Уже стемнело, когда они погрузились в экипаж недалеко от вокзала, второй экипаж вёз их вещи. Они остановились у лучшей гостиницы города с необычным названием «Сила удачи».
– Вот и проверим, узнают Дарью и Бата или нет, – прошептал Кьяр.
Они вошли в светлый холл, их встретил сам хозяин гостинцы, весёлый крепыш, невысокого роста.
– Мы так устали! Наверное, остановимся у вас на одну ночь, – лениво процедила красавица гатанги с рыжей прядью.
Хозяин, который хорошо знал Дарью, не узнал её и спросил:
– А ужин, госпожа?
– Зажаренное мясо с кровью, виноград и любой сок, – бросил Кьяр и по-хозяйски обнял Дашкину талию, та положила ему голову на грудь и проворковала:
– Может, мы осмотрим город?
– Как хочешь, – Кьяр поцеловал её в шею. – Однако поздно. Всё завтра.
Вспомнив все, что он знал о гатангах, хозяин заторопился:
– Через минуту ужин в гостиной вашего номера.
Все поднялись в роскошный номер, где несколько юношей уже суетились, накрывая стол. Гатанги переглянулись, ужин обещал быть изысканным.
– Нет ли у вас музыкантов? – Дашка погладила плечо юноши, который проводил её к креслу и помог сесть. – Хотелось бы, и покушать, и послушать. Мы оплатим.
– Музыка только в ресторане, внизу, – твёрдо ответил хозяин и вытащил из гостиной впавшего в ступор от мимолётной ласки, паренька. – Ты что рот разинул, балбес? Если женщины-гатанги тебя захотят, то мужчины оскопят.
– Фи! Какие гнусные сплетни ходят о нас, – заметил, улыбаясь, Ронг. – Мы, по их мнению, просто звери какие-то.
– Да ладно, – отмахнулся Бат. – Я не слышал такого.
– А ты кроме Фаньки никого и не слушаешь, – хмыкнул Ронг.
– Сплетни сплетням рознь, по-моему, в Самаре вообще не говорят о гатангах. Лично я ничего не смогла узнать, – Дарья подмигнула Кьяру и налетела на его непроницаемый взгляд.
Она нежно поцеловала его плечо, чтобы понять, что с ним, он резко вывернулся, накрыл её губы своим ртом и укусил их. У Дашки ослабли ноги, но Кьяр скомандовал:
– Я что-то так утомился в дороге, что отправляюсь спать. Детка, и ты иди спать! – и, увидев, как она расстроилась, злорадно ухмыльнулся. – А если не спится, сядь у окна и послушай музыку. В ресторане для кого-то играют. Опять же юные мальчики…
Он завалился спать, а Дарья спать не могла, из-за того, что слышала, как в своей комнате Бат и Фани сначала обсуждали судьбу дочки, а потом утешали друг друга так, что у Дашки от зависти слёзы навернулись. В соседней комнате развлекались Мерц, Ронг и Роун, оттуда доносились её восторженные стоны.
Прошёл час. Все заснули. Дарья горестно вздохнула, дёрнул же её чёрт пошутить с пареньком, и уже было решилась заснуть, когда Кьяр скользнул к двери и поманил её. Она услышала, что за дверью стоял некто, сдерживая дыхание. Кьяр исчез в окне, а когда через несколько минут вернулся, то был озадачен.
– Не поверишь, но там никого нет!
– На Земле были устройства, с помощью которых можно было подслушивать, находясь очень далеко от тех, кого подслушивали, – задумчиво проговорила Дарья. – Может и здесь что-то такое есть? Тот, кого мы услышали, возможно, ставил такое устройство.
Кьяр разбудил Мерца.
– Нас подслушивают, я пошёл досыпать. Дашка дежурит.
Сонный Мерц достал какой-то пузырёк, растворил содержимое в воде и, велев рыжей выпить, и тут же заснул.
