— Неудовлетворенную женщину, — поправился он со смешком, удержав меня на месте. — Обещаю, что не стану приставать к тебе, если ты сама не захочешь этого.
Я была уверена в том, что этого не случится, несмотря на то, что его слова заставили рассмеяться про себя – он напрашивался на похвалу, ждал признания и тем самым заигрывал со мной.
— Не думаю, что случится это «если».
— Может и не надо «думать»? — спросил незнакомец, приподняв меня и повернувшись на месте. — Было ведь неплохо?
Я все-таки рассмеялась, покачав головой и тем самым отказавшись хвалить его. Он напорист, обаятелен и по-своему мил, но только что он откарнавалил меня и не желает выпускать из дому. Надо быть осторожнее с такими вещами.
— Окей, — сказал он, довольно сверкнув глазами. — Нет так нет.
Мое сознание, воспитание и прочие важные мешающие жить установки твердили мне, что не стоит уступать ему.
Но тело считало иначе. Оно тянулось к этому самоуверенному самцу, пленившись всем, что он транслировал в мир. Его голос, поведение, взгляд и чувство юмора откликались во мне, напрочь игнорируя прежнее очень важное: «Фу! Борода!», «Фу! Он старше меня!» и «Фу! От него пахнет алкоголем!»
Это ни разу не помешало мне получить удовольствие сегодня.
— Как тебя зовут? — смахнув с моих волос кепку, спросил он и, не дожидаясь ответа, добавил: — Рыжая.
Я не любила прозвища. Они всегда отдавали безликостью, но возмущаться и психовать не стала. Он ведь не знал ни меня, ни моего имени, ни того, что я люблю, а чего нет, а еще он так произнес последнее слово, что у меня мурашки побежали по спине.
— Андромеда.
Я уперлась ему в плечи, решив противостоять своему поплывшему гормональному «Я».
— Интересно, — протянул он, усмехнувшись чему-то. — А чем ты занимаешься, Андромеда?
Он не выпустил меня, как хотелось и не хотелось все это время. Бородач взял меня на руки и, подхватив под ягодицы, отнес на кухню, усадив на кухонный остров.
Валерка выбрал классную квартиру, в которой был соблюден баланс стиля и комфорта.
Кухонный остров манил научиться готовить, но теперь на нем сидела я.
— Интернет-технологиями, — ответила я, едва ли удивившись вопросу. — А как зовут тебя?
Мне не нужно было знать этого. Надо было оставить это приключение позади и не вспоминать о нем никогда, потому что в этой истории было намешано очень много всего: авантюра, распутство и измена. Но я задала вопрос, шепнув себе, что это нужно с точки зрения безопасности.
— Андрей, — ответил бородач с яркими глазами. — Что ты делаешь здесь?
Это и правда было забавно.
— Сижу на столе с мужиком между моих ног, — проговорила, посмотрев на место соединения наших тел. — Отпустишь меня? — Не знаю, что чувствовал он, но я ощущала пульсацию и не могла определить, кому именно она принадлежала. — Или боишься, что сбегу?
Он проследил за моим взглядом, провел по бедрам ладонями в нарочито медленном движении, а потом поднял на меня взгляд. В нем светился все тот же вопрос, и я покачала подбородком из стороны в сторону, отказываясь от нового шанса попасть в эротическое приключение.
— И все-таки что ты делаешь здесь?
Андрей отошел от меня и тут же потерялся в пространстве. Он крутнулся на месте, ища что-то и не находя.
— Я же говорила: ночую последний день, перед тем как съехать.
— А почему не на новой квартире?
Я смотрела за тем, как он открывает шкафчики и ищет что-то.
— Просил же держать кофе на виду!.. — раздраженно бросил он, вновь повернувшись ко мне. — Есть хочешь? — Андрей не дождался моего ответа. — Хотя чего я спрашиваю? — бросил, скользнув по мне оценивающим взглядом. — Конечно же, хочешь!
Я хохотнула, проследив за тем, как он ринулся в коридор, загремев в нем ключами. Такого не было еще никогда! Ни один мужчина не говорил мне, что я тощая. А он ведь имел в виду именно это?
— Собери на двоих, — раздалось совсем скорое. — Да.
Андрей со смартфоном в руках вновь появился в районе кухни, бросив взгляд в мою сторону. Показалось, что этот тип следит за тем, чтобы я не делась куда-то. Настроение ползло наверх, словно июньские показания градусника в Сухуми.
— Ну и ее положи. Можно.
Я спрыгнула со стола, решив взглянуть на то, что творится в системе моего смартфона. Я знала, что не увижу ничего нового – звук был выставлен на полную мощность, но в холле царила тишина, нарушаемая голосом моего нового знакомца. Я просто, как и многие, стала рабом привычки тупить в экран с картинками.
— Пусть будет.
Мне позволили выйти из кухни, но не дали вернуться в коридор, загородив проход собой. Я смотрела на его грудь, прикрытую голубой рубашкой, а потом подняла взгляд на лицо, не понимая как за несколько минут это человек занял львиную долю моей жизни, пускай и в пределах отдельно взятой квартиры.
— Игорь! Собери все, что посчитаешь нужным, — сказал Андрей, вновь встретившись со мной глазами. — Но главное, брось в сумку чертов кофе!
Он отпустил смартфон, убрав его в карман брюк.
