С самого детства Алина знала — никто её не ждал. Она не была желанным ребёнком, не родилась в любви и заботе. Её появление — случайность, сбой в чьей-то пьяной жизни. Мать, молодая, красивая когда-то, спилась к двадцати пяти. Отец — если это можно так назвать — приходил и уходил, оставляя после себя запах перегара, крики, битьё посуды и затихающие всхлипы за тонкой стеной.
Дом был старый, покосившийся, на окраине города. Запах сырости, плесени и дешёвого спирта — всё, что впитывала Алина с детства. Игрушек у неё не было, как и тетрадей, как и нормальных завтраков. Школьный рюкзак ей подарила соседка, у которой уже выросли дети. Пах он мылом и чистотой, правда не долго... Девочка держалась за него как за символ: он был её билетом в другой мир, в котором, казалось, живут «нормальные» люди.
Но среди всего этого ужаса был один человек. Дедушка Коля. Не родной дед, нет. Просто сосед с первого этажа. Старик с седой бородой, вязаной шапкой и глазами, в которых почему-то не было ни капли осуждения. Он знал, в каком аду растёт девочка. Иногда приносил ей яблоко, иногда — булочку из соседней пекарни.
— Ты главное, держись, Алиночка, — говорил он и гладил по голове, — Всё плохое закончится. Главное — не стань такой, как они.
Она кивала. Дедушка Коля был единственным, кто не кричал на неё, не унижал, не бил. И когда дома становилось совсем невыносимо, она бежала к нему.. её никто и не думал искать.. Он рассказывал ей истории из своей жизни: как служил на флоте, как потерял жену и вообще всё, как однажды нашёл котёнка зимой и спас его. Алина слушала и представляла себя на корабле, в море, среди других людей, которые не орут по пьяни и не спят сутками... Дед наливал в железную миску суп, горячий, наваристый, который казалось согревал изнутри, выжигал страх и боль.. самый вкусный суп в её жизни.. с черным черствым хлебом и чесноком..
Подростковый возраст дался тяжело. В шестом классе Алина уже начала подрабатывать: мыла полы в подъездах по вечерам, разносила объявления и платёжки. Иногда ворчливые бабушки давали ей по двадцать рублей за помощь с сумками. Деньги она складывала в старую коробку из-под обуви, которую прятала под кроватью. Там же хранились её самые ценные вещи: дневник, фото деда Коли, карандаши.
Отец… Он уме@р, когда Алине было тринадцать. От цирр@оза. На похороны не пошла. Помогала дворнику в соседнем дворе новостройки убирать осенние опавшие листья.. конечно не за спасибо.. Мать избила, кричала "не прощу".. дед Коля налил чай с малиновыми листьями и ближе подвинул бутерброд с сыром, вздохнул тяжело..
Мать всё чаще исчезала. Появлялись какие-то мужчины, иногда несколько дней жили у них. Однажды она пришла с огромным фингалом и в кро@ви. Алина вызвала скорую и милицию. Та история закончилась плачевно — мать сбежала и ушла в запой на три недели. Алина питалась тем, что могла купить сама. Иногда голодала... Всё чаще ночевала у дедушки.. перед сном они вместе пили тёплое молоко и ели булочки с маслом..
Школа была убежищем. Не потому что там её любили, нет, скорее наоборот, но потому что там было тепло, светло, тихо и кормили. А ещё — потому что никто не бил. Учителя закрывали глаза на её вид, не вдавались в детали. Только одна, Ольга Павловна, классная, иногда задерживала её после уроков и говорила:
— Алиночка, ты молодец. Ты сильная. Терпи, не сдавайся, ты умная девочка. Когда-нибудь всё будет иначе, у тебя всё будет подругому..
Потом дедушка сильно сдал, годы брали своё... Сначала редко выходил из квартиры. Потом — вообще перестал. Алина убирала, ухаживала, варила простой суп, таким как у него он не получался, но есть можно... Когда он уме@р, никто в доме особо не заметил. Она плакала одна, на старом балконе, глядя в серое небо.
После девятого класса она поступила в колледж. Медицинский. Хотела стать фельдшером. «Люди всегда будут болеть, — думала она, — значит, у меня всегда будет работа. Хотя бы в тепле и не на улице». Как бы это жестоко не звучало, но думала она именно так.. за спиной уже был не малый опыт..
Жила в общежитии. Работала по вечерам на складе. Потом — в аптеке. Платили копейки, но на еду и тетради хватало. Иногда покупала себе пирожное — чтобы напомнить себе: «ты теперь не там». От матери отдалилась окончательно... виделась раз в год — случайно. Та вечно просила денег, воняла спиртным, нытьём, жалостью к себе... и грязью..
Мир потихоньку менялся. Она окончила колледж с отличием. Устроилась в скорую. Первый год — ад. Смены по 24 часа, изматывающие вызовы, уставшие люди, смер@ти. Плакала в подушку, но не сдалась. Потом стало привычнее. Люди в бригаде уважали её. «Молчунья, но толковая», — говорил водитель.
Потом были отношения. Первые — неудачные. Парень оказался манипулятором, выжимал из неё всё. Она ушла, почти сразу, без жалости и раздумий. Второй — вроде бы нормальный, но когда он предложил познакомиться с её матерью, Алина только покачала головой:
— У меня нет матери.
Он не понял. Потом начал давить. Она ушла снова. Не понял раз, никогда не поймёт.. казалось сердце обросло броней и уже ничего не чувствует..
Ей было двадцать семь, когда она купила в ипотеку свою первую маленькую квартиру. Однушка на окраине, но чистая, светлая, в новом районе, с её шторами, её книгами и полкой с травами, как когда-то у дедушки Коли... иногда во сне он к ней приходил.. Гладил по голове и говорил: «Ты молодец, Алиночка. Ты выбралась». Она просыпалась с комом в горле...
Мать?.. Нет. Она не могла её простить. Не за то, что были бедны, а за то, что не любили. Не обнимали. Не спасли. За то, что вытягивали из неё жизнь, а не отдавали... а вот она пыталась звонить. Искала. Однажды пришла. Пьяная, стояла под дверью подъезда и рыдала... как узнала адрес, было загадкой..
— Я мать тебе!.. Ты неблагодарная!.. Ты жила в доме! Ты ж не в детдоме была!
Алина стояла у окна, внутри всё дрожало. Но она не спустилась...
— Моя мать умерла, — сказала она себе. — Я родилась сама.
Сейчас Алине тридцать пять. У неё муж — спокойный, надёжный, молчаливый. Дочка. Работает в поликлинике. По утрам они пьют чай с блинами, и в доме пахнет листьями малины и булочками. Она научилась смеяться, не оборачиваясь. Она не боится тишины. У неё есть семья — своя, настоящая... но в спальне, в верхнем ящике тумбочки, лежит старая, потрёпанная коробка из-под обуви. В ней — фото дедушки Коли, старая записка:
«Ты главное, держись. Всё плохое закончится. Главное — не стань такой, как они».
Алина не стала. Она выбралась. Сама. С нуля. С дна... и только когда поздним вечером, в сумерках, она приносит дочери стакан тёплого молока, её рука почему-то предательски дрожит..
Быть человеком в наше время не просто.. Всем добра..