Опять выпал снег. Весна, поманив людей обманчивым теплом, заставив их сбросить тяжелые зимние одежды, вновь скрылась за толстой пеленой тяжелых туч, позволив морозу за одну ночь заковать землю ледяной коркой и усыпить все живое, доверчиво открывшееся яркому солнцу.
На крыше скворечника, уже отвоеванного в честном бою, сидел, нахохлившись, пернатый хозяин, и недовольно посвистывал. Наталья вздохнула, жалеючи его. Ей вообще всех жалко, и растерянных скворцов, и замерзшие ростки тюльпанов, и синиц, бестолково летающих возле пустой кормушки.
Наталья подсыпала семечки в кормушку, сделанную из двухлитровой пластиковой бутылки, раскрошила батон на мерзлую землю под скворечником и убежала в дом топить печку. Огонек от спички быстро занялся, перескочив на березовые лучины, и вскоре уже жадно пожирал сухие поленья. Стало уютнее.
Не сразу Наталья привыкла к новому жилью, точнее, к новому старому жилью. Здесь она когда-то провела все детство. Бабушка воспитывала маленькую Наташку с четырех лет. Родители сгорели от вина. И пока они утопали в мутном самогонном угаре, бабушка, жалея несчастного ребенка, голодного, с коростой соплей под носом, просто забрала Наташу из родительского дома. Вовремя, как чувствовала — на следующий день пьяную избу сожрал очистительный пожар.
После похорон бабушка поехала в район — оформлять опекунство. Не в детдом же девчонку отдавать?
Наталья росла в тишине деревенского палисада, под баюкающий шум зимних метелей и стук падающих «осенних полосатых». Жилось ей хорошо. Потом она уехала в город — поступать в техникум. В общежитии Наталья еще долго скучала по пуховой перине и пряному аромату поздних георгинов.
А потом бабушка заболела и умерла. Надежды и опоры у Натальи не осталось, а сама она жить толком еще не научилась.
Но жить-то надо было! Наталья подошла к этому вопросу осмысленно, без лишней суеты. Ей, молодой, но не очень образованной и совсем некрасивой, не следовало излишне суетиться. Таким, как Наталья, нужен был спокойный и рассудительный муж, защитник и настоящий друг. А любовь — подождет. От любви много проблем и беспокойств. Наталья приступила к поискам: работы, комнаты и… идеального кандидата в мужья.
***
Александр Демидов был шустрым малым. Он звезд с неба не хватал, но держал нос по ветру. Начал свое дело с малюсенького ларька, где сам торговал сигаретами и разной мелочью.
Почти всю выручку складывал в кубышку. Потом, лет через пять, эту кубышку распатронил и купил стройматериал. Нехватку личных средств дополнил кредитными. На месте ларька Саша построил теплый павильон с небольшой площадкой около. Две скамейки, два фонаря, четыре куста барбариса — место отдыха для пожилых покупательниц. В павильоне открыл магазин продуктов: свежайшее мясо, вкуснейшая колбаса, и молоко с местного молокозавода. Все родное — все свое.
Покупатель повалил в небольшой магазинчик, в котором никогда не воняло тухлятиной и никогда не бывало залежалого товара. Пока вокруг подыхали частные магазинчики, не выдержавшие конкуренции с новыми мегамаркетами, магазинчик Демидова процветал. На вывеске магазинчика красовалось завитушками букв имя «Натали». Не очень подходит для торговли сардельками, но Саша не очень-то и парился по этому вопросу: очень уж любил свою Наташку.
Однажды она пришла к нему продавцом устраиваться. Обыкновенная девчонка, каких тысячи. Голенастая, с дурацкими заколочками на голове, шустрая. Глаза, правда, были хороши, чайного цвета. Саша таких никогда не видел. Принял на работу. Новая продавщица бойко вела торговлю, ни разу не обсчитавшись. Александр забирал выручку, привозил товар, и всякий раз пытался взглянуть в ее странные глаза. Наталья не дура — поняла, что нравится. Дальше дело техники, и она шутя охомутала молодого начальника. . .
. . . читать далее >>