— Так что?
Я дернула плечом, делая вид, что не понимаю его, а на самом деле не желая говорить ему правду. Пусть я не увижу его больше, но не стану выкладывать ему обидки и постыдные вещи, говорящие о собственной глупости. Я не привыкла жаловаться посторонним людям, потому что им, как правило, все равно; они не помогут, а вот сплетни и слухи распускать могут.
— Сегодня последний день перед выездом, — выдохнула я, проведя ладонями по его груди. — Я приехала сдать квартиру и обнаружила это, подписывая документы.
Этого мужчину нельзя было не хотеть. Только не с его напористостью и харизмой, уверенностью и распространяемыми ею флюидами.
— Поцелуй меня, — попросила я вместо ответа, — пожалуйста.
— Уверена в этом? — спросил он не без насмешки, но с мгновенно потемневшим взглядом.
Не дождавшись моего повторного утверждения, он сделал то, о чем я попросила, резко притянув меня к себе. Его пальцы зарылись в волосы, прижав меня к своему горячему рту, смявшему мои губы и оккупировавшему мой рот.
Он целовал меня с таким невероятным пылом и страстью, что все как будто заныло, ноги подкосились, а из груди вырвался, кажется, не принадлежащий мне стон. В этот момент он подхватил меня под ягодицы и понес обратно в погруженную в ночь спальню, поставил на кровать, но, вместо того чтобы продолжить целовать, отстранился.
— Раздевайся! — бросил он деловитым тоном, каким разговаривал с этим Игорем.
Это остудило мой пыл, вызвав целый каскад мыслей. Там было и то, за кого он принял меня, и то, что я дура дурная, балда наивная, тупица романтичная.
Я сделала шаг назад, осознавая в какую ситуацию загнала себя.
— Раздевайся! — вновь повторил Андрей и добавил еще кое-что, что расслабило меня: — Я не отвечаю за себя и не уверен, что сделаю это нормально, не порвав что-то.
Меня хватило на то, чтобы снять с себя водолазку, а потом застонать от болезненно-приятных ощущений его губ на своей груди, зарыться в его волосы и прижать к себе, чтобы продлить эти ощущения.
— Черт, — выдохнул он, отстранившись. — Давай же, Эда.
Я вздрогнула, подняв на него глаза.
— Что?
— Ничего, — отозвалась я, решив, что сейчас не тот момент, чтобы объяснять ему, что так меня давно не звали.
Я вновь принялась за джинсы и поняла, что не справлюсь с этой простой задачей. Почему? Тяжело раздеваться, когда целуют вот так горячо, жадно и изводяще. Он не просто тянул грудь, сжимая ее в ладони. Он играл ее вершинкой, а потом втягивал в себя, повторял то же самое рукой, но с другой грудью, и заставлял дергаться от крышесносных ощущений.
— Нет, ты сними их! — потребовала я, понимая, что не справлюсь с этой простой задачей. — Пожалуйста! Я не смогу!
Жизнь меня не готовила к такому, подбрасывая прежде совсем других, куда менее темпераментных любовников.
— Кукла! — прорычал он, впившись пальцами в мои бедра. — Ты с ума меня сводишь!
Если бы я могла, то сказала ему то же самое. Но Андрей вновь поцеловал меня.
Мне хотелось прикоснуться к нему всем телом, чувствовать каждой клеточкой и даже дышать им. Очень нужно было, чтобы он смотрел на меня, произносил имя, как никто прежде, и был во мне, конечно.
— Погоди! Остановись! Андрей!
— Тебя действительно зовут Андромеда? — спросил он, шепнув мне на ухо.
— О чем думали твои родители, называя тебя так? — спросил он хрипло, отстранившись от меня. — Об астрономии или о древней Греции?
— Отец пересмотрел научно-фантастических фильмов в юности, — проговорила, повернувшись к нему, — назвал в честь персонажа, по-моему.
Прислонившись к стене, я смотрела на своего любовника и одновременно жалела и радовалась тому факту, что мы не включили свет. Я хотела внимательно рассмотреть его и, в то же время, не была уверена, что моя уверенность в себе выдержит такое испытание. Если он поморщится еще раз, то… Что-то будет обязательно! Я не хочу идти на улицу в таком состоянии.
— Очень удачно подобрал, — сказал мужчина, вновь приблизившись ко мне. — Ты просто космос!
Признание заставило улыбаться ему в губы, но не протестовать – так лениво было делать что-то, даже шевелить губами.
— Устала? — спросил мужчина, прижав меня к себе, а потом, как и я, дернулся от звонка в дверь, смачно выругавшись при этом. — Это, наверное, курьер.
Усадив меня на кровать, он на мгновение присел у моих ног.
— Дождешься меня?
— Ты забавный, — сказала я, погладив его по щеке. — Быстрее неси свой кофе.
— Красивый, наглый, напористый и нежный, — прошептала я, когда он, облачившись в брюки, исчез в светлом квадрате холла. — А еще, наверное, богатый, умный и оттуда самоуверенный.
Я легла на подушку, думая о том, чтобы в свою очередь спросить его о том, что он делает здесь. Разве богатые, властные и успешные не должны прятаться по Кремлям и Рублевкам?
Продолжение следует...
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
«Мама (не) на время», Евгения Мэйз
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