Дарья походила по номеру, вслушиваясь в сонное дыхание сетиль, потом грустно улыбнулась. Она вспомнила, как в командировке в Салехард на Земле, коллеги спорили, кому достанется ночное дежурство на объекте, куда они приехали проверять, как работает их оборудование. В силте было всё просто, дежурит тот, кто сможет лучше разобраться, кто за ними следит. Если её оставили дежурить, то значит доверяют абсолютно. Она всю ночь пыталась определить, кто подслушивает, прислушиваясь только к эмоциям, полагая, что наблюдателя выдаст усталость. Утром её сменил Мерц. Дарья, уже провалившись в сон, услышала, как кто-то закричал: «Сюда!». Однако она так устала, что решила, что ей это показалось. Днём проснулась от поцелуя Кьяра. Она радостно улыбнулась ему.
– Пора! Одень всё светлое, побольше украшений, – и он, нежно коснувшись губами её живота, проложил дорожку из поцелуев вниз. Дашка охнула от наслаждения и потянулась к нему. Он упрямо покачал головой. – Не-а! Не будешь распускать руки.
– Виновата, исправлюсь, никогда и нигде! – промурлыкала она и зажмурилась от счастья, он всё ещё злится из-за её оплошности, дурачок.
Кьяр удивлённо улыбнулся потоку нежности, переживаемой Дашкой и, не выдержав, опять поцеловал её. Она принадлежала только ему, но он не мог себе признаться, что был сердит на неё. Он вообще не узнавал себя и нервничал из-за того, что хотел только свою рыжую.
Дарья почувствовала его эмоции, но мудро сделав вид, что ничего не заметила. Однако одеваясь, превратила это в игру с намёками, то есть показывалась то в одном наряде, то в другом, спрашивала советы, касалась то бедром, то рукой дрена, поправляя украшения.
В результате Кьяр отправился под холодный душ, чтобы выдержать характер и усмирить жажду её тела. Мерц, наблюдавший это, развеселился, а потом задумался, ведь он наблюдал невероятное: дрена возбудила до предела девчонка. Неужели звероведы обладают такой способностью? Он дал себе слово, что в ближайшем же городе почитает в библиотеках о способностях европейских звероведов.
На завтраке богатые туристы лениво поглощали завтрак. Фани капризничала. Кьяр расспрашивал о достопримечательностях Самары. Дарья, обдумывая, как ещё подразнить своего гатанга, чуть не подавилась булочкой, неожиданно услышав ночной голос-призыв «Сюда!».
Кьяр постучал её по спине, и тихо спросил:
– Помочь?
– Нет, ты не сможешь, потому что не слышишь, – она закрыла глаза, чтобы лучше определить направление.
– Парни, поддержите меня! Пусть девчонки закроят глаза и догадаются, какое из пирожных они едят, – Кьяр, отвлекая возможных наблюдателей от того, что делала его гатанги, игриво кормил её кусочками фруктов и пирожного, целуя в щёку.
Сетиль смеясь сделали то же самое. Сидящие в обеденном зале восхитились этой игрой и скоро за столами слышался смех и радостные восклицания выигравших. Гатанги, весело переговариваясь, отправились на прогулку, закрыв Дарью, которая, осунувшись от напряжения, искала направление того призыва, но было тихо. Она не понимала, кто это звал и почему перестал, и была не уверена, что это – человек, потому что призыв сопровождался эмоциями загнанного в угол зверя: страх, отчаяние и гнев.
Погуляв по городу и паркам, гатанги, выяснили, что больше ничего интересного для них, как для туристов, нет, начали собираться к отъезду. Они загрузились в скорый поезд. У этого поезда в отличие от других не было ночных остановок, на промежуточных станциях меняли ривхов, и поезд сразу отправлялся дальше.
Кьяр с тревогой смотрел на Дарью, у которой появились синяки под глазами. Он сердился на неё за то, что она не просит помощи, и уже решил поговорить с ней, но она опередила его. Томно потянувшись, Дарья обняла дрена, и, целуя его в ухо, шепнула, что услышала чей-то зов, но не может понять, кто это. Кьяр с удобством усадил её у окна и попросил Мерца:
– Дарья что-то нащупала. Пусть она ноги положит к тебе на колени, как-нибудь подпитай её. Я покараулю и поставлю общий блок.
Мерц вцепился в ноги Дашки, которая закрыла глаза и опять стала слушать. Она никого не видела и не слышала, потому что представила свою мысль в виде огромной сети, которую она держала над поездом, как флаг, впитывающий любые эмоции. Мерц же сердился, что не успел подготовиться к такому, и периодически и сам пил, и поил её какими-то стимуляторами. Сетиль приступили к веселым разговорам, отвлекая от них внимание пассажиров.
