавателей.
Русик учился так себе, а я был отличник, комсомолец, год был комсоргом группы, и терять меня не хотели. Много тяжёлых взглядов, и давления чужой воли пришлось пережить, и настоять на своем.
Я с Русланом подали заявление об отчислении, и пошли по инстанциям подписывать обходной лист. Последнюю подпись мы должны были получить в военкомате. Про армию мы и не думали, ведь всего четыре вуза в стране имели бронь от армии, и Бауманка была в их числе.
В военкомате подали наши бумаги офицеру, он внимательно нас рассмотрел, и сказал:
- Готовы вы завтра уйти в армию?
Глава 10
-