— Ну опять ты в этом халатике… — процедил Константин, брезгливо глядя на жену. — Растрепанная, неряшливая… Выглядишь совсем как-то.... не очень....!
Нина машинально поправила пояс старого махрового халата. Они были женаты двадцать восемь лет, и только недавно муж стал так пристально следить за ее внешностью. Раньше ему было как-то все равно, она могла ходить хоть в мешке, лишь бы ужин был готов, а рубашки выглажены.
— Костя, мне на работу пора, — сказала она тихо, убирая со стола остатки завтрака.
— Работа, работа, — он сердито цокнул языком, — корячишься на своей швейной фабрике за копейки. И выглядишь как…
И он горестно покачал головой.
Нина промолчала и пошла переодеваться на работу. Муж последовал за ней.
— Знаешь, что мне вчера… Светлана… Ну, одна знакомая сказала?
Нина почувствовала, как что-то сжалось в груди. И выражение лица у него при этом… особенное.
— Что? — спросила она, хотя не была уверена в том, что хочет знать ответ.
— А то, что женщина в любом возрасте должна следить за собой. Вот она в свои тридцать восемь выглядит на тридцать! А ты...
Он не договорил, но взгляд его был красноречивее любых слов.
— Что, я так плохо выгляжу?
— Да не то, чтобы плохо, — махнул рукой Константин. — Просто... запустилась ты, Нинка. Вот совсем запустилась. Волосы не крашеные, одеваешься, как будто в прошлом веке застряла, никакой косметики… А ведь тебе всего-то пятьдесят четыре, Нина!
Слушать все это было, мягко говоря, неприятно.
— Хорошо, — сказала Нина. — Я подумаю над твоими словами.
— Не подумаю, а сделай, — в голосе Константина зазвучали командные нотки. — Деньги дам. Сходи в парикмахерскую нормальную, купи себе что-то приличное. И белье...
Он вдруг замялся.
— Нижнее белье свое обнови, ладно?
Нина кивнула.
—Ты только не обижайся на меня, Нинок, — сказал муж уже немного мягче. — Я же не со зла…
***
В автобусе Нина всю дорогу смотрела в окно и думала про эту самую Светлану. Тридцать восемь лет… Выглядит на тридцать. И почему-то дает советы чужим мужьям о том, как должны выглядеть их жены…
На работе коллеги ничего не заметили, Нина всегда была тихой и сосредоточенной на процессе. Весь день она шила детские куртки, а в голове крутились слова мужа. «Запустилась», «как из прошлого века», «нижнее белье». Как будто он говорил это не о женщине, с которой прожил почти тридцать лет, а о ком-то постороннем…
Когда наступило время обеденного перерыва, подруга Галя, которая работала рядом, поинтересовалась:
— Ты чего такая задумчивая? А, Нин? Что-то случилось?
— Да нет, все нормально, — соврала Нина.
После работы Нина не поехала домой сразу, а прошлась по магазинам. Цены на женскую одежду ее ошарашили. Красивое платье стоило, как половина ее зарплаты. А комплект хорошего белья в хорошем магазине «съел» бы ее треть...
В парикмахерской возле дома мастер, девушка лет двадцати пяти, внимательно осмотрела Нинины волосы и похвалила их.
— Хорошие волосы, послушные… Что будем с ними делать? — спросила она. — Стрижем, окрашиваем?
— Не знаю, — честно ответила Нина. — Муж сказал, что надо что-то менять.
— А вам самой что хочется?
Нина растерялась. Обычно важно было, что думает Константин, а также что удобно, что практично.
— Сделайте как лучше, — сказала она наконец.
Час спустя из зеркала на нее смотрела другая женщина. Волосы стали светлее, короче, лежали у нее на плечах аккуратными волнами. Лицо казалось моложе и интереснее.
— Вам очень идет, — улыбнулась мастер.
Дома Константин сначала не заметил изменений. Но когда Нина подала ему ужин, он взглянул и одобрительно кивнул.
— О! Это уже лучше. Ты смотри-ка, как преобразилась… Ну вот, совсем другое дело. А то…
Нина ждала, что он скажет еще что-то. Что новая прическа ей идет, что она хорошо выглядит. Но Константин уже уткнулся в телевизор.
— А женщина та, — не удержалась Нина, садясь напротив, — она кто?
— Да клиентка. Стиралка у нее старая, — ответил муж, не отрываясь от экрана, — ну вот и вызывает меня. То одно сломается, то другое… Хорошая женщина, кстати. Интересная…
Он снова задержал взгляд на жене.
— У нее есть чему поучиться.
— Чему, например?
— Да всему. Она и одевается со вкусом, и разговаривает интересно. Не только про работу да про магазин. У нее кругозор есть! Начитана, грамотна… Мечта!
Нина кивнула.
— Ясно-понятно, — подумала она. — Значит, дело не только во внешности. Еще и кругозор нужен…
— А о чем вы с ней разговариваете? — спросила она как можно спокойнее.
— Да о разном, — Константин пожал плечами. — Она много где была, много чего повидала. А дома у нее красота… Не то что тут.
Нина огляделась. Их квартира была обычной, чистой, уютной. Но…
— Костя, — осторожно начала женщина, — а ты...
