Глава 2. Утро с электронным браслетом
Солнце ещё только собиралось взойти, когда оглушительный трель будильника врезался в тишину незнакомой квартиры. Шарик вздрогнул, неуклюже шлёпнул лапой по экрану телефона, перемотанного синей изолентой, и тяжело вздохнув, поднялся с чужой кровати.
— Шесть утра… — пробурчал он, протирая сонные глаза и машинально потягиваясь. Холодный пластик электронного браслета на задней левой лапе неприятно напомнил о вчерашнем дне.
В голове пронеслись обрывки воспоминаний: презрительный взгляд росгвардейца, щелчок браслета, мерцающий красный огонёк, который сейчас казался такой ярким в утренних сумерках. И этот унизительный момент на чердаке, когда он инстинктивно плюхнулся на пол перед полицией...
— Сейчас позавтракаю и надо будет идти к этому участковому, который мне поможет подготовиться к медосмотру, — сказал он сам себе, пытаясь придать голосу бодрости. — А то меня же так в людском учреждении не примут с этим... — он мотнул головой в сторону браслета.
Мысли невольно возвращались к вчерашнему дню. Мороз пробегал по спине при воспоминании о визите полиции и росгвардейцев. Это всё Печкин, обиделся на какой-то пост в блоге и написал заявление. А повод нашёлся — старое ружьё, подаренное когда-то дядей Фёдором. Он им давно не пользовался, перешёл на фоторужьё, а про обычное и думать забыл. А ночью явился участковый, поднял с постели и куда-то повёз... Вспомнился холодный пластик браслета, щёлкнувшего на его лапе. Спорить Шарик не стал — боялся, что любое неповиновение мгновенно отправит его в клетку. Прощай тогда и блог, и репутация, и свобода.
Перекусив вчерашним бутербродом и запив его кружкой остывшего чаю, пёс накинул рюкзак и побрёл в сторону полицейского участка, ковыляя из-за неудобного браслета на лапе.
Через пару часов он уже нервно переминался с лапы на лапу перед сотрудником на КПП, стараясь прикрыть браслет.
— Здравия желаю! — выдохнул Шарик, пытаясь скрыть зевок. — Я, Шарик, к участковому.
Полицейский на КПП оценивающе окинул его взглядом с ног до головы, задержавшись на браслете и потрёпанном телефоне в лапе.
— Так. Сначала процедура досмотра. Рюкзак и телефон — на стол.
Шарик послушно положил на стол рюкзак и свой старый телефон, перемотанный синей изолентой.
— Телефон включи, — потребовал офицер.
Полицейский внимательно осмотрел аппарат, проверил IMEI, записал данные в журнал и только тогда вернул его псу.
— Теперь руки... то есть, лапы в стороны, — голос полицейского был ровным, но во взгляде читалась скучающая презрительность.
Шарик вытянулся в струнку. Прибор запищал, пробегая вдоль тела, и взвыл на уровне кроссовок и особенно громко — у браслета.
— Электронный браслет... и шнурки, наверное… — предположил Шарик, чувствуя, как краснеет под шерстью.
— Снимай обувь. И лапу с браслетом покажи.
Пришлось разуться и продемонстрировать унизительное украшение. Досмотр повторили. Затем последовала команда повернуться спиной.
— Как скажете… — буркнул Шарик с нервным смешком.
Полицейский, с трудом сдерживая улыбку от абсурдности зрелища, обтёл его прибором со всех сторон.
— Ладно, обувайся. Теперь рюкзак.
Вздохнув с облегчением, пёс натянул кеды. Но детектор снова завопил, едва его поднесли к рюкзаку.
— Открывай.
— Конечно, товарищ офицер. Это, скорее всего, моё съёмочное оборудование, — поспешно заговорил Шарик, расстёгивая молнии.
Полицейский усмехнулся.
— Расслабься, мы в курсе, что ты блогер. У нас тут вся оперативка твои видео смотрит. И про браслет знаем.
В этот момент Шарик, желая быстрее проиллюстрировать свою мысль, дёрнул за какую-то верёвку внутри рюкзака. С глухим лязгом оттуда вылетел походный котелок и угодил прямиком в лоб полицейскому.
— Ой! Я не хотел! — взвыл Шарик, в ужасе опуская голову.
Страж порядка, потирая лоб, лишь усмехнулся.
— Бывает, проходи. И не такое видали.
Вернув котелок, он протянул Шарику портативный дактилоскоп:
— Теперь отпечатки. Второй палец на левую лапу.
