«Я не украшение. Я — последнее напоминание о вкусе.»
— Петрушка, когда её выкинули вместе с борщевой костью В мире зелени есть те, кто кричит:
«Я — укроп! Я — кудряшка! Я — лето!»
Есть — те, кто жжёт:
«Я — руккола! Я — огонь!»
А есть — те, кто молча лежит на краю тарелки…
и знает:
она — главная. Да, это она.
Петрушка.
Не звезда.
Не скандалистка.
А фон, который делает всё. Петрушка — единственная зелень, которая: Она — не фаворитка.
Она — регент.
Она не требует места в центре.
Она и есть центр — просто ты не видишь. — Почему ты всегда на краю? — спросил у неё лист салата.
— Потому что я держу границу между хаосом и порядком.
— А если тебя не будет?
— Ты почувствуешь.
Суп станет просто водой с мясом. Петрушка — мастер инкогнито.
Она может: Она не кричит.
Она проникает.
В суп.
В заливное.
В пюре.
В котлеты.
Всё, что имеет шанс стать вкуснее — получает петрушку. Но её никогда не хвалят.
— О, какой вкусный борщ!
— Да, петрушка свежая, — добавляет бабушка.
— А вы её не ешьте, она для запаха.