Бат толкнул Кьяра и прошептал:
– Что она слушает? Я смогу помочь?
– Спасибо, конечно, но вряд ли у тебя получится. Она кого-то слышит. Помнишь, она услышала эмоции и мысли ханаши? Думаю, что мы под наблюдением, судя по вчерашней ночи, а помочь смогу только я и Мерц, нас учили этому.
Бат кивнул и пробасил:
– Ты вот что, дрен, давай учи и нас всех этому!
– Учить? – удивился Кьяр
– Да! – Бат упрямо нахмурился. – Нас Дашка в школе ведов задрала в своё время. Училась всему, и наш класс учился вместе с ней. Я сильно подозреваю, что именно поэтому мы все выжили. Чем плохо, если мы научимся?! Учи! Не думаю, что мы такие тупые и не сможем научиться. Возможно, потратим больше времени на обучение, но научимся.
– Хорошо, – кивнул Кьяр. – Я продумаю занятия, а пока не мешай. Вы и так хорошо отвлекаете всех от неё. Я тоже это делаю, но скрыто.
Он и сам давно думал о том, что его силт не потерял бы столько родичей, если бы все были обучены тому, чему учили дренов и целителей: способностям концентрироваться, подпитывать других при сильных энергетических тратах и защите сознания. Почему в Лоанге не учат силты? Вспомнив, как давно там не был, расстроился – он про Лоанг, а сам-то? Почему он, дрен сам не додумался до этого?
К вечеру поезд остановился на станции, которая была у одной из крупных ферм, разводивших ривхов. Водители поезда сменили ривхов и загрузили свежую охрану. Часть пассажиров вышли, и теперь в вагоне были только они. Кьяр прощупал мыслефон и решил довериться защите сетиль, которые хором что-то пели. Он не слышал, что именно, потому что стал продумывать программу обучения.
Всё это время Дарья и Мерц не сомкнули глаз. Был уже полдень, когда они доехали до небольшого городка Сагер. В этом городке поезд стоял сутки, а гатанги, изображавшие туристов, вынуждены были остаться и осмотреть все местные достопримечательности.
Отправив багаж в гостиницу с замечательным названием «Блеск воды», они сначала осмотрели фабрику по выращиванию пресноводного жемчуга, потом пошли к знаменитому целебному источнику.
Мерц и Дашка, вцепившись друг в друга, ходили, как сомнамбулы, пока все осматривали дивной красоты фонтан целебной воды и красивые павильоны в цветах, где можно было попить воду и насладиться красотой цветов.
Гатанги обошли весь город, давая Дарье и Мерцу возможность определить направление, откуда шёл сигнал. Они заходили в маленькие магазинчики, чтобы купить сувениры, болтали о погоде. В целом, они были похожи на обычных туристов, часто посещающих этот городок из-за жемчуга и местных ювелиров.
Пообедали в местном ресторане. Мерц и Дашка ели, как автоматы, они ничего не чувствовали, занятые сканированием местности. Сетиль своей болтовней отвлекали от них внимание. К вечеру они направились в гостиницу.
Как только гатанги вошли в номер, Дашка прошептала:
– Есть, – свалилась на руки Бата и заснула.
Рядом с ней сполз по стене Мерц и прохрипел Кьяру:
– Синий пакет раствори и напои, спать. Нашли!
Утром Дарья проснулась от массажа. Рядом на кровати охал Мерц, их массировали в четыре руки каждого.
– Кьяр, оказывается, мы с Дарьей случайно подключились к чьему-то сигналу, – прокряхтел Мерц. – Думаю, что мы его стали слышать, благодаря препаратам Патина.
– Направление, вот что смущает, – пробормотала Дарья. – Я из-за этого вся извелась! Сначала не поверила, а потом поняла, что не ошиблась. Сигнал идёт с севера. Помните, нам говорили про Северные лаборатории?
– А что за сигнал? – Бат угрюмо пыхтел, продолжая массаж. – Не тяни! Как ты слышишь?
– Необычный сигнал, как будто кто-то кричит «Сюда!». Они умеют общаться мысленно, это беззвучный сигнал, – пробормотала Дарья. – И знаешь, что странно, они в отчаянии! Вот отчаяние звучит почти непрерывно, а крик – периодически.
