Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Аркадий пишет

Разве это не ужасно?

Для некоторых страх – «запрещённое» чувство. Его нельзя признать, он прячется под видом жалобы или драмы и проживается из позиции боли. Так запускается психологическая игра «Разве это не ужасно?» – внешне это похоже на поиск сочувствия, а на самом деле человек подтверждает свою негативную картину мира и освобождает себя от ответственности за действия: «Я потерял кошелёк, разве это не ужасно?», «Я набрала 5 кг, разве это не ужасно?». Страх не проживается, а завуалированно подпитывается и растёт. У игры есть своя «расплата». Человек получает внимание, поддержку, иногда даже союзников в страдании, и всё это без необходимости что-то менять. У игры всегда предсказуемый сценарий: есть «триггер» (ситуация, где страшно), есть жалоба в стиле «ужасно», есть ответ собеседника и финальное облегчение. Но вместе с облегчением приходит и безнадёжность: да, меня пожалели, но я остался на том же месте, не сделав ни шага вперёд. Эта схема держится на самозапугивании. Внутренний Критикующий Родитель гово

Для некоторых страх – «запрещённое» чувство. Его нельзя признать, он прячется под видом жалобы или драмы и проживается из позиции боли. Так запускается психологическая игра «Разве это не ужасно?» внешне это похоже на поиск сочувствия, а на самом деле человек подтверждает свою негативную картину мира и освобождает себя от ответственности за действия: «Я потерял кошелёк, разве это не ужасно?», «Я набрала 5 кг, разве это не ужасно?». Страх не проживается, а завуалированно подпитывается и растёт.

У игры есть своя «расплата». Человек получает внимание, поддержку, иногда даже союзников в страдании, и всё это без необходимости что-то менять. У игры всегда предсказуемый сценарий: есть «триггер» (ситуация, где страшно), есть жалоба в стиле «ужасно», есть ответ собеседника и финальное облегчение. Но вместе с облегчением приходит и безнадёжность: да, меня пожалели, но я остался на том же месте, не сделав ни шага вперёд.

Эта схема держится на самозапугивании. Внутренний Критикующий Родитель говорит: «Не пробуй, опозоришься». Ребёнок сжимается и отказывается действовать. Взрослый замолкает. Так появляются катастрофизация («конец света из-за мелочи»), обобщения («у меня никогда не получится»), паралич выбора. Человек создаёт картину, где любое движение опасно, и тем самым оправдывает своё бездействие. Это выглядит разумно, на деле это форма внутреннего запугивания и пассивного поведения.

К тому же часто подлинный страх подменяется рэкетными чувствамивыученными эмоциями, которые удобнее проявлять. Вместо страха звучит обида, вместо злости – вина, вместо печали – привычная резигнация («ну, такова жизнь»). Рэкетные чувства дают знакомое внимание окружающих и право ничего не предпринимать. Они не помогают справляться, но укрепляют замкнутый круг. Разорвать его можно, если перестать называть «ужасным» то, что на самом деле лишь «неудобно» или «требует усилий», и позволить себе честно сказать: «мне страшно». С этого момента игра заканчивается и появляется шанс на движение вперёд.

Психологическая игра – это один из способов справляться с чувствами, который когда-то защищал, а теперь держит на месте. И по прежнему играть в игры нормально, мы все в них играем. Вопрос в том, готовы ли мы из них выходить?