Шарик, давно ездивший за границу и проходивший процедуру дактилоскопии при оформлении биометрической визы, спокойно приложил палец к сканеру. Полицейский окинул взглядом экран монитора, забрал аппарат и кивнул:
— Проходи.
Рамка металлодетектора на входе снова залилась истошным писком, и унизительную процедуру пришлось повторить. Снова снять обувь, снова показать браслет. И только после этого к нему подошёл знакомый участковый — старший лейтенант Семёнов.
— Здравия желаю! — выпалил Шарик, узнавая его.
— Здравия, — кивнул тот, бросая взгляд на браслет. — Проходи в кабинет.
Кабинет оказался небольшим и уставленным бумагами.
— Ну что, досмотры не совсем замучили? Кофе будешь? — участковый указал на дымящийся термос. — И телефон-то у тебя всё тот же, с треснутым экраном? — добавил он, кивнув на аппарат в лапе Шарика, перемотанный синей изолентой.
— Да, Гаврюша наступил... — виновато пробормотал Шарик, пряча телефон. — Кофе можно… Да ничего, привыкаю. Только обувь снимать неудобно. И этот... — Шарик мотнул головой в сторону браслета.
— Меры предосторожности, — участковый налил две кружки. — После одного инцидента у нас контроль жёсткий. Тебя ещё легко приняли. В СИЗО досмотр жёстче. Угощайся, — он подвинул вазочку с конфетами. — Кстати, не переживай за браслет — корпус влагозащищённый, можешь спокойно мыться.
— Спасибо, — кивнул Шарик, — это хоть немного радует.
— Общегражданский паспорт есть? — продолжил участковый.
— Пустяки, — мотнул головой Шарик, доставая из рюкзака потрёпанную книжечку. — Есть, конечно. Я даже на фоторужьё разрешение делал, а про это… забыл.
— Эх, Шарик, Шарик… Не буду, как Матроскин, балаболкой тебя называть, но накосячил ты знатно. Паспорт-то с собой?
— Здесь, — пёс положил паспорт на стол. — Мне подписчики говорили, в каком-то юридическом справочнике читали, что…
— Что-то такое было, на курсах нам рассказывали, — перебил его участковый, листая паспорт. — Но тут дело ясное. Лучше новый сделаем. Этот вид совсем потерял. Вера Павловна? — угадал он, заметив детские каракули на одной из страниц.
Шарик виновато опустил морду.
— Она немного порисовала, да…
— Ничего, поехали в МФЦ. — Участковый взглянул на часы и поднялся.
— Можно я тут сначала в туалет? — попросил Шарик, чувствуя давление на мочевой пузырь после кружки кофе.
— Коридор направо.
Вернувшись, Шарик застал участкового уже у выхода.
— Остальные документы при себе? — уточнил тот.
— Конечно! Я ж ещё и на «Госуслугах» зарегистрирован! — с гордостью произнёс пёс, на мгновение забыв о браслете.
— Замечательно, — участковый вышел на улицу и направился к припаркованному УАЗу.
— Мы что, на этом? — Шарик с недоверием осмотрел полицейский автомобиль. Вспомнилась вчерашняя поездка.
— А на чём же ещё? Садись.
Шарик устроился на переднем пассажирском сиденье.
— Пристегнись, — строго сказал участковый, щёлкая своим ремнём.
Пёс послушно потянул за ремень.
— А это что у вас на заднем сиденье? В сумках? — поинтересовался он, разглядывая тёмные свёртки.
— Бронежилеты, каски. У некоторых коллег сзади ещё и оружие лежит. Можешь примерить, если хочешь.
Шарик кивнул и уткнулся в свой старый телефон, стараясь кадром не захватывать браслет.
— Кстати, а телефон-то тебе новый так и не купили? — спросил участковый, трогаясь с места. — Всё с этим, с изолентой?
— Да нет, Матроскин сказал, что как деньги с продажи молока получит, так новый купит. А этот пока держится.
— Понятно, — кивнул участковый.
Путь был неблизким. Шарик, устав пялиться в окно, положил телефон на торпедо и размышлял о своём блоге. Вдруг участковый, с mischievous ухмылкой, нажал на пульте кнопку СГУ. Из динамика раздалось оглушительное, квакающее: «У-у-у-у-у!»
Шарик подпрыгнул на сиденье, чуть не ударившись головой о потолок.
— Грех было не подшутить, — рассмеялся участковый.