Бат нахмурился.
– Не понимаю! Кто-то боится позвать на помощь? Неужели это единственный способ передать направление? Это именно нас зовут, или кого-то другого?
Мерц и Кьяр переглянулись, Бат сумел сразу точно определить проблему.
Дарья расстроенно развела руками.
– Бат, отлипни! Я сначала даже не поняла, кто это? Теперь я знаю точно – это не люди, не ханаши и не животные, которых я знаю. Непонятно, что это такое, или кто это? Периодически отчаяние сменяется яростью, а потом гаснет и опять отчаяние.
– Что значит гаснет? – попытался понять Кьяр.
– Не знаю, как объяснить, – Дарья искала сравнения, которые могли бы понять, что она ощущает. – Мы не удаляемся, нет и нет. Это связано не с этим. Вот что! Это похоже на то, что как будто кто-то засыпает. Я уверена, что это не люди и не ханаши.
– А кто же? – изумился Бат. – Не орор же!
– Не знаю! Вот досада, я не помню мысленный фон орор!
– Всё, вставайте! – объявила Фани. – Нечего баклуши бить! Пора завтракать!
Дарья сползла с кушетки и стала натягивать куртку. Кьяр взглянул на Мерца, тот расстроено развёл руками.
– Я не умею того, что она делает.
– Думаешь, что кто-то протрепался в Самаре? – угрюмо спросил Бат.
Мерц и Дарья одновременно рассерженно фыркнули, Кьяр потрепал Дарью по волосам.
– Не фырчи! Бат, это что-то другое. Дашка случайно услышала это в последнюю ночь в Самаре. Сигнал пришёл издалека.
– Странно, если не люди, кто же послал сигнал? Может это какой-то зверь, попавший в ловушку охотников? Ты же эмоции не всех зверей изучала? – Бат нахмурился.
Кьяр угрюмо переглянулся с Мерцем, понимая, что Бат, как истинный ведр, анализировал всё, что могло стать опасным в дороге.
Фани ахнула.
– Дашута, ты что же, специально запоминала эмоциональный фон животных?
– Ага! Без этого никак. Когда приходишь в клинику, то у всех там что-то болит, надо точно понимать, как болит и у кого. У всех домашних животных я чётко определяла рисунок мыслефона. Они очень разные у травоядных и хищников. Ой! – Дарья вспомнила переговоры нхангов и озадачила всех воплем. – Что же я тогда не догадалась просканировать нхангов? Ведь они переговаривались!
– Это не нханги! – возразил Мерц. – Не надо делать из них разумных! Они не переговаривались. Это общение хищников, просто плохо изученное. Это – не истинная речь.
Даша скептически ухмыльнулась, а Мерц, влепил ей по заду. Он и сам всё это время ломал голову над тем, что слышал. Более того, когда-то очень давно, он подобное слышал, но никак не мог вспомнить, когда и при каких обстоятельствах. Дарья показала ему язык и, как ни странно, Мерц успокоился. Напротив, Кьяр помрачнел, вспомнив их свирепый бой и гибель Дална. Перед глазами встала Дашка с вытянутыми руками и задыхающаяся от напряжения.
Он прижал её к себе и пробормотал:
– Я слышал эмоции нхангов. Они тогда просто хотели есть и видели в нас добычу. Да и некогда было думать. Вот что, вы оба отдыхаете, а мы… – он посмотрел на всех, – а мы будем тренироваться, по моей программе. Займёмся развитием вашего сознания, что-то мне всё это не нравится. В Совете, похоже ничего о подобном не знают. Бат прав, мы должны стать сильнее, чем были, а это нам дадут только новые возможности. Препараты Патина подготовили наши тела, пора нам это использовать. Раз кто-то посылает мысленные передачи, мы должны научиться многому. Сначала нужно освоить концентрацию внимания на какой-то задаче.
– Только не забывайте, что мы туристы, – пробормотал Роун. – Нужны экскурсии или посещения концертов. Так что надо составить расписания и нашего, так сказать, отдыха и тренировок.
Кьяр вздохнул.
– Давай, садись рядом со мной! Составим график. Надо включить посещение девчонками магазинов.