— Ш-ш-ш! — зашипел Константин. — Все, новости! Уйди! Хочу знать, договорились они хоть о чем-нибудь или нет!
Нина замолчала и стала убирать со стола.
***
На следующий день Константин задержался на работе. Позвонил около восьми вечера, когда Нина уже начала волноваться.
— Аварийный вызов у меня тут, — сказал он, — чуть позже приду, не переживай.
Назавтра тоже был «аварийный вызов». И послезавтра тоже. Муж стал возвращаться все позже, а объяснения его становились все более туманными.
— Работы много, — говорил он, — техника ломается, без нее, сама понимаешь, никак. Ну вот и приходится мотаться то туда, то сюда.
Нина не спрашивала больше ничего, но чутье подсказывало ей, что что-то не так. Константин вдруг тоже преобразился. Он подстригся, купил себе несколько красивых рубашек, сменил одеколон. И все чаще упоминал Светлану.
— Вот Светлана говорит, что женщина должна развиваться. Книжки там читать, театры посещать, — говорил он за ужином.
— Светлана считает, что после пятидесяти жизнь только начинается, — взволнованно вещал он, когда они прогуливались в парке.
— У Светланы такой вкус! Квартиру обустроила — ну просто загляденье. Как конфетка!
Каждое упоминание этого имени заставляло Нину нервничать. Но она молчала, покупала новую одежду, читала книги и пыталась заводить «интересные» разговоры. Константин одобрительно кивал, но взгляд его каждый раз становился все более отстраненным.
А два месяца спустя он пришел домой особенно поздно. Сел за стол, долго молчал и наконец сказал:
— Нина… Нам надо поговорить.
Сердце ее ухнуло куда-то вниз. По тону мужа она поняла, что сейчас он скажет то, чего она боялась все эти недели.
— Я встречаюсь со Светланой, — произнес Константин, глядя в стол. — Уже полтора месяца... И понимаешь... я ее люблю.
Нина сидела молча, слова мужа словно доносились издалека.
— Я хочу быть с ней. Хочу развестись с тобой и переехать… туда, к ней, — он протянул руку и хотел было накрыть ее ладонь, но не стал этого делать. — И я очень надеюсь, что ты меня понимаешь.
— Нет, — сказала после длительного молчания Нина, и в голосе ее появились слезы, — я тебя не понимаю, Костя. Объясни мне, как это — полтора месяца врать жене?
Константин поднял на нее глаза, и она увидела в них испуг.
— Я не врал...
— Врал! — Нина вскочила, и стул со скрежетом отъехал назад. — Каждый день врал! Приходил домой от своей Светланы, ел мой ужин, спал в моей постели и врал! А потом еще и меня винил, что я запустилась, что плохо выгляжу!
— Нина, успокойся...
— Успокоиться?! — ее голос сорвался на крик. — Ты целый месяц дрессировал меня как собачку! Заставлял покупать дорогую одежду, краситься, причесываться! А сам в это время развлекался со своей подружкой!
— Не кричи так, — Константин нервно оглянулся на стену. — Соседи услышат.
— А пусть слышат!
Нина схватила со стола чашку, из которой он пил чай, и швырнула ее в стену. Чашка разбилась вдребезги.
— Пусть все знают, какой ты...
— Нина!
— Что? — она была вне себя от ярости. — Не ожидал, да? А ты думал, я буду молчать и кивать, как китайский болванчик?
Константин побледнел. Такой Нину он не видел никогда.
— Нина… — Константин попытался взять ее за руку. — Ну не надо…
— Не трогай меня! — она отшатнулась. — Иди! Давай! Уходи к своей Светлане!
— Да я просто хотел объяснить...
— Объяснить?! — Нина схватила со стола тарелку. — Что тут объяснять? Ты нашел молодую женщину и решил, что имеешь право на новое счастье?!
Тарелка полетела следом за чашкой.
— Совсем уже! — Константин отскочил от летящих осколков и прикрыл лицо.
— Я?! — Нина подскочила к кухонному шкафу и начала доставать посуду. — Это я-то? Я совсем? Не ты, который в пятьдесят семь лет решил поиграть в Ромео?!
Она швырнула блюдце, и оно разбилось о дверной косяк.
— Хватит! — заорал Константин. — Прекрати! Соседи вызовут полицию!
— И правильно сделают! — еще одна тарелка разбилась вдребезги. — Пусть весь дом знает, что ты бросил жену ради какой-то молодухи!
— Так, все, я ухожу! — Константин рванул к двери. — Когда успокоишься, позвони, я на связи!
— Не дождешься! — крикнула ему вслед Нина и швырнула в закрывающуюся дверь еще одну тарелку.
***
В квартире стало тихо. Только из подъезда доносились взволнованные голоса соседей. Нина опустилась на табуретку и посмотрела на разбитую посуду. Руки тряслись от ярости и усталости.
В дверь тихонько постучали.
— Нина Семеновна, это я, Зина, — осторожно позвала соседка. — Как вы там?
Нина открыла дверь и судорожно улыбнулась.
— Все нормально. Просто… я посуду тут разбила.
— А Константин Семеныч... Он ушел?
— Ушел, — подтвердила Нина.
Соседка помолчала, потом сказала участливо:
— Ну… вы не расстраивайтесь... Как-нибудь образуется.
Нина не ответила. 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