Но Шарик тоже был не промах. Дождавшись, когда машина остановится на светофоре, он ловко ткнул лапой в ту же кнопку. Кваканье оглушило тишину салона.
— Ну вот мы и приехали, — флегматично констатировал участковый, будто ничего не произошло, и заглушил двигатель.
— И хорошо. А то у меня уже лапы… ноги, чёрт, затекли, — Шарик вышел и потянулся, снова ощущая неудобство браслета. — Вечно путаюсь: подписчики одни пишут «лапы», другие — «ноги». Сам уже не знаю, кто я.
Участковый молча поправил фуражку.
— Мы рано. Можем немного погулять.
— А давайте.
Проходя мимо киоска с мороженым, участковый остановился.
— Хочешь пломбир?
— Ещё бы! — глаза Шарика загорелись.
Следующие пару минут они наслаждались сладким прохладным кремом под ранним солнцем. Шарик на мгновение забыл о всех своих проблемах.
— Всё, пора, — участковый взглянул на часы и поднялся, отряхивая крошки с формы.
Выкинув обёртки, они зашли в здание МФЦ. Шарик взял талончик и устроился на диванчике в ожидании очереди, стараясь прикрыть браслет лапой.
— Я вот на медкомиссию, наверное, в человеческой одежде пойду, — зашептал он участковому. — По прикалываться над врачами.
Тот сдержанно фыркнул.
— Законное право гражданина.
— А то ведь даже телефон в карман не положить, — вздохнул Шарик. — Вечно этот рюкзак таскать на спине.
Участковый лишь улыбнулся. Шарик уставился в телефон, читая комментарии. Наконец, загорелся их номер. Подойдя к окошку, он поймал на себе шквал удивлённых взглядов. Консультант с недоумением протянула ему бланк заявления. Шарик, стараясь не обращать внимания на перешёптывания окружающих, принялся diligently заполнять поля.
Вдруг к нему подошёл молодой человек.
— Извините, вы… Шарик? Можно автограф?
— А? Да, конечно, — опешил пёс, доставая из рюкзака ручку.
Парень протянул блокнот, но его взгляд задержался на браслете.
— О, а это что у вас? Новый гаджет для съёмок? — с интересом спросил он.
Шарик смущённо засмеялся, пряча лапу:
— Нет, это... служебное. Для отслеживания.
Он расписался на чистой странице, сфотографировался с поклонником и коротко, со смешком, объяснил, зачем он здесь с полицейским. Тот дружески хлопнул его по плечу, пожелал удачи и удалился.
Вскоре сотрудник МФЦ вызвал его снова и выдал справку — временное удостоверение личности.
— А новый паспорт когда будет готов? — поинтересовался Шарик.
— Завтра документы передадим в МВД. Там изготовят, потом мы в течение трёх дней вас уведомим. Минимум неделя, — безразличным тоном ответила женщина и захлопнула окошко.
— Как-же сложно быть порядочным гражданином… — философски изрёк Шарик, выходя на улицу. — Зато проблем потом не будет с этим ружьём и лишних вопросов.
— Тебя подвезти? — предложил участковый.
— Я не против. А то я уже устал.
Участковый довёз его до того самого незнакомого подъезда. Ему строго-настрого запретили раскрывать своё местоположение кому бы то ни было до окончания всей процедуры. Даже Матроскину и дяде Фёдору он мог говорить только общие фразы по телефону, не называя адреса.
Оставшись один в чужой квартире, пёс поужинал, провёл прямой эфир для подписчиков, стараясь не показывать браслет и уклончиво отвечая на вопросы друзей о том, где находится. Спокойно принял душ — браслет и правда оказался водонепроницаемым — и рухнул в кровать.
Спустя неделю томительного ожидания настал необходимый день. Шарик, прождавший в очереди много времени, вновь стоял перед окном. Торжественной церемонии ему было достаточно и одной, поэтому в этот раз он просто получил свой новый паспорт, расписавшись в нём.
Полицейский, который вновь присутствовал рядом, хлопнул Шарика по плечу.
— Ну вот, Шарик, теперь пройдёшь медкомиссию, купишь сейф и получишь остальные документы. — Он взглянул на браслет. — Как только всё оформишь, снимут и это.
Шарика вновь отвезли до того же дома, и он уже довольный лёг отдыхать, записавшись в поликлинику для прохождения медкомиссии. Браслет на лапе всё ещё напоминал о себе тихим жужжанием, но теперь уже казалось, что свобода где-то близко.