Двое суток в этом маленьком городке восстановили Дарью и Мерца, но привели остальных сетиль в полное отупение. Члены силта даже не представляли, что тренировка мозга в умении концентрироваться не менее тяжела, чем тренировки тела. Мерц предложил разбить эти тренировки обычными, но дрен был беспощаден, каждый день были тренировки сознания. Он чувствовал, что у них мало времени.
Сначала все переживали только отчаяние и усталость, потом появились первые удачи, как только стало получаться, Кьяр добавил тренировки по энергетической подкачке каждого. Дрен придумывал всё более сложные упражнения, а Мерц доводил все упражнения с сознанием до автоматизма.
Долго в этом городке было задерживаться нельзя, однако открытие в городке замечательных пузырьковых ванн и ежегодного фестиваля флейтистов позволило им здесь тренироваться ещё трое суток. Ронг успел заглянуть в мсетынй оружейный магазин и прикупил кое-какое эксклюзивное оружие местных мастеров и рассказал о нем громко в коридоре, поэтому Мерц успокоился, что горничные могут удивиться количнству оружия, которое они везли с собой.
Сетиль были в восторге, потому что у всех стало всё получаться, поэтому они весело обсудили программу посещения Карыча, города на севере, который располагался недалеко от места, откуда звучал сигнал. Все сетиль рассчитывали на отдых в дороге, но заметив переглядывания дрена с Мерцем приуныли.
Как только поезд отправился в путь, Кьяр сообщил силту:
– Дорога длинная, и мы должны потратить время с толком! Пора учиться защищать сознание. Я думаю, такая защита сделает нас сильнее. Существуют разные способы, их называют блоками. Самые простые вы знаете давно, например, вспоминать математические упражнения, или можно вспоминать таблицу умножения. Однако это долго, и умеющий легко может обойти такой блок, – он протянул каждому маленький листочек. – Здесь перечислены способы защиты мозга. Это очень простые блоки, их никто не знает, кроме нас с Мерцем, потому что их придумали мы. Вы можете их чуть-чуть изменить, сделав удобными для себя. Я даю вам час, чтобы вы прониклись, а потом уничтожьте эти листочки. Запомните эти блоки, впитайте их в себя. Через час я начну воздействовать на вас, а вы защищайтесь!
– Зачем длительные тренировки? Всегда можно вспомнить, – возразил Ронг. – В конце концов, этот листочек можно переписать себе!
– Нет, не надо вспоминать! Это должно делаться автоматически, то есть рефлекторно, – возразил Мерц. – Уверяю, это поможет не отвлекаться на блоки, например во время боя. Мы не знаем, кто наш противник. Если они подчинили нхангов, то можно ожидать от них что угодно. Возможно они умеют подчинять себе и разумных. Способов много.
Тренировки начались, но сетиль не ожидали, что занятия будут проходить непрерывно. В результате на остановках, когда меняли ривхов, все валились без сил. Пассажиры с удивлением смотрели на гатангов, которые чуть ли не засыпали на ходу по дороге к гостиницам. Роун, заметившая это, вечером отчитала их:
– Если уже в Самаре за нами следили, то можно предположить, что и в поезде есть наблюдатели. Пока мы им не давали возможности понять, кто мы, но они могут задуматься. Мы же после тренировки похожи на землекопов, возвращающихся с работы! Помните, мы туристы, и, следовательно, должны быть веселы и беззаботны.
После этого все следили за собой, чтобы по поведению они не отличались от других пассажиров. Увы это потребовало немало сил. В результате сетиль не видели местности, не ощущали вкуса блюд в придорожных гостиницах.
Чтобы они не сорвались, Мерц поил их стимуляторами, но требовал, чтобы даже во сне сетиль продолжали работать с мозгом. Сам он тоже стал раздражительным – ему-то спать не приходилось, к тому же он контролировал то, как дрен во время сна жёстко воздействовал на всех, проверяя, как продвигается их обучение. Да и дреном надо было следить, то не щщадил не только сетиль, но и себя.
Утром те, кто не смог защититься часто делал массу глупых движений: неожиданно начинал приседать, или махать руками. Сетиль печально ухмылялись, осознав, что они не справились, и опять принимались за тренировки.
Несмотря на усталость, они стали ближе, им всё чаще были не нужны, слова, чтобы объяснить, что они переживают, многие эмоции стали более понятными и определенными.
До Карыча они доехали за десять дней.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: