В 1823 году русская армейская жизнь взорвалась громким событием, о котором судачили и в штабах, и в салонах. Речь шла о дуэли двух генералов — Павла Дмитриевича Киселёва и Ивана Николаевича Мордвинова. Я был тогда адъютантом Киселёва и оказался свидетелем этой истории, начавшейся далеко не с личной вражды, а с бунта против деспотизма полкового командира.
В Одесский пехотный полк назначили подполковника Ярошевицкого — грубого и самодовольного человека, которого ненавидели все: от штаб-офицеров до рядовых. Терпеть его унижения долго не могли, и офицеры тайно решились «избавиться» от начальника. Жребий пал на штабс-капитана Рубановского. На смотре войск он публично вышел из строя, сорвал Ярошевицкого с коня и избил его при всех. Скандал был грандиозный, следствие последовало немедленно, но в итоге крайним сделали лишь Рубановского — его разжаловали и сослали в Сибирь, тогда как офицерский заговор умолчали.
Тем не менее слухи дошли и до главнокомандующего Витгенштейна, и до генерала Киселёва. Выяснилось, что бригадный командир Мордвинов заранее знал о готовящемся выступлении против Ярошевицкого, но вместо того чтобы вмешаться, попросту ушёл из лагеря ночевать в другой бригаде. На официальном следствии этот факт «забыли», однако Киселёв при смотре заявил Мордвинову, что не намерен его покрывать, и настоял на его отстранении. Для Мордвинова это стало личным оскорблением.
Сначала дело затихло, но недоброжелатели Киселёва подогрели гнев Мордвинова, и спустя полгода тот явился требовать сатисфакции. Тайные письма ходили между ними несколько месяцев, и однажды всё решилось: Мордвинов назначил место поединка в местечке Ладыжин. Киселёв согласился, взял с собой генерала Бурцева в качестве секунданта и никому больше ничего не сказал — даже супруге.
Вечером они встретились у реки Буг. 18 шагов, условие сойтись на 8, стрелять без очереди. Мордвинов нервничал, пытался начать разговор, но Киселёв оборвал его: «Мы не дети, время объяснений прошло». Договорились стрелять по команде. На счёт «три» оба выстрелили: пуля Мордвинова лишь задела воздух возле виска Киселёва, а вот выстрел его противника оказался смертельным — заряд угодил в живот.
Раненого отвели в корчму. Он был в сознании до последнего и признался, что его подталкивали к дуэли генералы Рудзевич и Корнилов, а сначала он вообще хотел жаловаться императору через Аракчеева. Но, понимая расположение Александра I к Киселёву, решил, что суд не даст ему желаемой «справедливости». Через несколько часов Иван Мордвинов умер.
Киселёв немедленно сообщил обо всём главнокомандующему и написал Государю. Недоброжелатели ждали его падения, но Александр I в итоге полностью оправдал генерала, лишь заметив, что «лучше бы поединок состоялся за границей». Более того, на смотре в Орле император демонстративно выделил Киселёва, чем мгновенно заставил всех придворных изменить тон и вновь относиться к нему с почтением.
Так закончилась дуэль, едва не стоившая Киселёву карьеры и репутации. В то время о ней говорили все — от солдатских казарм до аристократических гостиных. Даже Пушкин, служивший тогда в Бессарабии, слышал о ней и язвительно замечал, что «многие рано или поздно кончают жизнь на дуэли.
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской, а также делитесь своим мнением в комментариях.