Найти в Дзене

«Хочу покорить Эльбрус и прыгнуть с парашютом»: разговор с Максимом Некрасовым

— Тебя можно назвать своего рода уникальным долгожителем - столько лет ты занимаешься у одного и того же тренера. За счет чего так получилось? Уникальное взаимопонимание или еще что-то? — Это долгая история. Все началось в 2007 году. В одиночном катании у меня не получилось сдать зачеты, так как я плохо прыгал, и Людмила Михайловна (Горшкова) предложила мне перейти в танцы. Я долго думал, советовался с родителями. Решили - давай попробуем. И вот, с 2007-го я у Алексея Юрьевича. А на этом катке вообще тренируюсь еще с 2004-го. Или даже с 2003-го. — Наверное, каждый угол тут знаешь. — Конечно! Всех знаю - и администраторов, и других работников. — Расскажи про семью. — Вообще в фигурное катание меня отдала мама. Папа хотел в хоккей, но мама победила. Она сама хотела научиться кататься - и отдала меня. Видимо, чтобы я потом научил других (смеется). Меня очень поддерживают сестра с ее мужем, бабушка. Близкие родственники играют, скажем так, большую роль. — То есть твоя семья так или иначе в

— Тебя можно назвать своего рода уникальным долгожителем - столько лет ты занимаешься у одного и того же тренера. За счет чего так получилось? Уникальное взаимопонимание или еще что-то?

— Это долгая история. Все началось в 2007 году. В одиночном катании у меня не получилось сдать зачеты, так как я плохо прыгал, и Людмила Михайловна (Горшкова) предложила мне перейти в танцы. Я долго думал, советовался с родителями. Решили - давай попробуем.

И вот, с 2007-го я у Алексея Юрьевича. А на этом катке вообще тренируюсь еще с 2004-го. Или даже с 2003-го.

— Наверное, каждый угол тут знаешь.

— Конечно! Всех знаю - и администраторов, и других работников.

— Расскажи про семью.

— Вообще в фигурное катание меня отдала мама. Папа хотел в хоккей, но мама победила. Она сама хотела научиться кататься - и отдала меня. Видимо, чтобы я потом научил других (смеется).

Меня очень поддерживают сестра с ее мужем, бабушка. Близкие родственники играют, скажем так, большую роль.

— То есть твоя семья так или иначе вовлечена в фигурное катание?

— Да.

— Ездят на соревнования, болеют за тебя?

— Не ездят. У нас есть правило - не ездить на мои соревнования. Однажды на трибуны пришла вся семья за меня поболеть, и я плохо откатался. После этого сказал им - больше не приходите.

По-моему, только мама смотрит соревнования в прямом эфире. Недавно узнал, что сестра не смотрит - говорит, не могу, нервы сдают. Включает, только когда увидит результаты. Мужу тоже не дает смотреть (смеется). Он говорит - а мне-то почему нельзя?

Так что все меня вот так поддерживают. Во время старта мне никто не звонит и не пишет - я просто не отвечаю. Я полностью в себе, сконцентрирован. До момента, пока не приеду обратно, меня никто не трогает.

Василиса Кагановская и Максим Некрасов. Источник: Первый канал
Василиса Кагановская и Максим Некрасов. Источник: Первый канал

— Помню, Василиса однажды в интервью говорила, что мало сталкивалась с хейтом. А ты в свою очередь добавил, что у тебя такое бывало чаще. Что это было?

— Действительно, у меня бывало. Просто кто-то что-то написал, и начинаешь думать… Но сейчас мне уже все равно, что думают, как думают. У меня есть большой тренерский штаб. Они мне скажут всю правду.

— Комментарии про себя читаешь?

— Уже нет.

— А мнение со стороны от заслуженных экспертов для тебя может быть значимым?

— Да, конечно. Это все же немного другое.

— Бывало такое, что ты читал подобные мнения и на основании их что-то в себе менял?

— Было, да. Могу даже сказать, что было очень часто. Не буду говорить, чьи мнения читал, но это действительно происходило.

— Каким партнером ты хотел бы себя видеть в будущем?

— Я очень спокойный. Думаю, хотел бы стать еще более раскрепощенным.

— В повседневной жизни ты такой же спокойный, как и на льду?

— В жизни еще спокойнее (смеется). Быть может, только с друзьями навеселе. А так - спокойненький. Сказали - пошел и сделал.

На льду из-за этого раскрепощаться, конечно, труднее. Триста раз подумаешь, как что сделать…

— Расскажи о своих хобби.

— Главное - это путешествия. По разным местностям. В приоритете - горы. Не знаю, почему все говорят море-море… Я - в горы. Другой отдых люблю - палатка, посидеть, вокруг пустота, высоко… Хоть высоты-то я и боюсь (смеется).

— Интересно совпало - в жизни ты спокойный человек, но при этом выбираешь горы. А горы - это не всегда безопасно.

— Но ты же выбираешь, где побезопаснее. Но подъема на Эльбрус это не отменяет. Я хочу на него подняться, на самую вершину. Хоть и не знаю, как это вообще будет (смеется). Проявится ли у меня горная болезнь.

— Мощно ты решил раскрепоститься - сразу с Эльбруса.

— Ну, кто-то начинает с Килиманджаро (смеется). Туда я не пойду - это страшно. А Эльбрус - это хотя бы как-то под контролем. Надо туда подняться, надо. И с парашютом прыгнуть надо…

— Уже изучал, как это будет?

— Подробно - нет, только смотрел видео. Обычно восхождение занимает примерно неделю. Всего 4 этапа высоты, на каждом проводишь по дню, смотришь за своим состоянием. Бывали же случаи, когда доходишь до вершины, уже отметка 5300 м - а все, у тебя горная болезнь. Надо спускаться.

— А спускаться-то тоже непросто.

— Спускаться - это уже по ситуации (смеется). Но все равно хочу. В предгорье Эльбруса, на Домбай я уже был - надо повыше.

— Топ-3 мест от тебя, где обязательно надо побывать.

— Возьмем Ставропольский край, я там бываю чаще всего. Город Кисловодск, Долина роз, Домбай, Приэльбрусье. И есть еще место, у меня оттуда фотография сохранилась в соцсетях с меткой - лавочка и рядом качели над пропастью.

Ну и, конечно, водопады… Мест много. Кто захочет, тот едет. Обращайтесь, я все подскажу! (смеется).